Осколки хрустальной туфельки
Шрифт:
— Конечно, будет, — пообещала я. — Спасибо вам большое.
Я схватила Юрочку за локоть и потянула за дверь:
— Идем.
Мы вышли из кабинета и вскоре очутились на улице. Юрий покорно шел рядом, не вырываясь и не сопротивляясь. Очевидно, парень уже смирился с тем, что от меня ему не избавиться.
— Ты на машине? — спросила я.
— Красный «Линкольн», — послушно кивнул Юрий.
Я подтащила бармена к машине и распахнула перед ним дверцу со стороны водителя.
— Садись! — скомандовала я, и, как только он исполнил мое распоряжение, я обежала машину кругом и села рядом.
— Ну что, поехали?
— Куда?
— К твоей болезненной тетушке, — усмехнулась я. — Давай заводи мотор, нечего здесь стоять у всех на виду.
Мы немного отъехали, и, как только я приказала остановиться, Юра припарковал машину у тротуара.
Я развернулась к нему:
— Ну что, будешь сотрудничать?
— Что вам от меня нужно?
Юра, вцепившись в руль, упрямо смотрел на свои руки и никак не желал оборачиваться.
— От тебя — ничего, скорее от твоего дружка — Готта.
— Я ничего не знаю.
— Знаешь. Иначе бы ты не стал там, у морга, звонить ему и предупреждать об опасности. И сейчас бы не стал отпрашиваться с работы, в надежде, что я до тебя не доберусь.
Юра молчал.
— Тебе ведь известно о том, чем занимался Готт: тебе известно о его «бизнесе»?
— Я ничего не знаю.
Я тяжело вздохнула: «Хорошо… Попробуем подойти к этому типу с другой стороны».
— А ты знаешь, что твоему дружку грозит смертельная опасность?
Удар был рассчитан верно. Юра резко обернулся и с мольбой уставился на меня.
— Кто-то вычислил их «банду», и теперь каждому, кто имеет к ним хоть какое-то отношение, грозит опасность. Одна девушка уже исчезла. Вторая погибла; хотя ее смерть признана как несчастный случай, но я уверена, что не все так просто. Скажешь, что ты об этом тоже ничего не знаешь?
И тут произошло то, чего я никак не ожидала, — Юрочка разрыдался. Он плакал, как ребенок, и мне стало до того его жаль, что я, утешая, погладила его по плечу.
— Если ты расскажешь мне правду, то, быть может, я смогу ему помочь, — не забывая о собственной выгоде, внушала я.
— Как только я узнал обо всех этих «больничных делах», я просил Готта все бросить, — всхлипывая, заговорил Юра, — …но он и слушать меня не хотел, он говорил, что и недели не проживет на свою зарплату патологоанатома. А потом появился этот человек… Готт поначалу ничего не рассказывал, но я-то видел, в каком он был подавленном состоянии, я видел, что что-то происходит, просто он не желал об этом говорить. А однажды он признался. Он сказал, что их всех кто-то преследует, угрожает. Он бы вышел из этого дела уже тогда, но эта его чертова напарница — она вцепилась в него как клещ и все уговаривала, что, мол, обойдется. И вот теперь она, несмотря ни на что, уговорила его взяться за очередное дело…
— А Готт знает человека, который ему угрожает?
— Знает. Он его видел, и не раз. Но самое страшное не в этом. — Юра снова начал всхлипывать. — Весь ужас состоит в том, что эта женщина остается рядом с ним. Она решила, что, выполнив последний заказ, они вместе уедут из города, чтобы положить конец преследованиям. А что тогда будет со мной? Что я буду делать, если Готт уедет?!
«Хотела бы я оказаться на месте этого Готта…» — подумала я.
— Звони Готту и назначай встречу — немедленно! — велела я.
— Зачем? — Юра перепугался больше прежнего.
— Только Готт знает человека, который его преследует. И мне тоже важно знать его имя. Ведь если я смогу остановить этого таинственного преследователя, то Готту не придется уезжать из города…
Кажется, Юра мне поверил. Несчастный — он даже не догадывался об истинной причине, по которой Готту придется остаться в городе, — его посадят за решетку за «больничные дела». Но Юра даже не допускал мысли об этом. Бармен набрал номер Готта на своем мобильнике и стал ждать.
— Странно, не отвечает, — пробормотал он и, пропустив еще пару гудков, дал отбой. — Попробуем вот так, — продолжал сам с собой разговаривать Юра, набирая какой-то номер. — Привет. Слушай, ты можешь передать Готту, чтобы он сейчас ко мне подъехал?.. Да дело у меня к нему… важное. Ладно… Спасибо…
Юра отключил мобильник и выдохнул.
— Через полчаса будет.
— Отлично. Значит, едем к тебе.
Уже без каких бы то ни было моих наставлений Юрочка завел мотор, и наша машина плавно выехала на дорогу, вливаясь в нескончаемый поток других авто.
Ехать предстояло в другой конец города, и за все время мы не проронили и пары слов. Юра думал о чем-то своем, а я курила одну сигарету за другой. Мне все еще не верилось, что вот сейчас я увижу человека, найти которого, как мне поначалу казалось, — совершенно немыслимо. Останется только узнать у него имя преследователя и похитителя Ирины, и дело можно будет считать законченным!
Машина резко остановилась в незнакомом мне дворике.
— Мы приехали, — объявил Юра.
Я кивнула и следом за ним выбралась из машины. Мы пересекли небольшую детскую площадку. Юра вошел в подъезд первым, я тоже сделала один шаг на ступеньку. Сделать второй у меня уже не получилось.
— Вот черт!
— Что там у тебя?
Юра остановился и обернулся ко мне.
— Каблук попал между ступенек и, кажется, сломался…
— Тебе помочь?
— Нет, я сама справлюсь. Ты иди, а я тебя догоню.
— Хорошо, — кивнул Юра, — тогда поднимайся на последний этаж, я не буду закрывать дверь.
Он ушел, а я еще какое-то время возилась с туфлей. Высвободив каблук, я вошла в подъезд и услышала, как где-то наверху звякнули ключи — должно быть, Юра открывал дверь. Я стала быстро подниматься по ступенькам, но вскоре остановилась. На верхнем этаже раздался приглушенный крик, и я замерла, прислушиваясь.
— Юра! — громко позвала я и тут же бегом бросилась вверх по ступенькам.
Когда я наконец добралась до последнего этажа, я сразу увидела Юру. Он лежал на площадке, как-то странно скорчившись и прижимая к груди руки. Рубашка его вся была в крови.
Я кинулась к Юрию и, упав на колени, схватила за руку, пытаясь нащупать пульс.
— Юра… Юра… — бормотала я, в надежде, что он меня еще услышит.
Ответом мне был болезненный стон. Юрий был еще жив.
В панике я вновь вскочила на ноги и помчалась по лестнице, ведущей на чердак. Должно быть, убийца решил уйти по крыше, намереваясь выбраться в другой подъезд через чердачную лестницу. Но мне его не догнать.