Осколки наших душ
Шрифт:
– Абонент не отвечает или временно недоступен.
В голову лезут дурные мысли. Я не желаю ему смерти, но вдруг судьба с законом бумеранга оказались кровожаднее меня?
Уложив Вовку спать, уже подумываю позвонить кому-нибудь из труппы, когда в замке проворачивается ключ, и на пороге появляется муж – недовольный и усталый.
– Все-таки приехал? – язвительно фыркаю я.
Так и подмывает добавить, что он явно перепутал квартиру.
– Репетиция коту под хвост, еще и телефон утопил, – кривится Славка, набрасывая пальто на первую попавшуюся вешалку. – Тат, хоть ты не добивай.
– То есть это я виновата? – против воли повышаю голос.
Надо взять себя в руки. Вовке ни к чему слышать нашу ссору.
– Какая муха тебя укусила? – скинув ботинки, Славка проходит в гостиную.
– Муха по имени Жанна, – шиплю, сжав в кулаки, чтобы не закричать. – Точно также зовут твою шлюху-ассистентку, с которой ты прекрасно проводишь время.
– О чем ты? – мастерски играет. Почти идеально – не зря в прошлом году номинировали на «Золотую маску». – Намекаешь, что я… и она? Кто тебе сказал эту чушь?
Не запинается ни разу, но глаза едва заметно скашивает. За десять лет я успела досконально изучить мимику и знаю, какой он, когда нервничает.
– Я сама вас видела, – почти выплевываю ему в лицо. – В твоей гримерке. Когда в нашу годовщину ты трахал эту блондинистую тварь!
Вот и все. Я смогла. Сказала.
Небо не падает на землю, время не останавливается, только со Славки слетает непроницаемая маска, и во взгляде угадываются досада и растерянность.
– Тат, давай ты сейчас успокоишься… – он выставляет перед собой ладони, словно я собираюсь наброситься на него.
Серьезно? Вместо извинений пытается меня осадить? Я почти готова влепить ему пощечину. Хочу кричать и топать ногами, но не двигаюсь с места.
– Не делай из меня истеричку, – с презрением стискиваю зубы и цежу сквозь них: – И имей смелость признаться, раз на большее не способен.
– Тат, это было один раз… Я даже не понял, как.
В голове не укладывается, что это говорит мой идеальный муж. Защита и опора. Любовь всей жизни. Чудесный отец. Сколько достижений! Но на поверку они оказываются глянцевым фасадом гнилой натуры.
– Могу описать в деталях, если у тебя амнезия, – злость, которую я копила и сдерживала, прорывается наружу ядовитым потоком. – Позу, темп, угол проникновения.
Хочу причинить ответную боль. Вот только будут ли мои удары ощутимыми?
Он вообще жалеет, что растоптал наш хрупкий семейный мирок, который создавался с таким трудом?
– Обойдусь без подробностей, – Славка предсказуемо разыгрывает оскорбленного и отходит к двери.
Я знала, что такой гордец не стерпит упреков. Теперь демонстративно хлопнет дверью, а дальше… сценария нет. Мы никогда еще не ругались так серьезно.
Со второй попытки попав в рукав пальто, он поворачивается ко мне. Жду очередную тираду, но в комнате по-прежнему оглушающая тишина.
На что он надеется? Что я стану отговаривать?
Прежняя я, чуткая и удобная, непременно бы уступила, но сегодня во мне что-то сломалось. Я устала терпеть. Устала подстраиваться. И если Славке так важно услышать ответ, пусть это будет не «постой» и не «прощаю».
– Я пришлю тебе вещи.
– Сначала мы все обсудим, – он упрямо не ставит точку.
– Ошибаешься. Нечего обсуждать.
Не чувствуя ног, удаляюсь в кухню, и когда за спиной щелкает дверной замок, с сиплым выдохом приваливаюсь к стене. Я только что запустила необратимую цепь событий, которые перевернут привычный мир. Жизнь не будет прежней, планы рассыплются в прах. Совместного «долго и счастливо» больше нет. Теперь я одна, и от этой мысли недавняя бравада улетучивается. Мне страшно стать ненужной. Но еще страшнее сделать ненужным сына.
А что, если Славка раскается? Вернется и пообещает, что больше никогда не причинит мне боль? Смогу ли я простить? Хочу ли прощать?
Шаркая шлёпками по полу, заставляю себя дойти до спальни. Нельзя обдумывать серьезные решения в ночи. Займусь самокопанием на свежую голову.
Но вопреки ожиданием с утра не удается проанализировать развитие событий. Сначала мы чуть не опаздываем в сад, а потом нам около часа ездит по ушам психолог – нудно и неуверенно. Чего еще ожидать от молоденькой выпускницы? Она толком не знает, как подступиться к детям, а уж с серьезной проблемой разобраться и подавно. Хорошо хоть Вовка с Артемом воспринимают разговор легко и радостно уносятся на игровую площадку, как только их отпускают.
За воротами я проверяю телефон. Снова тишина – ни звонков, ни сообщений. Неужели я действительно ждала извинений? Святая простота. Славке проще философские мемы в сторис выложить. Или дать интервью про эмоциональный кризис.
Единственное СМС прилетает от Наташки:
«Теперь поговорила?»
Перезваниваю, чтобы сэкономить время. Все равно не отстанет.
– Он ушел, но я пока не собрала его вещи.
– Главное, не давай слабину, – напутствует сестра. – Иначе сядет на шею. Гони к чертям, звони адвокату и настаивай на лишении родительских прав.
– Не перегибай, – осаживаю я. – Вовке нужен отец.
– Так и знала! – не унимается Наташка. – Не смей уступать! Я у гадалки была. Она говорит, если не обрубить сейчас, потом не отделаешься.
Иногда мне хочется ее стукнуть. Даже чаще, чем иногда. Особенно после таких вот финтов.
– Издеваешься? Мы еще толком развод не обсудили, а ты уже поскакала к какой-то цыганке?
– Она не цыганка, – сестра ожидаемо обороняется. – И, между прочим, выиграла «Битву экстрасенсов».
– Ну это все меняет! – не могу сдержать сарказм.
В юности я как-то столкнулась с парой голосистых таборных предсказательниц и от испуга выложила им последние сто рублей под назойливое «иначе сохнуть будешь, покойника в доме увидишь».
– Танич, поехали к ней. Дамира фигни не посоветует.
– Наташ, не мели чепуху. Мне еще Славкин чемодан собирать.
– Перетопчется! Ты ему не прислуга.
За пятнадцать минут словесных баталий сестра успевает примчаться к детскому саду на такси и усадить в него меня.
Почему я такая мягкотелая? Другая бы отмахнулась и занялась делами. Да и мне было бы не лишним запустить стиральную машину, а то у Вовки чистые вещи заканчиваются со скоростью света. Спасибо, что не горят. Нет же, вместо домашнего досуга тащусь к какой-то подмосковной Ванге. Ладно хоть от Красногорска до Химок недалеко.