Осколки наших жизней
Шрифт:
– Где сейчас Паулита?
– спросила я.
– Мы отправили ее домой, как только узнали о ее положении. С ней сейчас лекарь, он опоил ее успокоительным зельем, - констатировал Витг.
– О ее положении?
– Я думал вы в курсе. Эсра Паулита беременна.
Мы с Иби ахнули, а Тэктос шумно вдохнул. Видимо, это и был тот сюрприз, который Паулита хотела сделать Хольсу. Если бы он знал об этом раньше, он бы точно поделился этой новостью с нами. Вероятнее всего, он собирался это сделать сегодня на празднике. Осознавав это, я не стала сдерживать слезы. Да пусть проглотит меня это Прилив хоть полностью! Пусть город превратится в руины! Плевать!
Хольс, мой друг!
Пусть это будет не он!
Пусть там лежит кто-то другой! Да, именно другой! Пусть это звучит жестоко и эгоистично, но я такая! Пусть там будет тело кого угодно, только не моего близкого человека!
Дверь в мастерскую была открыта, через окна пробивался свет от масляных ламп. Вокруг лавки собралось несколько Стражников и еще пара выпивших зевак. Их шатало от алкоголя, они указывали на дверь и хихикали.
– Видимо, нашего ювелира кто-то решил обчистить!
– Да и поделом ему! Я столько раз просил его мне в долг дать, всегда отказывал! Со скупыми так и бывает, - они мерзко рассмеялись.
Тэктос, предчувствуя, что будет, попытался ухватить меня за руку. Не успел. Молниеносно я оказалась рядом с двумя ничтожествами, которые смеялись, пока мой друг неподвижно лежал в луже крови. Тому, кто предположил, что Хольса ограбили, я сломала нос одним быстрым и тяжелым ударом. Послышался неприятный хруст и вопль. Второй не успел ничего понять, когда я резким ударом ноги впечатала его в стену мастерской. Послышался звон разбитого стекла и пьяница, словно мешок мяса, сполз без чувств по стене, собравшись лужицей у моих ног.
– Что вы делаете, эсра Ламара?
– закричал эср Витг.
Я резко повернулась к нему, выставив указательный палец, угрожающе прошипела:
– Если еще хоть одно ничтожество посмеет тут остановиться и сказать что-то нелицеприятное о Хольсе, я начну им вырывать головы вместе с позвоночником, - произнеся последние слова, я практически коснулась своим пальцем носа Стражника.
– Это, черт возьми, ваша работа, отгонять от сюда посторонних людей!
Иби подошла ко мне и, обняв меня, повела в мастерскую. Мы зашли в первое помещение и ахнули от ужаса. Везде царил хаос. Софа и стол были перевернуты, горшок с лимоном сломан, шкаф с инструментами был пуст, все его содержимое валялось на полу. Кое-где виднелись капли крови. Записи моего друга были разбросаны. Я присела и взяла один из вырванных пергаментных листков из дневника Хольса, на котором аккуратным почерком было написано:
НЕ ЗАБУДЬ! Перед осенним фестивалем отнеси Лами кольцо!
Грудь стянуло тугим узлом, я прикрыла рот и стала беззвучно плакать. Рядом присела Иби, ее красные опухшие глаза смотрели на еще один лист пергамента, на котором было написано:
Если родится мальчик, назову — Воис, если девочка — Лаби. Паулите придется согласиться.
Рыдания уже сдерживать не получалось.
За нами вошли Тэктос и эср Витг.
– Он в той комнате, - Стражник указал на соседнюю дверь.
Мы с Иби двинулись вперед на негнущихся ногах. Паника охватила все мое тело. Предметы, которые были разбросаны вокруг, стали дрожать. Сестра взяла меня за руку и медленно открыла дверь. Мне в нос сразу же ударил металлический запах крови. Опустив взгляд, мы с Иби не смогли удержаться на ногах и сползли по стене, громко зарыдав.
Перед нами лежало тело человека. На нем не было рубашки, а волосы и борода были пропитаны кровью. Лицо невозможно было узнать, это было кровавое месиво. Изверг вырезал нашему другу веки, так что были видны белки его глаз. Горло было перерезано, но как будто этого было мало, и убийца располосовал всю его грудь. В том месте, где должно быть сердце, зияла глубокая рана, словно ему пытались вырезать орган. Мочек ушей у Хольса тоже не было. Его не просто мучали, его зверски пытали.
Утерев свои глаза от слез, я подошла ближе. В убитом невозможно было узнать моего друга, и в глубине души у меня зародилась надежда, что это не он, но опустив руку на правое запястье, я обнаружила четырехлистный клевер.
НЕТ! НЕТ! НЕТ! НЕТ!
Я поняла, что кричу это вслух. Схватившись за голову, я упала на колени.
– Оставьте их ненадолго, - сказал Тэктос Витгу.
– Это место преступления, так что нет.
– Я сказал, оставьте их ненадолго!
– голос Тэктоса прозвучал одновременно угрожающе и мягко. Словно жидкий металл заполняет форму, он заполнил пространство комнаты.
– Эм… хорошо, конечно, - согласился городской Стражник и вышел, закрыв дверь.
Иби зарыдала во весь голос. Я подползла ближе и, испачкав платье в крови, прикоснулась к руке Хольса. Она была холодной.
– Хольс, мой милый и светлый, Хольс, - я уже не сдерживалась.
– Кто это сделал с тобой, мой братик! Кто это с тобой сделал!
– кричала я.
– Я уничтожу его!
Инструменты и формы, лежавшие у горна, поднялись в воздух и стали хаотично перемещаться, врезаясь в стены.
– Ламара, тебе надо взять себя в руки, - произнес Тэктос.
– Нет!
Иби села рядом со мной и стала обнимать, но даже нежные объятия сестры мне не могли помочь. Боль и тоску в моей груди вновь вытеснила ярость и гнев. Я физически чувствовала, как начинает бурлить моя кровь и как огромный поток силы вырывается наружу. Горн стал сдвигаться с места. В комнату вбежал эср Витг.
– Что происходит?
Я подскочила к нему и взглянула в глаза.
– У вас есть подозреваемый? Отвечайте!
Витг посмотрел мне прямо в глаза.
– Да, есть.
– Говорите! Я выбью из него правду любым способом, вы меня слышите!
– Тогда вам придется хорошо потрудиться, - я замолкла, ожидая от него продолжения.
– Наш подозреваемый — это вы, Ламара.
Я отшатнулась от него, едва не вступив в лужу крови.
– Вы спятили?! Или это у вас такие шутки? Так вот, знайте, эср Витг, шутки у вас ебанутые!
– закричала я.
– Что за бред вы несете?
– ко мне подошла Иби.
– Он был нашим лучшим другом! Братом! Вы знаете, что мы с детства вместе!
Тэктос стоял в напряжении и буравил взглядом Стражника.
– И, тем не менее, в его записях мы нашли пометку, что сегодня перед осенним фестивалем он должен был встретиться с вами, чтобы передать кольцо. Как я вижу, оно у вас на пальце, а, следовательно, вы были последней, кто его видел живым!
– Последним, кто видел Хольса живым, был убийца! Вы подозреваете меня, полагаясь на его запись?!
– Других данных у нас пока нет.
– Вы кучка идиотов!
– взревела я.
– Хольс принес мне кольцо вчера вечером! Вчера вечером я его видела в последний раз! Мне он не ювелир, а друг, поэтому волен видеться со мной и без всяких записей!
– Был волен, - поправил меня Стражник.
Наши с Иби лица перекосило от гнева.
– Ах, ты мразотная падаль!
– вскипела моя сестра.
– Придержите язык! Вас это дело не касается!
– ответил ей разгневанный Витг.
– О, нет, напротив, - послышался металлический голос Тэктоса.
– Это касается и эсру Эбину и эсру Ламару, в равной степени, ведь погибший был их родным человеком.