Чтение онлайн

— Куда он делся?

— Кто? — уточнил Серега, бестолково озираясь.

Волосы на затылке зашевелились.

— Тип, с которым я разговаривал.

— Не обратил внимания. Двинем по домам?

Предложение вызвало в душе горячий отклик. То ли отвратительное теплое пиво задурманило разум, то ли стремительно развившаяся паранойя вконец одолела. А ещё раньше нежданное, негаданное вторжение сестры, с порога взявшейся диктовать свои порядки, выбило из колеи. Некстати всплыло в памяти и давешнее бредовое сновидение. Не говоря уже о Сереге с его уродливыми троллями, тянущими репку, несущими золотые яйца да застрявшими в неводе непуганого пушкинского старика.

Ничтожные по отдельности, все вместе события последних суток переполнили чашу терпения. Выходка небритого «Копперфильда» капнула в эту чашу последней.

По парковке гулял стылый ветер, от души приправленный мокрым снегом. Андрей вдохнул полной грудью, застегивая куртку и окинув взором стройные ряды автомобилей. Лихая езда по пустынным улицам — вот что вернуло бы ему вкус к жизни, встряхнуло и вымело из головы докучливый хлам впечатлений.

Неожиданно каскад бегающих цветных огоньков на фасаде здания погас, фонари на стоянке замигали. Под громкий треск и фейерверк искр лампочки в плафонах одна за другой начали лопаться.

В приоткрывшуюся дверь клуба высунулся крепко сбитый детина в форме.

— Кто здесь? А ну прекратить! — в мерцающем свете Андрей заметил, как угрожающе подпрыгивает в его руке резиновая дубинка, ударяясь о ладонь.

С отчетливым, смачным хрустом последняя лампочка разлетелась на осколки, и воцарилась тишина.

— Кто здесь? — снова прорычал в темноту охранник. Обернулся. — Что происходит?

— Сами гадаем, — Андрей развел руками. Должно быть, голос прозвучал искренне и вызвал доверие.

Детина извлек из кармана фонарик и грузно спустился с крыльца:

— Никого не видели?

— Да похоже, просто скачок напряжения, — прокомментировал Серега, опасливо, неуютно ежась.

— Переколотивший все лампочки, — добавил Андрей. — Не слабый, однако, скачок.

Охранник потоптался в нерешительности, прислушиваясь и шаря блеклым лучом в дождливо-снежном месиве.

— Дорогу найдете?

— Моя рядом, — Сергей достал ключи, и его развалюха в первом ряду пикнула, на мгновение ослепив фарами. — Ну, я побежал.

— Увидимся, — Андрей не успел махнуть на прощание рукой, как тот юркнул в машину и укатил, толком не разогрев двигатель. Очевидно, с перепугу.

— Электриков вызовите, — посоветовал он, хлопая себя по карманам и углубляясь во мрак. — Удачи!

Тьма окутывала холодным покрывалом, пробиваясь в легкие сырой тяжестью. Тьма перемалывала краски в сплошную серую кашу, разъедала очертания и глотала знакомые детали. В третьем ряду Андрей нажал кнопку на брелоке; постоял, опершись на капот, ловя губами хлопья быстро тающего снега. Ладони на мокром, ледяном металле мигом окоченели.

Вновь хлопнула дверь, над парковкой разнеслись голоса.

— Благодарю, — один убийственно вежливый, вкрадчивый и цепенящий.

Сердце бухнуло в груди.

Костлявый.

— Может, все-таки проводить? — второй принадлежал охраннику, только звучал приглушенно, сдавленно, как будто тот говорил через силу.

— Не беспокойтесь: и не в таком мраке доводилось блуждать.

Луч фонаря мазнул по рукаву куртки, и Андрей инстинктивно пригнулся. Непослушные, озябшие пальцы дернули за ручку, дверца с глухим звуком подалась, и он скользнул на сиденье. Возникло непреодолимое желание без промедления убраться подальше от обладателя жуткого голоса.

Промерзший двигатель забарахлил, когда машина тронулась с места. Ничего, главное — успеть выехать за территорию стоянки. Фасад с погасшими вывесками и гирляндами мертвых огоньков проплыл мимо. Главный вход и второе крыльцо с надписью «Сауна» остались позади, а с ними и охранник. Фары высветили приближающуюся бетонную ограду. Там налево — и до ворот рукой подать.

Неожиданно из мглы, преграждая путь, вынырнул знакомый долговязый силуэт. Вынырнул — и невозмутимо двинулся прямо навстречу автомобилю. Андрей рывком тормознул: шины завизжали, ощутимо тряхнуло, руль больно врезался в грудь. Проклятье! В панике забыл пристегнуться. Ладно хоть куртка смягчила удар.

Долговязый приближался. Свет фар выхватывал его из мрака, отбрасывая на бетонное заграждение и стену соседнего здания быстро растущую тень. И чем выше та становилась, тем меньше походила на человеческую.

Не помня себя от испуга, Андрей дал задний ход. До упора вдавив педаль газа, обернулся: чугунная решетка, ограждавшая стоянку с противоположной стороны, стремительно приближалась. Секунда, другая — теперь пора! Вывернув руль, он приготовился вылететь задом на объездную дорогу и после секундной заминки умчаться прочь с парковки через въездные ворота…

Однако колеса забуксовали на скользком асфальте и пошли юзом. Машину на полной скорости крутануло, как волчок, вокруг своей оси. За ветровым стеклом, оставляя длинные мнимые росчерки, пронеслись далекие огни многоэтажек и красный всполох светофора. И чугунная ограда ударила прямо в передний бампер, сминая, корежа металл, разбивая в крошево фары…

Андрей с воплем зажмурился.

Ни грохота, ни скрежета. Так ни во что и не врезавшись, машина остановилась. Сама. Недовольно урчал двигатель, дворники исправно чистили стекло от плевков снежной жижи. Размокшие хлопья грузно оседали на капот.

Решетка обнаружилась позади: не рухнувшая, не выдранная с корнем, не погнутая, даже не задетая. Абсолютно целая, крепкая, сплошная кованая решетка. Не веря собственным глазам, распахнув дверцу, Андрей вывалился из салона. Машина мирно пыхтела, вхолостую расходуя бензин. Ни вмятины, ни царапины.

Только и клуб, и парковка, и скелет в костюме остались по ту сторону ограды, а он теперь обретался по эту.

Несколько минут Андрей глупо таращился, разинув рот. Снег падал на плечи, лип к лицу и мочил стоящие дыбом волосы. Потрясение и недоумение потеснили страх и ощущение угрозы, хотя фигура преследователя по-прежнему маячила неподалеку. Маячила — да приближаться не торопилась. В конце концов костлявый повернулся и неспешно скрылся во тьме.

— Вот дрянь, — Андрей с прорезавшимся чувством излил в стылый воздух поток самых изощренных ругательств, какие нашлись в арсенале. Когда поток иссяк, полегчало, но не слишком.

Забравшись обратно в салон, тяжело дыша, он с силой протер ладонями мокрое лицо. Автомобиль тронулся. Руки не повиновались, вспотевшие ладони соскальзывали с руля.

Как он очутился снаружи ограды? Перепрыгнул? Перепорхнул, будто птица? Взмыл в поднебесье и плавно опустился на четыре колеса? Или в решетке образовалась прореха? Проем, которого в темноте да еще со страху не разглядишь? Не запертые — и невидимые — ворота?..