Чтение онлайн

— Что-о-о-??? — выдержка все-таки изменила Кудасову, и он сорвался на крик. Планшет в его руках жалобно скрипнул и треснул. — И я узнаю об этом только сейчас???

— Но… Вы же знаете… Эдем нам не отчитывается…

— Знаю!!! — Кудасов гаркнул так, что бокал из тонкого стекла, стоявший на столе, возмущенно завибрировал. — Прекрасно знаю! Знаю, что лучшие, драть их, умы, не могут справиться с компьютерной, драть ее, программой! Знаю, что эта долбанная, драть ее, программа, вертит ими, словно они ее обслуживающий персонал! Хорошо хоть не заставляет поклоны бить и на «вы» к себе обращаться! Пока не заставляет…

Кудасов швырнул сломанный планшет в урну и заговорил спокойнее. Вот только от этого спокойного тона бедный инженер пошел красными пятнами. Он слишком хорошо знал, что за ним скрывается.

— Вы меня уверяли, что 348–15 мертв. Получается, что это не так?

— Получается, что так, — инженер кивнул. — Мы были уверены… Мы опознали его, анализ ДНК дал положительный результат…

— И тем не менее, он снова здесь. И снова пакостит, — Кудасов тяжело вздохнул и покачал головой.

— Я не понимаю, как так вышло, господин Кудасов, — вскинувшись, быстро затараторил инженер. — На этот раз осечки не будет. Объект назначен приоритетной целью для ликвидации. Новая директива уже отправлена на все ретрансляторы…

— Ликвидация? — голос мужчины стал холодным, как жидкий азот. — Ты… идиот?

Он шагнул ближе, и инженер инстинктивно отшатнулся, будто от хищника.

— Отмени приказ. Немедленно.

— Но… Но мы только раскатали свежее обновление… — инженер выглядел искренне растерянным.

— Значит, накатите еще одно, — в голосе Кудасова лязгнула сталь. — Неужели мне нужно учить вас работать?

Инженер торопливо кивнул, пятясь к двери. Кудасов жестом остановил его.

— Живым. — отчеканил он. — 348–15 нужен мне живым. Передай это всем, кто отвечает за исполнение. И своему гребаному Эдему это растолкуйте! Еще одна ошибка — и ты отправишься дежурить на мясную станцию! Ты меня понял?

Инженер сглотнул, несколько раз кивнул и почти бегом выскочил из зала.

Оставшись в одиночестве, Кудасов подошел к столу, налил себе вина в бокал, и, зажав высокую ножку между пальцами, подошел к панорамному экрану. Камера, установленная где-то на верхних ярусах разрушенной башни, продолжала транслировать вид на Москву — мертвую, утонувшую в вечных сумерках, со скелетами небоскребов и вспышками пожаров на горизонте.

Он отхлебнул из бокала и тяжело вздохнул.

Как же сложно работать с идиотами… И с идеалистами тоже.

Ну, ничего. Если все пойдет, как надо, триста сорок восемь, драть его, пятнадцать, проклятый Антей, ручная собачка покойного Плесецкого, скоро будет в его руках. А вместе с ним… Вместе с ним у него в руках окажется ключ ко всему. И, в первую очередь — к долбанному взбесившемуся Эдему…

И уж он, Кудасов, точно знает, как этим ключом воспользоваться правильно.

Гром медленно шел по галерее второго этажа, слушая, как металл гулко дрожит под подошвами ботинок. Тусклый свет фонаря выхватывал из мрака облупленные стены, полусгнившие двери и кучи проводов, свисающих с потолка. Когда-то здесь производили радиоэлектронику, теперь же завод напоминал труп: ржавые конвейеры, рухнувшие балки и бесконечная пыль. Только хруст битого стекла да редкие капли дождя, просачивавшиеся сквозь дырявую крышу, нарушали тишину внутри.

Он остановился у окна, заколоченного досками, и прислонился к стене. Снаружи слышались крики и топот – мутанты, окружившие здание, что-то выкрикивали на своем искаженном языке. Костры, разожженные по периметру, мерцали сквозь щели, отбрасывая зловещие тени на стены. Запах гари и гнили пробирал до тошноты.

Гром сжал цевье ручного пулемета, глухо выдохнул и провел взглядом по своим людям. В комнате их осталось шестеро. Двое раненых сидели у стены, пытаясь не загнуться от боли и потери крови, остальные молча проверяли оружие или тупо глядели в пол. Они пришли сюда за запчастями и элементами для главного инженера убежища. Дело вроде бы простое: обследовать завод, снять с конвейеров уцелевшие движки, найти старые платы…Справились быстро. Но когда они собрались уходить, снаружи их уже ждали.

Мутанты появились внезапно – целая стая. Долбанные дикари, вооруженные самопалами и холодным оружием. Вырваться наружу не получилось. Теперь они сидели в малом цеху, который хоть как-то можно было оборонять. Но долго ли они еще протянут? Боеприпасов почти не осталось, вода подходила к концу. И мутанты, похоже, решили их выкурить.

Гром поднял рацию, послушал шипение эфира и снова попытался связаться с убежищем:

– Центр, это Гром. Я еще раз повторяю: нам нужна помощь. Мы окружены. У нас есть раненые. Требуется срочная эвакуация.

Ответ был холодным, как и прежде:

– Гром, что ты не понял в первый раз? Держитесь. Придем, как только сможем. На поверхности карнавал целый. Кончай бухтеть в эфире! Отбой!

Гром стиснул зубы так, что хрустнула челюсть. По-хорошему, он понимал логику командира: потерять весь лагерь ради одного рейда – глупо. Но сидеть здесь, зная, что тебя списали в расход… Было горько.

Он посмотрел на мутантов сквозь щель в досках, которыми было заколочено окно. Те суетились вокруг, что-то перетаскивали к зданию. Запахло горючим. Крюк понял, что их собираются просто сжечь, как крыс в клетке.

Он вернулся к людям. Кто-то шептал молитву, кто-то тупо смотрел на свои сапоги. Раненый шепнул:

– Гром… Что там база? Где помощь?

– Помошь в пути. Скоро будут, – соврал он, проверяя затвор пулемета. Врать своим было неприятно, но паника – последнее, что ему сейчас было нужно.

Он снова глянул в щель. Мутанты за стенами вели себя нагло и расслабленно, будто знали, что их жертвы уже никуда не денутся. Один из них, кривоногий урод в драном бронежилете без пластин, взгромоздился на остов старой машины посреди двора. Под одобрительные вопли сородичей он ухмыльнулся своей клыкастой пастью, выудил из-за пояса дубину и, ухватив ее обеими руками, принялся демонстративно трясти между ног, насмехаясь над загнанными в здание людьми.

Гром сжал зубы, рука сама скользнула к спусковому крючку пулемета. Чертово отродье… если бы было больше патронов – снес бы рожу, пусть бы вся стая знала, что и умирая люди способны кусаться. Но сейчас каждый патрон был на вес золота.

Мутант продолжал свое мерзкое представление, издавая хриплый смех. Вдруг он странно дернулся, и голова уродца разлетелась, как переспевший арбуз от удара молотком. Тело грохнулось с остова машины, дернулось пару раз и затихло.

Эхо выстрела докатилось до здания и, прокатившись между руинами, затихло в отдалении. Гром вскинулся, перевел взгляд туда, откуда донесся звук. Разумеется, ничего разглядеть в непроглядной мгле не удалось. Кроме мутантов у костров, которые застыли, ошарашенно озираясь.