Осколки тебя P.S.Навсегда
Шрифт:
– Тебе нравится дизайн?
– Да. Я изучаю его в университете. А ты, Алекс? Чем занимаешься, ты? Наверное, - догадываюсь, в свою очередь стянув из его тарелки кусочек ветчины и сунув себе в рот, - гоняешь с утра до вечера на мотоцикле и кружишь девушкам головы?
Он не против такой игры, и тут же берет из моей тарелки следующий вкусный кусочек.
– Почему ты так думаешь?
– Ну, - я немного смущаюсь. Одно дело подумать, а другое – произнести в слух.
– Ты симпатичный. И как бы это сказать…
– Говори, как есть.
– Не выглядишь скромным и стеснительным.
Он прячет улыбку за стаканом с соком, а вот у меня так не выходит.
– Да, я люблю мотоциклы, ты угадала. А вот насчет девушек… Если и кружу головы, то не намеренно. У меня нет такой цели. – Он отставляет стакан на стол и смотрит на меня. – И девушки тоже нет.
– Э-м…
– И не было никогда, Лена.
Господи, почему я так покраснела? Даже кончики ушей вспыхнули, словно это личное признание сказано не просто так? Но я стараюсь этого не показать, и вспоминаю о тарелке с пастой, зашевелив вилкой.
– В это трудно поверить.
– Я не говорю, что не знаю, как это – быть с девушкой. Знаю. Но ни одну из них мне никогда не хотелось назвать своей.
– Э-э, м-м… - от смущения, я поправляю волосы и кусаю губы. Казалось бы, он говорит о себе, но почему у меня такое чувство, что ему важно, чтобы я поверила? Ведь мне легко солгать.
– Так чем ты занимаешься?
Он несколько секунд молчит, но потом произносит:
– Изучаю экономику и право в университете. Работаю в фирме отца. У него строительный бизнес – магазины и склады со стройматериалами. Иногда, это даже интересно.
– Значит, хочешь стать адвокатом?
– А ты дизайнером?
Я вздыхаю и откладываю приборы. Он словно чувствует мои сомнения.
– Не знаю. Мне нравиться проектировать и рисовать, воплощать идеи в жизнь… но есть кое-что, к чему бы я хотела вернуться.
– И?
– Но не могу.
– Ты мне расскажешь?
Алекс смотрит очень внимательно и серьезно. Протягивает руку и вдруг осторожно касается моих пальцев. И только это происходит, как меня тут же пронзает ток, и я вздрагивая. Удивленно распахиваю глаза, затаив дыхание, пока сердце бешено бьется в груди.
– В-возможно, но не сейчас.
Он встает из-за стола и идет в прихожую. Обувается и снова, обернувшись у двери, смотрит на меня.
Я знаю, о чем он думает – это читается в его взгляде. Сложнее этого разобраться в себе. Понять, что происходит со мной? Мы знакомы с ним всего несколько часов, а я думаю о том же…
– Спасибо за ужин. До встречи, Лена.
– До встречи, Алекс.
Он кусает нижнюю губу и выходит из квартиры. Уходит не обернувшись. Идет по улице, резковато минуя прохожих, пока я наблюдаю за ним из окна.
Не может быть, чтобы у него не было девушки.
Почему-то эта мысль ревностно царапает сердце.
А вслед за ней удивляет и другая: а что будет, если он сейчас исчезнет из моей жизни так же, как появился, и больше никогда не позвонит?
Глава 10
Ближе к вечеру звонит Пейдж. Она, как всегда, много щебечет о своем, и вдруг между прочим интересуется, не приставал ли ко мне парень на улице? И если да, то не собираюсь ли я звонить в полицию или приехать к ним с Дэвидом?
– Он на тебя так таращился в кафе, словно привидение увидел! Глаз не отводил! Я сразу поняла, что он не за десертом к нам заглянул! Скажите мне, говорит, кто эта девушка! Несите ваш чертов пирог! А сам такой подозрительный, даже ничего не попробовал!
– Не приставал. Мы познакомились с ним и поужинали.
– Лена, - голос подруги сразу становится тверже, - берегись. Он разобьет тебе сердце!
– Он мне понравился, Пейдж. Очень!
– Еще бы! – фыркает девушка. – Такой красавчик! Это тебе не Тоби или Маркус. Этот тип опасен, как темный грех! Да у него на лбу написано: «Если не дадите мне то, что хочу, я возьму это сам и любой ценой!» Любой, Лена! Он точно к тебе не приставал?
– Да ладно тебе, Пейдж. Мы всего лишь поговорили. Он был очень мил и помог мне донести коробки. Где здесь опасность? Я даже не знаю, увижу ли его снова.
При этой мысли становится немного грустно.
– Ох, я волнуюсь, Лена. Эти татуировки и взгляд… Конечно, тебе нужны отношения, я давно это говорю, но будь осторожна. Мне кажется, он тебе не подходит. То ли дело наш Тоби! Это даже хорошо, что он младший брат Дэвида. Зато надежный и добрый!
Подруга не может меня видеть, но наверняка догадывается, что я в этот момент закрываю глаза и качаю головой.
– Ты неисправима, Пейдж. Ну, не вижу я в Тобиасе своей судьбы, а водить его за нос не хочу.
– Тогда останови меня, если я снова перейду черту, хорошо? Иногда меня заносит.
– Ну-у, разве что самую капельку!
– Просто мне хочется, чтобы ты была счастлива так же, как мы с Дэвидом.
– Я буду.
– Обещаешь?
– Постараюсь!
– Как его хоть зовут? Твоего «милого» парня? – ядовито интересуется Пейдж, и хихикает в трубку.
Это замечательно, что у нее хорошее настроение. Они с мужем три года ждали ребенка и вот, наконец-то, у них получилось. Теперь эмоционально состояние подруги сложно предугадать, тем приятнее слышать ее смех.
– Алекс.
– Как? – удивляется она.
– Нет, это имя ему совершенно не подходит! Можно я буду называть его «Мистер Хулиган»? А еще лучше «Нарушитель спокойствия с синими глазами»! Только Дэвиду не говори, договорились?
– Договорились!
Мы еще какое-то время болтаем с Пейдж и, наконец, прощаемся.
Я долго не могу уснуть и лежу, глядя на длинные тени на стене. За окном на улице горят дорожные фонари, и сквозь открытые жалюзи деревья рисуются чудной формы. А перед сном на телефон приходит сообщение:
«Ты любишь музыку, шоколад и книги»
Все верно. И я отвечаю:
«Угадал»
«Тебе нравятся белые цветы и начинать утро с кофе»
«Мне кажется, это многим нравится»
«Кто такие многие? Есть ты»
«Почему я не чувствую с тобой личных границ? Ведь ты меня почти не знаешь?»
«Потому что их нет»
«Так не бывает»
«Представь, что ты уже знала меня когда-то – в прошлой жизни или в другой Вселенной. Тогда все объяснить будет проще»
«Ты хочешь сказать, что границы – это мы сами?»