Чтение онлайн

– Тогда как так вышло, что люди выжили? Или почему мы находимся в пределах одного города? – не переставала спрашивать я то, что вряд ли узнала бы из книг или буклетов, как при знакомстве выразился Дэн.

– Прости, я забыл, что ты родилась после того, как люди снова вышли на поверхность, – потупил взгляд мужчина. Затем резко выпрямился, кивнув на машину, и сел в салон. Я юркнула следом. А когда двигатель взревел и транспорт тронулся, Дэн продолжил. – Нам все равно долго ехать. Вот в пути и послушаешь.

– Так что насчет моих вопросов?

– Ах, да. Как люди выжили… – Дэн откинулся на спинку кресла, оставив на руле только одну руку. – Когда человечество было собрано на кораблях, застрявших на планете поместили в бункеры, один из которых отстроили в Гонконге за кратчайшие сроки. Там было все необходимое для того, чтобы прожить в нем пять или даже десять лет. Но они не учли фактора, что кто-то всегда будет лезть в лидеры. Начались распри, в ходе которых людей изгоняли на поверхность планеты в наказание, считая, что те погибнут. Да только не приняли во внимание то, что планета лечила себя, насколько хватало ее сил.

– Много людей было нашем в бункере?

– Двадцать тысяч. Остальные сгинули в агонии. И с каждым днем выживших становилось все меньше. Когда в итоге из бункера выбрались все люди, они расселились в одной из частей города. Нашлись и отщепенцы, которые предпочли жизнь вне так называемого общества – они и стали дикарями. – Все это время Дэн неотрывно следил за дорогой, не сбавляя скорость даже на редких поворотах. – Люди вынесли наружу все: и оставшихся животных, и рассаду для растений, и остатки провизии, и батареи, которыми до сих пор пользуются. Да только вернувшись в город, обнаружили, что тот разрушен. Пытались первое время обосноваться в одном из зданий, но непогода все портила. Заметало вход, сквозь щели пробивался песок, было безумно жарко. Дома рассыпались. Как итог, остатки человечества приняли решение: жить на улице в бараках, которые легки в восстановлении. Жизнь продолжилась. А когда на свет стали появляться потомки, люди подумали, что не стоит рассказывать детям об ужасах, что постигли человечество. Старались оградить их от прошлого, навязывали нововведенные стандарты и упорно молчали о том, что было когда-то. Они приняли новую жизнь, прекрасно осознавая, что погибель неизбежна.

То, что люди пытались использовать здания, я знала и сама. Когда была маленькой, произошло несколько инцидентов, в ходе которых погибли десятки человек.

– Тогда почему ко мне такое отношение, если они все помнят? – поразилась я, переосмыслив в этот момент всю свою жизнь.

– Чтобы следующее поколение не шло за тобой. Они считают твои мечты безнадежными. Думают, что улетевшие погибли, иначе давно вернулись бы за ними.

– Но мы можем показать им капсулу…

– Ага. И дать надежду, хотя сами даже не уверены в том, что что-то получится.

– Но совместными усилиями…

– Нет. Даже не пытайся. Знания утеряны. Никому это не нужно.

– Но ты не пробовал! – возразила я.

– И не надо. Слишком сложно объяснить тебе это, Ло… Но ты просто поверь: идея не приведет ни к чему хорошему. Как ты вообще узнала о том, что люди покинули планету?

– Ну, нам немного рассказывали. Мама очень любила сказки, в которых фигурировало прошлое. Она даже плакала пару раз. А когда я спрашивала подробности, она говорила, что это всего лишь сказка. И я верила ровно до тех пор, пока не свалилась с дыру. Тогда-то я попала в свою первую заброшку. Вроде, торговый центр. Там был магазин, в котором находились книги. Но их было мало. Я прочла позже, что люди полностью перешли на электронные носители. И так по чуть-чуть я разузнала о многом. Выяснилось, что сказки – вовсе не сказки. И я сообщила об этом маме однажды. Тогда-то она и смолкла.

– И понятно почему. Она испугалась.

– Странный этот новый мир. – Я скрестила руки на груди. – Нелогичный.

– В мире никогда не было логики.

– Хорошо. А что за катастрофа произошла, из-за которой люди улетели, а планета чуть не погибла?

– Не помню.

– Как это?

– Не знаю. Может, травмирующие воспоминания для меня. Или просто мал был слишком. Но, исходя из полученных знаний за все эти годы, причиной могло быть немногое. Например, солнечная вспышка. Отсюда недостаток воды, кислотные дожди и прочее. Поэтому люди и сбежали так быстро.

– Но как они успели отстроить восемьдесят кораблей?

Дэн на миг стих, словно обдумывая то, что стоит преподнести.

– Может, готовились к колонизации, а потом обнаружили, что с солнцем что-то не то. Ученые часто строили гипотезы. В итоге решили перестраховаться. И не зря, как видишь.

– А почему не забрали всех?

– Места и так едва хватило. Поэтому забирали самых полезных – рабочих, ученых, учителей. Остальных оставили.

– А как так получилось, что они бросили тебя – сына ученого, который изобрел двигатель и спас почти все человечество? – все не унималась я.

– Мама, как и многие люди, сомневалась, что улетевшие вернутся за выжившими, если будет, кого спасать. И решила остаться, чтобы у отца была причина полететь обратно. Я не захотел расставаться с ней. По крайне мере, так она мне объяснила.

– Тогда странно, что твой папа не прилетел за вами.

– Да, я тоже не понимаю.

Мы заехали домой к Дэну, где-тот наполнил фляги и бутылки, попутно пояснив за подземные воды, и прихватили еды (в основном, это были консервы, которые мой спутник нашел в брошенных домах). Я даже поинтересовалась, не опасно ли их есть, но мужчина успокоил, что можно. И только после всех этих манипуляций мы отправились в дорогу.

Два дня – именно такой срок установил Дэн для нашего пути. И это как минимум.

Внутри меня засело не шибко хорошее предчувствие. Казалось, по дороге случится нечто плохое. А этим плохим могло быть только одно – буря. Она может настигнуть нас в самый неподходящий момент, когда рядом не будет ни одного укрытия. В таком случае мы окажемся в беде.

Но Дэну я говорить об этом не стала. Он и так слишком расстроен, не хватало еще нервировать попусту. Ему пришлось вновь вспомнить все ужасы, для того чтобы ответить на мои вопросы. И теперь, когда меня посвятили в историю, я чувствовала себя немного странно.

Страха не было. Печали тоже. Но засело ощущение несправедливости. Нас бросили. Правда, видео из капсулы гласило об обратном. Только почему они нас ждут, а не сами летят за нами? У них корабли, у нас – ничего.

Буря нас так и не настигла. Мое предчувствие себя не оправдало, что к лучшему.

В пути мы с Дэном беседовали буквально обо всем. С ним было это очень просто делать. Легче открывать душу тому, кто поймет, а не осудит за подобные слова и мысли.

Изначально я почти не разглядывала окрестности, хотя мы проезжали разные по размеру города, в которых имелись и свои небоскребы, и здания пониже. Как и везде, все покрывал как минимум двухметровый слой песка, скрывший нижние этажи, дороги и фонарные столбы. Виднелись лишь обрывки проводов, по которым уже давным-давно не бежал ток.

Выезжая за пределы знакомой с детства местности, я надеялась увидеть новый мир. Считала, что за границами города все иначе, дома выглядят по-другому. Но все напоминало Гонконг с его серыми небоскребами, испещренными чернющими пятнами, засыпанной песком землей и пустынными улицами. Над нами все то же серо-голубое небо с яркой звездой, жар которой заставляет кровь в венах бурлить, а на лбу выступает пот, и его просто не успеваешь смахивать.

Сначала я смотрела в окно завороженно, ожидая приключений, неизведанного, возможно, новых знаний, но чем дольше мы ехали, тем меньше увлекал пролетающий мимо пейзаж.