Чтение онлайн

Конечно, страницы истории церкви часто были запачканы глупостью и эгоизмом, даже открытым неповиновением учению Христа. И сегодня некоторые церкви мертвы или умирают, а не живут полной жизнью; другие разорваны партиями на части и испорчены нелюбовью. Надо принять, что не все, провозглашающие веру и называющие себя христианами, демонстрирую! любовь и жизнь Иисуса Христа.

Тем не менее, место христианина в местной христианской общине, пусть и несовершенной, дает возможность искать качественно новые отношения, которые Христос дает Своему народу, и в этом общении участвовать в поклонении и свидетельстве этой церкви.

К настоящему моменту мы рассмотрели некоторые свидетельства об уникальной божественной природе Иисуса из Назарета; мы размышляли о нужде человека — грешника, отчужденного от Бога, запертого в себе, вдали от гармонических отношений с другими людьми; мы выделили главные аспекты спасения, которое Христос завоевал для нас и предлагает нам. Теперь пора задать очень личный вопрос — такой, какой задал Иисусу Христу Савл из Тарса на дороге в Дамаск: «Господи! Что повелишь мне делать?», или похожий, заданный тюремщиком из Филиппы: «Что мне делать, чтобы спастись?»

Ясно, что что–то делать надо. Христианство — это не просто подчинение некоему набору правил, пусть и истинных. Можно верить в божественность и спасение Христа, признавать себя грешниками, нуждающимися в спасении, но это еще не делает нас христианами. Нам надо лично ответить Иисусу Христу, безгранично посвятив себя Ему как нашему Спасителю и Господу. Разговор об истинном характере такого шага мы оставим до следующей главы, а кое–какие практические соображения рассмотрим сейчас.

Иисус никогда не скрывал, что Его религия включала как дар, так и требование. Причем, действительно, это требование было настолько же безоговорочным, насколько бескорыстным был дар. Если Он предлагал людям спасение, Он требовал от них подчинения. Он никогда не поощрял бездумных людей, хотевших стать Его учениками. Он не возлагал никакого бремени на тех, кто задавал вопросы. Он отсылал безответственных энтузиастов ни с чем. Лука рассказывает нам о троих, которые либо захотели сами, либо были приглашены следовать за Иисусом; но ни один не прошел испытаний Господа. Молодой богатый правитель, нравственный, честный и привлекательный человек, желавший получить вечную жизнь на своих условиях, тоже ушел печальный: его богатства остались нетронутыми, но он не приобрел ни жизни, ни Христа.

В другой раз огромные толпы шли за Иисусом. Может быть, они выкрикивали слова верности, и внешне это выглядело, как впечатляющее проявление их преданности. Но Иисус знал, насколько поверхностным было их отношение к Нему. Остановившись и обернувшись к ним, Он рассказал им такую притчу в форме вопроса.

«Кто из вас, желая построить башню, не сядет прежде и не вычислит издержек, имеет ли он, что нужно для совершения ее, дабы, когда положит основание и не возможет совершить, все видящие не стали смеяться над ним, говоря: этот человек начал строить и не мог окончить?» (Лука 14:28–30).

Христианский ландшафт усеян обломками покинутых, наполовину построенных башен — тех, которые начали строить и не смогли закончить. Ибо тысячи людей все еще игнорируют предупреждение Христа и принимаются следовать за Ним, предварительно не подумав о цене такого действия. Как результат, мы видим огромный скандал в христианском доме, так называемое «номинальное христианство» В странах, где распространилось христианство, большое количество людей покрыли себя приличным, но тонким слоем наружного христианского лоска. Они позволили себе до некоторой степени «участвовать», достаточной для того, чтобы их уважали, но не достаточной, чтобы причинять себе неудобства. Их религия — широкая, мягкая подушка. Она защищает их от жестких и неприятных сторон жизни, одновременно меняя свое место и форму для их удобства. Неудивительно, что циники говорят о лицемерах в церкви и отбрасывают религию как стремление убежать от реальности.

Послание Иисуса было совсем иным. Он никогда не понижал Свои стандарты и не приспосабливал Свои условия, с тем чтобы Его призыв принимали с большей готовностью. Он просил Своих первых учеников и просит с тех пор каждого ученика, чтобы их подчинение Ему было обдуманным и полным. Ни на что меньшее Он не согласен.

Сейчас мы должны совершенно точно рассмотреть, что Он сказал:

«И подозвав народ с учениками Своими, сказал им: кто хочет идти за Мною, отвергнись себя и возьми крест свой и следуй за Мною; ибо, кто хочет душу свою сберечь, тот потеряет ее; а кто потеряет душу свою ради Меня и Евангелия, тот сбережет ее; ибо какая польза человеку, если он приобретет весь мир, а душе своей повредит? Или какой выкуп даст человек за душу свою? Ибо, кто постыдится Меня и Моих слов в роде сем прелюбодейном и грешном, того постыдится и Сын Человеческий, когда приидет в славе Отца Своего со святыми Ангелами» (Марк 8:34–38).

В самом простом своем выражении призыв Христа был: «Следуй за Мной!» Он просил у мужчин и женщин личной преданности. Он приглашал их учиться у Него, подчиняться Его словам и соединять себя с Его делом.

Однако не может быть следования без предварительного отречения. Следовать Христу значит отказаться от всех менее значительных приверженностей. В те дни, когда Он жил на земле, среди людей, это означало буквально оставить свой дом и работу. Симон и Андрей, «оставивши сети», последовали за Ним. Иаков и Иоанн, «оставивши отца своего Зеведея в лодке с работниками», последовали за Ним. Матфей, который услышал призыв Христа, сидя «у сбора пошлин … встал и последовал за Ним».

Сегодня призыв Господа Иисуса, в принципе, не изменился. Он все еще говорит «Следуйте за Мной!» и добавляет: «Тот, кто не оставит всего, что имеет, не может быть Моим учеником».

На практике, однако, для большинства христиан это не означает физического расставания с домом или работой. Это подразумевает, скорее, необходимость внутренне предать их Богу и отказ позволить семье или амбициям занимать первое место в нашей жизни.

Мне хотелось бы полнее сказать об отречении, которое неотделимо от следования Иисусу Христу.

Во–первых, должно произойти отречение от греха. Одним словом, это — покаяние. Это первая часть христианского обращения. Ни при каких обстоятельствах ее нельзя миновать. Покаяние и вера идут рядом. Мы не можем следовать Христу без отказа от греха.

Покаяние — это определенный поворот от каждой дурной мысли, дурного слова, дела и привычки. Недостаточно чувствовать угрызения совести или каким–то образом извиняться перед Богом. В основе своей, раскаяние — это дело не эмоций и не речи. Это — внутренняя перемена мышления и отношения к греху, которая ведет к изменению поведения.

Здесь не может быть компромисса. Возможно, в нашей жизни есть грехи, отказа от которых мы не можем себе представить; но мы должны захотеть избавиться от них в то время, как взываем к Богу об освобождении. Если вы сомневаетесь, решая, что хорошо, что плохо, от чего надо избавиться, а что можно сохранить, старайтесь избегать сильного влияния обычаев и условностей христиан, которых вы знаете. Руководствуйтесь ясным учением Библии и подсказками совести; и тогда Христос будет постепенно вести вас дальше по тропе праведности. Когда Он указывавает на что–то — откажитесь от этого. Это может быть какая–то компания или способ времяпрепровождения, какая–то литература, которую мы читаем, некое чувство гордыни, ревности или неприятия или дух непрощения.

Иисус повелел Своим последователям вырвать глаз и отсечь руку или ногу, соблазняющие их. Конечно, нам не нужно повиноваться этому с мертвым буквализмом и увечить свои тела. Эта живая фигура речи говорит о безжалостном обращении с дорогами, по которым к нам приходит искушение.

Иногда истинное покаяние должно включать «восстановление» Это означает примирение с людьми, которым мы, возможно, причинили зло. Все наши грехи ранят Бога, и ни какое наше дело не сможет залечить эти раны. Это может совершить лишь искупительная смерть нашего Спасителя Иисуса Христа. Но если наши грехи задели других людей, иногда мы можем помочь восстановить разрушенное — и должны делать это, если есть возможность. Закхей, бесчестный мытарь, с лихвой оплатил все, что он украл у своих клиентов, и обещал отдать половину имения нищим, чтобы возместить (несомненно) совершенные и невозвратимые теперь кражи.