Чтение онлайн

Опять-таки получается, что Эней и его спутники оказались на Руси. Продолжим чтение Энеиды.

«Мирный и тихий до сель, поднялся весь край АВЗОНИЙСКИЙ (Азов? окрестности Азовского моря? — Авт.). В пешем строю выходят одни, другие взметают ПЫЛЬ ПОЛЕТОМ КОНЕЙ… Радуют всех войсковые значки и трубные звуки. ЗВОН НАКОВАЛЕН СТОИТ В ПЯТИ ГОРОДАХ: обновляют копья, доспехи, мечи в Крустумерии, в Тибуре гордом, в АРДЕЕ, а стенах Антемн башненосных и в мощной АТИНЕ» [125:0], с. 257.

Вновь упоминаются окрестности, по-видимому, Азовского моря и реки Дон, где расположены казачьи области. Тут действительно много пастбищ и коней. Говорится о кузницах, где звенят наковальни. Название АРДЕЯ практически совпадает со словом ОРДА. Мощная АТИНА — это, вероятно, все тот же ДОН или ТАНА, ТАНАИС. Напомним, что Танаисом в средние века именовали именно реку Дон, см. [ХРОН4]. Обратим внимание, что Энеида говорит о неких пяти городах в Орде. В этой связи сразу вспоминается, что Великий Новгород, — то есть Владимиро-Суздальская Русь с центром в Ярославле, который, согласно нашим исследованиям, был метрополией Руси-Орды, — состоял из пяти концов или пятин. Новгородские земли делились на ПЯТЬ ПЯТИН: Водскую, Обонежскую, Бежецкую, Деревскую и Шелонскую [988:00]. То есть Великий Новгород был как бы пятиградием. Возможно, о нем и идет речь в Энеиде.

Далее Эней прибывает в мрачный Тартар. Согласно нашим результатам, см. [ХРОН5], ранее Тартаром именовали Тартарию-Татарию, то есть Великую = «Монгольскую» Империю. Следовательно, автор Энеиды правильно указывает путь Энея по Руси-Орде. Эней попадает в земли, ГДЕ МНОГО ЗОЛОТА, причем, как подчеркивается, ЗАПАСЫ ЗОЛОТА НЕИСЧЕРПАЕМЫ. Пророчица говорит Энею, что ему придется:

«Дважды увидеть ТАРТАР, если тебе отраден подвиг безумный, слушай, что сделать тебе придется. В чаще таится ветвь, ИЗ ЗОЛОТА ВСЯ, И ЛИСТЫ НА НЕЙ ЗОЛОТЫЕ. СКРЫТ ЗЛАТОКУДРЫЙ ПОБЕГ, посвященный дольней Юноне, В СУМРАКЕ РОЩИ ГУСТОЙ, В ТЕНИ ЛОЩИНЫ ГЛУБОКОЙ. НО НЕ ПРОНИКНЕТ НИКТО В ПОТАЕННЫЕ НЕДРА ЗЕМНЫЕ… ВМЕСТО СОРВАННОЙ (золотой ветви — Авт.) ВМИГ ВЫРАСТАЕТ ДРУГАЯ, ЗОЛОТОМ ТЕМ ЖЕ НА НЕЙ ГОРЯТ ЗВЕНЯЩИЕ ЛИСТЬЯ. Взглядом кроны дерев обыщи и ВЕТВЬ ЗОЛОТУЮ РВИ БЕЗОРУЖНОЙ РУКОЙ: без усилья стебель поддастся, если судьба призывает тебя; если ж нет — НИКАКОЮ СИЛОЙ ЕЕ НЕ ВОЗЬМЕШЬ, НЕ ОТРУБИШЬ И ТВЕРДЫМ ЖЕЛЕЗОМ… ЗОЛОТА ОТСВЕТ СВЕРКАЛ меж ветвей его темно-зеленых… ТАК ЖЕ БЛИСТАЛИ ЛИСТЫ ЗОЛОТЫЕ на падубе темном» [125:0], с. 223, 225.

Здесь сказано, что в Тартаре-Тартарии золото таится в трудно доступных местах, среди лесов, в «потаенных недрах земных». Золота очень много, потому что вместо одной «сорванной золотой ветви» тут же вырастает другая. Причем золото открывается не всем, а лишь тем, «кому предназначено судьбой». По-видимому, здесь «античная» Энеида рассказывает о золотых месторождениях Руси-Орды, в частности, на Урале. Поиск золота всегда был сопряжен с трудностями, риском, с большой долей удачи. Кому-то везло, кому-то нет. Недаром вокруг профессии золотоискателей сложилось много мифов и легенд.

Шестая книга Энеиды подробно рассказывает о путешествии Энея и его спутников по Тартару-Тартарии-Татарии. По ходу дела упоминается «лодочник мрачный» Харон, перевозящий души мертвых через глубокие воды Коцита. Так в Энеиде назван Стикс — мифический поток, через который лежит путь в страну мертвых. На этом примере хорошо видно, как преобразовывались собственные имена в старых текстах. Ведь название КОЦИТ получается из СТИКСА простой перестановкой согласных и заменой гласных.

Вероятно, в путешествие Энея по Руси-Орде вплетен рассказ о перевозках бальзамированных тел царей-ханов из Руси-«Монголии» в далекий африканский Египет, на главное кладбище Империи, см. [ХРОН5].

В Тартаре-Тартарии Эней видит большой и хорошо укрепленный город, вероятно, столицу или какую-то мощную крепость.

«Влево Эней поглядел: там, внизу, под кручей скалистой ГОРОД РАСКИНУЛСЯ ВШИРЬ, ОБВЕДЕННЫЙ ТРОЙНОЮ СТЕНОЮ. Огненный бурный поток ВКРУГ ТВЕРДЫНИ ТАРТАРА МЧИТСЯ. Мощной струей Флегетон увлекает гремучие камни. РЯДОМ ВОРОТА СТОЯТ НА СТОЛПАХ АДАМАНТОВЫХ ПРОЧНЫХ: СТВОРЫ ИХ СОКРУШИТЬ НИ ЛЮДСКАЯ СИЛА НЕ МОЖЕТ, НИ ОРУЖЬЕ БОГОВ. На железной башне высокой днем и ночью сидит Тизифона в одежде кровавой… Слышится стон из-за стен и свист плетей беспощадных, лязг влекомых цепей и ПРОНЗИТЕЛЬНЫЙ СКРЕЖЕТ ЖЕЛЕЗА» [125:0], с. 233.

Не исключено, что описаны кузницы, металлообрабатывающие мастерские. В то же время, в словах автора Энеиды уже сквозит негативное отношение к Тартару-Тартарии, характерное, как мы понимаем, для западных европейцев эпохи Реформации XVII–XVIII веков. Когда Русь-Орду = Тартарию начали воспринимать на Западе как «ужасное место» и рисовать, в основном, черными красками. Дескать, ад, Империя зла, варвары. С другой стороны отношение было боязливо-уважительным: постоянно подчеркивается огромная мощь Тартара-Тартарии, перед которой трепещут даже боги, см. выше. Вергилий отмечает гигантские размеры Тартара-Тартарии:

«В глубину уходит настолько Тартара темный провал, что вдвое до дна его дальше, чем от земли до небес, до высот эфирных Олимпа. Там рожденных Землей титанов древнее племя корчится в муках на дне, низвергнуто молнией в бездну» [125:0], с. 234.

Однако оказывается, Тартар-Тартария вовсе не такая уж целиком мрачная страна. Путешествуя далее по Тартару, Эней попадает в красивые и светлые места, где люди счастливы. Поздние комментаторы предлагают считать обитателей Тартара некими «душами», то есть как бы бесплотными существами. Однако, в описании Вергилия, Эней общается с ними как с обычными людьми, разговаривает, выслушивает их мнения и т. п. В его странствии по Тартару нет ничего фантомного, призрачного. Так что, скорее всего, первоначально в поэме рассказывалось о путешествии Энея по Тартару не в каком-то условно-переносном смысле, а как о РЕАЛЬНОМ посещении Тартара-Тартарии. И лишь потом, в эпоху XVII–XVIII веков, редакторы тенденциозно исправили старинный оригинал так, чтобы превратить Тартар-Тартарию в какую-то мифическую, удаленную и фантомную «страну бесплотных душ». Мы цитируем:

«В РАДОСТНЫЙ КРАЙ ВСТУПИЛИ ОНИ (Эней со спутниками — Авт.), ГДЕ ВЗОРУ ОТРАДНА ЗЕЛЕНЬ СЧАСТЛИВЫХ ДУБРАВ, ГДЕ ПРИЮТ БЛАЖЕННЫЙ ТАИТСЯ. ЗДЕСЬ НАД ПОЛЯМИ ВЫСОК ЭФИР, И СВЕТОМ БАГРЯНЫМ СОЛНЦЕ СИЯЕТ, и свои загораются звезды. Тело себе упражняют одни в травянистых палестрах и, состязаясь, борьбу на песке золотом затевают, В ТАНЦЕ бьют круговом стопой о землю другие, ПЕСНИ ПОЮТ… ЗДЕСЬ и старинный род потомков Тевкра прекрасных, славных героев сонм, рожденных в лучшие годы: ИЛ, АССАРАК И ДАРДАН, основатель Трои могучей… Герои пируют, сидя на свежей траве, и поют, ликуя, пеаны в рощах, откуда бежит под сенью лавров душистых, вверх на землю стремясь, ЭРИДАНА ПОТОК МНОГОВОДНЫЙ» [125:0], с. 236.

Таким образом, выясняется, что Тартар-Тартария вовсе не «сплошной ад», а, попросту, страна контрастов. Есть здесь мрачные места, но есть, оказывается, и райские, привлекательные. Что вполне соответствует размерам и природе Руси. На Руси были дикие, мрачные, опасные области, но были и есть исключительно плодородные, удобные и приятные для жизни. Так что вполне справедливо говорится в поэме, что Эней со спутниками «в радостный край вступили».

Кстати, среди прародителей царей великого Рима, находившихся в Тартаре-Тартарии, назван АССАРАК, то есть, вероятно, РУССКИЙ. Здесь поздний переписчик мог переставить буквы: РССК -> ССРК. Далее, Вергилий сообщает, что Ромул, один из основателей Рима, был из рода Ассарака: «Ромул, рожденный в роду Ассарака от Марса и жрицы Илии» [125:0], с. 238. Считается, что Эней был правнуком Ассарака [125:0], с. 410.