Чтение онлайн

Стали ли мы от этого счастливее? По мнению психолога Дэвида Майерса, автора книги "Погоня за счастьем", – "да, чуть-чуть". Значительное число исследований показывают, что как только мы преодолеваем границу бедности и удовлетворяем свои основные потребности, дальнейший рост доходов и накопление имущества в поразительно малой степени повышают наше благополучие. Майерс так характеризует эту ситуацию:

Однако, как ни странно, среди людей, имеющих большие доходы существует лишь незначительная тенденция получать большее удовлетворение от достигнутого. Верно говорят: удовлетворение – это не столько получение желаемого, сколько желание уже имеющегося.

Возьмите, к примеру, Соединенные Штаты. За тридцать лет с 1960 по 1990 гг. покупательная способность и материальная обеспеченность среднего американца возросли вдвое. Удвоилось ли от этого счастье? Майерс приходит к горькому выводу:

Значительный рост нашего уровня жизни за последние тридцать лет ни на йоту не увеличил счастья и удовлетворения от жизни.

Эти факты для большинства людей оказываются огромным потрясением. Они разрушают представления о счастье, на которых строятся столь многие индивидуальные жизни и целые культуры. Миллионы людей жертвуют здоровьем, чтобы стать богатыми; капиталисты и экономисты считают деньги главным мотивом в человеческой жизни; бесчисленные потребители без конца покупают новейшие товары; и политики продолжают привлекать загипнотизированных избирателей перспективой растущего богатства. Конечно, нам нужно помогать людям избавляться от бремени нищеты. Но новейшие исследования сходятся во мнении с мировыми религиями – все большее количество денег и имущества не приносит все большего счастья.

Уравновешенная жизнь

Богатейший из вас тот, кто не попал в ловушку алчности... Скупец – беднейший из всех (Мохаммед)

Существует весьма распространенное неверное мнение, которое породило огромное количество ненужных страданий. В самих по себе физических удовольствиях, наподобие денег, секса, и имущества, изначально нет ничего плохого, и в их получении нет никакого зла. Это – всего лишь некоторые из прелестей жизни, и мы, безусловно, можем ими наслаждаться. На самом деле, монотеистические религии – иудаизм, христианство, и ислам – иногда называют их Божьими дарами и описывают наш мир, как сад земных удовольствий. Однако, если мы совершаем роковую ошибку, считая эти удовольствия лучшими, или единственным источником радости, то становимся столь же сильно зависимыми от них, как употребляющие героин зависят от своего наркотика.

По существу, мы нуждаемся в уравновешенной точке зрения – философии жизни – которая признает и почитает уместные удовольствия и уделяет каждому из них надлежащее место в жизни. Так поступают мировые религии, и особенно ясным примером тому служит индуизм.

Четыре цели жизни

 Индуизм различает в жизни четыре главные цели – артха, кама, дхарма, и мокша. Артха – это обретение материального имущества и всего необходимого для комфортабельной и полезной жизни. Кама – это чувственное наслаждение и любовь, и соответствующий классический текст, Кама-сутра, представляет собой всемирно известный учебник любовных отношений. Третья цель именуется дхарма; у этого слова очень много значений, но по существу оно относится к широкому спектру моральных и религиозных обязанностей.

Каждая из этих трех жизненных целей считается уместной и приятной. Каждая заслуживает того, чтобы к ней стремиться и наслаждаться ее достижением в качестве одной из сторон жизни, при условии одновременного почитания четвертой цели и стремления к ней.

Эта четвертая цель – мокша – обеспечивает контекст для первых трех и уравновешивает их, она придает глубину индуистской философии и жизни. Мокша – это духовное избавление, просветление, или освобождение, и она считается высшей целью и благом человеческой жизни. Первые три цели нужно преследовать не только ради удовольствий, которые они приносят, но и ради духовного роста. Объединение всех четырех целей гарантирует, что стремление к первым трем не будет неэтичным или чрезмерным, и ориентирует жизнь, со всеми ее многочисленными удовольствиями, на непостижимое наслаждение просветления.

ПРОКЛЯТИЕ ПРИСТРАСТИЯ

Привязанность, или пристрастие, и ее полное проявление – зависимость – весьма отличаются от простого желания. Привязанность – это непреодолимое влечение, которое вопит: "Я должен иметь то, чего я хочу, или я не буду счастлив". Например, если мне просто хочется мороженого, и я его получаю, то это чудесно; если я его не получаю, это не слишком меня расстраивает. Но если я привязан к мороженому, я должен его иметь, или буду страдать. Не исполнившиеся желания проходят почти без последствий; неудовлетворенные привязанности приносят разочарование и боль.

Издержки пристрастия

Все великие религии считают пристрастия главной причиной человеческих страданий. Интересно, что западные философия и общество начинают с этим соглашаться. Недавно мы начали осознавать, насколько всепроникающими и разрушительными могут быть привязанности и как сильно они искажают жизнь отдельных людей и целых культур. Наша привязанность к потреблению отравляет всю планету, а никотин – самый опасный и неотвязный из всех наркотиков – ежегодно убивает миллионы людей.

На Западе мы уделяем большое внимание проблеме наркотиков. Но великие религии уже давно показали, что объектом нашей привязанности и даже наркотической зависимости может становиться практически все, что угодно – деньги, власть, слава, секс, положение в обществе, убеждения, пища, одежда, самооценка – этот перечень практически не имеет конца. Как только мы попадаемся на крючок, привязанности искажают наши приоритеты и делают нас слепыми к подлинному источнику счастья – как это наглядно изображает тибетский буддизм:

Желание чувственных объектов и зависимость от них ослепляют тебя, как пламя лампы ослепляет мотылька.

Никто и никогда не высказывал эту мысль так ясно, как это сделал Будда. Родившись 2500 лет назад, человек, которому предстояло стать Буддой, прожил двадцать девять лет как принц, окруженный изысканной роскошью. Поначалу он наслаждался своим царским образом жизни и предавался всем возможным наслаждениям. Но незадолго до тридцатого дня рождения, прогуливаясь в своей коляске, он увидел три вещи, которым было суждено изменить его жизнь, а впоследствии и весь мир – дряхлого старика, безнадежно больного человека, и мертвое тело. В момент потрясающего прозрения он осознал:

1. ему, как и всякому другому, неизбежно предстоят старость, болезни и смерть;

2. ни одно из его многочисленных удовольствий и развлечений не будет длиться вечно;

3. ни одно из них не принесет в его жизнь вечного счастья или смысла.

Это открытие привело к поразительным результатам. Он оставил свой дворец, богатство, и даже семью, и провел следующие шесть лет, скитаясь по всей Индии в неистовых и неустанных поисках высшего счастья и цели жизни. Один за другим, он испробовал все известные методы. Он изучал философию, учился йоге, и практиковал столь строгие аскезу и пост, что едва не умирал от голода. Вот как он сам говорит об этом:

Так как я принимал лишь малые количества твердой и жидкой пищи, мое тело становилось крайне истощенным... Мои бедра от недостатка пищи стали подобны ногам верблюда, мой хребет прогнулся и выпирал, словно нитка бус... Желая коснуться кожи живота, я взамен ощутил бы свой позвоночник.

Пройдя по пути аскезы до смертельно опасных пределов, он понял, что ни этот путь, ни его противоположность – жизнь полная роскоши и чувственности, не могли привести его к желанной цели. Вместо них он выбрал то, что назвал "срединным путем", лежащим между крайностями аскезы и излишеств.