Чтение онлайн

Каждый человек, какие бы аргументы ему не приводили по поводу того, что души не существует, помимо этих разумных аргументов имеет некое необъяснимое ощущение уверенности единства телесной природы, единства, которое представляет собой человек, и важность тела в его природе. Ни одна религия: ни мусульманская, ни буддистская, ни языческие религии, о которых я сейчас вкратце сказал — по разным причинам не могут объяснить, зачем человеку тело. Как правило, это оканчивается или тем, что тело — это могила души, как в древнегреческой языческой религии, или тело — это видимость, иллюзия, майя по терминологии древних индусов, как в буддизме. Но здесь вы сами понимаете, что если мы только что говорили об аргументах, которые утверждают, что иллюзией является душа, и мы этому никогда не поверим, если хоть немножечко погрузимся в глубины своей души, то точно так же мы не поверим и в то, что иллюзией является наше тело, как бы буддисты нас не уверяли в реальности их аргументов. Тело реально, и для современного человека оно более реально, чем существование души. Как я говорил вчера, тело просто кричит о своей реальности. Материальный мир заставляет в себя поверить в отличие от души — свободной субстанции, которая в силу своей свободной сущности, не может заставить в себя поверить. Чтобы ее увидеть, нужно проявить активность, деятельность. Христианство — это единственная религия, которая уделяет телу должное внимание. Во-первых, это явствует из того, что Бог творит мир, и каждое творение заканчивается словами: «И увидел Бог, что это хорошо», т. е. материальный мир оказывается имеющим благую сущность, а не злую субстанцию, как считают последователи дуалистических направлений. А с другой стороны Бог Сам стал человеком, Сам принял в Себя телесную человеческую природу во всей полноте. Бог стал человеком во всей полноте, т. е. с душою и телом. Бог стал Иисусом Христом, который родился, рос, питался, страдал, испытывал боль, т. е. имел полную человеческую природу. Он умер и воскрес, победив смерть. Таким образом, тело освящается в христианстве. Телу показывается его огромное религиозное значение — настолько важное, что указывается и последующее воскресение в телах.

Однажды Исаака Ньютона спросили: «Как он может быть настолько наивным, чтобы верить в будущее воскресение тел? Ведь мы уверены, тело совершенно истлеет. Не останется ничего, даже костей». На это Исаак Ньютон промолчал. Он взял из своего лабораторного стола железные, медные и древесные опилки и смешал их, а затем попросил собеседника: «Выделите, пожалуйста, железные». Тот ответил: «Это невозможно, полная каша». Ньютон взял магнит и за полсекунды отделил железные опилки, а затем сказал: «Неужели вы считаете, что Бог глупее меня? Неужели Он не может отделить частицы тела моего из той материальной действительности, которая приняла его в себя, используя все известные Ему способы, а не только тот, который известен мне». Поэтому этот аргумент о том, что телесное воскресение невозможно, является принижением всемогущества Божия. И очевидно, что видение пророка Иезекииля, как кости появляются из земли и соединяются в телах, то видение, в котором он видел будущее воскресение тел, — это, действительно, чувственно-наглядное описание того реального процесса, который когда-то в конце времен будет происходить.

Действительно ли так это будет происходить или в несколько иной форме, мы утверждать не можем. Но пророчество — это факт.

Почему еще важно понимать роль телесной составляющей человека в нашей с вами жизни? Без признания телесной жизни сама земная жизнь человека оказывается бессмысленной. Зачем человек живет, зачем ему даны эти несколько десятков (кому больше, кому меньше) лет жизни? Зачем человек рождается, живет, помогает ближнему, любит, ненавидит, ищет, радуется? Зачем вообще все это? Это оказывается бессмысленным, если тело, действительно, кажется человеку, как в буддизме, и является могилой души, как в языческих религиях. Пребывание человека на земле оказывается бессмысленным. Все это не имеет никакого значения. Все наши, так называемые, нравственные дела или, наоборот, безнравственные не имеют ровно никакого значения.

Ну, убил человека. Ну и что? Душу-то ведь не повредил. Я ударил ножом в его материальную оболочку. Сделал благое дело — освободил душу от ее могилы. А если считать тело иллюзией, то тем паче: выстрелил в мираж. Не грех это, а повреждение моего воспаленного от жажды ума. Выстрелил я в буддиста и сказал: «Ничего страшного. Тебе кажется, что я тебя убил. На самом деле я помог тебе сосредоточить твои дхармы в состоянии наименьших колебаний».

Понимаете, эти все аргументы, которые я буду высказывать буддисту или язычнику, последовательны и логичны с точки зрения его религии. Но никто — ни буддист, ни язычник — с ними не согласится именно потому, что на глубинном уровне он понимает, что его теоретические выкладки — это лишь видимость объяснения. На самом деле каждый: и буддист, и язычник — держится за свое тело, за свою жизнь. Если он заболевает, то лечит свое тело. Если ему грозит смертельная опасность, он ее старается избежать. Людей, которые действительно понимают, что тело кажется им, что тело является могилой души, и последовательно проводят такую жизнь, в истории насчитывается крайне мало. Такие последовательные и честные в своих взглядах философы, конечно, были, но их было мало.

Великий Плотин — греческий философ III века после Р.Х. и тот, хотя, как указывают источники, никогда не лечился и не мылся, говоря: «К чему мне мыть свою могилу», но и тот, когда к нему пришел ученик Порфирий и сказал, что решил покончить жизнь самоубийством: «Мне надоело жить, помещать свою душу в могиле», Плотин ответил: «Нет, нельзя. Ибо всему свое время. Если боги поместили тебя в это тело, значит, жди, когда боги освободят тебя от него». Тем самым Плотин выражает мысль, что есть какая-то высшая, не подвластная его пониманию воля богов, которая и распоряжается нашей телесной и душевной жизнью.

Тело для христианина — это не могила. Как сказал апостол Павел: «Тело — это храм, храм души». В I послании к Коринфянам он пишет: «Тело это храм Божий. И прославляйте Его в душах ваших и телах ваших». Вот точка зрения Христианской Церкви: тело — это храм души. И как храм должен быть красивым и благоустроенным, так и тело наше должно быть здоровым. Ведь вспомните даже то, что делал Спаситель, когда жил на земле. Когда к нему приходили больные, Он их лечил. Он ни одного здорового не наградил болезнью. Наоборот, Он понимал, что болезнь — это страдание и что Бог — это жизнь, это здоровье, и именно этого ждут от Него больные, слепые, прокаженные, расслабленные. Подавляющее большинство чудес, которые происходят на протяжении почти 2000 лет, связано с чудесным исцелением, и, прежде всего, люди ждут именно этих чудес в христианстве.

Никто не молится для того, чтобы перейти реку по воде как посуху. Обычно люди над этим даже не задумываются, переходят по мосту и говорят: «Ну, нормально!» А вот часто люди слишком верующие или, может быть, чересчур последовательные в своей вере, — есть такое выражение: вера не по разуму — говорят: «Нет, мы к врачу не пойдем — это маловерие. Мы лучше помолимся, чтобы Бог даровал нам здоровье». Я обычно отвечаю на это так: «Почему вы переходите по мосту через реку, не называя это неверием? Господь ходил по воде, и вы тоже ходите по воде. Летайте по воздуху, а не на самолете». Как сказал Бог: «Если у вас есть вера хотя бы с горчичное зерно, вы можете горы двигать». Я это говорю не для того, чтобы упрекнуть людей в маловерии, а из соображения целесообразности. Как ответил наш Господь во время своего искушения в пустыне, когда диавол подошел к нему и сказал: «Ну, давай, прыгни, и ангелы подхватят Тебя и понесут»? Он сказал: «Не искушай Господа Бога твоего понапрасну». Так же и здесь. Все, что зависит от нас с вами, то мы должны делать сами.

А позиция современного человека в той концепции, о которой я вчера вам говорил — о лени как о двигателе прогресса, очень проста и удивительно логична. Ленивый человек обычно говорит так: «Незачем мне надрываться несколько дней, месяцев, лет и что-то там делать. Бог всемогущ. Для Него это самое сделать — раз плюнуть. Вот помолюсь, и Он за меня сделает. А я буду потом этим наслаждаться». Бог в данном случае выступает как некоторый инструмент, например, как некоторый очень мощный экскаватор. Зачем брать лопату и копать? Можно экскаватором вырыть за гораздо меньшее время то же самое, что человек будет делать много-много дней в трудах и в поте. Вот, для многих людей Бог исполняет роль такого вот инструмента, механизма. А потом люди подобного типа еще обижаются: «Ну, как же так, я помолился, а Бог мне не дал». Экскаватор поломался, понимаете? Значит Бог неправильный или я неправильно помолился. Понимаете, такое чисто механическое отношение. Неправильно молился — механизм поломался. Значит, нужно найти какую-нибудь другую молитву. По Москве гуляли какие-то старые, очень действенные молитвы. От веры здесь нет ничего. Это называется магия. Это не вера, это магия. Магия по определению есть способность управлять с помощью своих слов некоей другой действительностью. Вот что такое магия. Я скажу какое-то магическое слово и произойдет нечто, что при произнесении других слов не происходит. Эти слова естественно, будут таинственными, мистическими, незнакомыми другим. Поэтому я обладатель магической силы.

Как сказано в Евангелии: «Если хотите чего-нибудь, то просите. И дано будет вам». А если не получите, значит не на добро просите. Вот принцип. Мы не знаем, зачем мы молимся. Может быть, человек молится о даровании себе здоровья, а Бог ему не дает здоровья. Здесь могут быть два варианта: или молитва неискренна, вера неискренна (это первое), а если мы даже понимаем, что молитва искренна и вера наша не пуста, а здоровья все равно нет, то вывод может быть другой: Господь лучше нас знает, что нам в данный момент надо. Может быть, нам нужно не здоровье, а болезнь, и по милости, по любви к нам Бог не дает нам здоровья.

Почему? На это могут быть различные причины. Мне часто задают такой вопрос: «Вы говорите, что тело должно быть здоровым, поскольку это храм души. А как же объяснить вериги, такую аскезу, которая направлена на умервщление плоти?» Объяснение этому очень простое. Умервщление плоти никогда не являлось уничтожением плоти. Самоубийство — это страшный грех. Я знаю только лишь один пример членовредительства, и тот литературный. Отец Сергий Толстого отрубает себе палец. Опять же, для чего? Для того чтобы победить в себе соблазн, который гораздо вреднее. Или другой пример мы видим у Лескова. Он написал произведение «Гора». Демичев, когда его соблазняет блудница, вспоминает фразу: «Лучше тебе глаз потерять, чем душу». Он вырывает у себя глаз и тем самым спасает себя от душевной гибели. Это литературные примеры. Насколько были реальны такие примеры в действительности? Я думаю, что они встречались гораздо реже, чем эти литературные примеры. Но в любом случае всегда усмирение плоти было именно усмирением плоти. Оно было необходимо тогда, когда человек не мог победить свои душевные соблазны. По слабости своей человек просил себе болезнь для того, чтобы эта телесная слабость не позволяла ему совершить гораздо более тяжкий грех. Но не каждый человек может будучи здоровым, сильным, устоять перед некоторым соблазном — перед женщиной, перед богатством, чем-то еще, а в болезни это гораздо легче сделать. Кто-то понимает это и сам просит болезнь, а кто-то не понимает, и Бог дает ему болезнь, зная, что если этот человек будет здоровым, он пойдет во все тяжкие: станет или преступником, или распутником, или еще кем-то. А в болезни он будет лежать дома, читать книжки и вести праведный образ жизни.

Но в целом отцы Церкви всегда подчеркивали, что приоритет все же отдается здоровому образу жизни. Как говорил преп. Максим Исповедник: «Сохраняющий тело свое в здоровье, имеет в нем лучшего соработника». Т. е. здоровый человек — это человек, который всегда может помочь ближнему. Больной требует внимания к себе. Он эгоист в этом плане. Здоровый помогает ближним, он любит реальной, настоящей, действенной любовью и выполняет ту главную заповедь, которую дал нам Господь Иисус Христос: «Заповедь новую даю вам: любите друг друга».