Чтение онлайн

Для новоначального человека представление о правиле начинается с того, что он, прежде всего, оценивает свое внутреннее стремление быть с Богом и говорить с Ним всерьез. Достаточно выбрать из утреннего или вечернего правила те молитвы, которые лежат у нас на сердце, чтобы они стали по-настоящему нашими. Со временем человек начинает чувствовать определенную жажду, голод молитвенный, когда этих слов уже не хватает и хочется сказать что-то еще. Так молитвенное правило начинает неуклонно развиваться. При этом оно не обязательно растет, оно может оставаться небольшим, но делаться все лучше и чище. У человека расширяется душа, которая жаждет молитвы.

Молитва узнается по плодам. Если молитва плода не приносит, следует подумать о нашем отношении к ней. Когда человек начинает любить богослужения, не тяготится их тяжестью, сомолится со священником и с хором, когда он стремится как можно чаще бывать в храме, а свое вынужденное отсутствие переживает как тяжкую болезнь, когда человек, в силу житейских обстоятельств не успевший прочитать утренних молитв, целый день чувствует себя не на своем месте, – налицо признаки того, что настоящая молитва рождается, движется и сама начинает подталкивать человека вперед.

Иногда молитва рождается в нас с трудом, но если человек не предпринимает усилий, то он и не спасется. Дело в том, что в Царствии Небесном ничего нет, кроме молитвы, наполняющей жизнь и соединяющей собою все сущее. Там не может быть отдыха от молитвы, нет возможности спрятаться от нее. Царство Небесное – это непрерывное общение с Господом, непрестанная молитва.

Молитва доходит до Самого Бога. По слову преподобного Ефрема Сирина [26] , «когда молитва с любовью возносится к Богу, чтобы собеседовать с Ним, тогда открыты для нее небесные врата, и никто не воспрепятствует ей войти в них. Не задержат ее Ангелы, не остановят Огнезрачные, как только пожелает она войти и получить от Бога исполнение просимого. Поэтому всякий возлюби молитву, и бодрственно упражняйся в ней – и день и ночь».

«Благодать Божия дает силы Любимого любить; и влечется душа к молитве непрестанно, и не может забыть Господа ни на секунду», – писал преподобный Силуан Афонский.

Давайте откроем молитвослов и проверим, хорошо ли мы понимаем слова, которыми каждый день обращаемся к Богу.

Наше утреннее правило начинается с обращения к Духу Святому: «Царю Небесный…» В этой молитве есть такие слова: «Иже везде сый и вся исполняяй…» «Исполнение» – церковнославянское слово, часто встречающееся в богослужении и означающее полноту. То есть Дух Святой все Собой наполняет, а не исполняет все наши прихоти. Когда мы молимся Святому Духу, мы просим, прежде всего, о том, чтобы Он исполнил Собою Нас.

С этого вообще все начинается – мы живем и в Церкви, и в молитве только в том случае, если Дух Святой в нас действует. В самом деле, если мы эту молитву прочитаем по-настоящему, то исполним все, заложенное в правиле. Но если, начиная с этой молитвы свое утреннее правило, мы ее не осмысливаем, то Дух Святой приходит к нам, а вселиться в нас не может. Не может, потому что на самом деле мы не очень этого хотели, да, собственно, и не очень об этом просили, не уделили должного сердечного чувства, не вложили настоящего желания. И вот, если первые слова были нами не осмыслены, если мы на них не проснулись, то и все последующие молитвы лишаются всякого смысла. Правило неизбежно становится формальным, потому что сначала Дух должен был в нас вселиться, а дальше молитва должна была продвигаться в соответствии с тем, как Дух Святой действует в нас и в нашем правиле.

Приступая к утренним молитвам, мы порой не подходим к этому с должной серьезностью, не понимаем вообще, с кем мы разговариваем. А разговариваем мы со Святым Духом – с третьей ипостасью Святой Троицы, с Тем, с Кем постоянно встречаемся в церковных таинствах, с Кем соединяемся через Святую Евхаристию, с Тем, Кто отпускает наши грехи на исповеди, – с Самим Богом!

Мы очень мало знакомы с третьей ипостасью Святой Троицы, которая должна быть к нам ближе всего, потому что именно Духа Святаго Господь послал в мир в День Святой Пятидесятницы, именно Дух Святой вместе с нами сейчас пребывает, действует в нас, все открывает и все Собой наполняет. Это особенно подчеркивается во время празднования Дня Святой Троицы, когда мы читаем удивительные молитвы и ектеньи и призываем, чтобы Дух Святой сошел на нас.

Преподобному Силуану Афонскому принадлежит много замечательных размышлений о Духе Святом, о том, как познается нами Он Сам и как через Него мы познаем окружающий мир. Однако третья ипостась практически не осознается нами в этой жизни. Мы знаем Господа нашего Иисуса Христа, потому что Он представим посредством евангельских притч, посредством Своего учения, посредством великого искупительного подвига, в Своем Богочеловеческом воплощении. Мы еще как-то можем обращаться к Богу Отцу, потому что Божественное отечество нам до определенной степени тоже понятно. А вот Духа Святаго мы знаем менее всего. И это весьма прискорбно, потому что, по слову преподобного Серафима Саровского, «истинная цель жизни нашей христианской состоит в стяжании Духа Святого». Именно поэтому так важно, чтобы каждый христианин стремился бы к Его познанию. Тем и бедна наша духовная жизнь, что мы Духа Святаго не знаем…

«Господи Вседержителю, Боже сил и всякия плоти, в вышних живый и на смиренныя призираяй, сердца же и утробы испытуяй и сокровенная человеков яве предведый, Безначальный и Присносущный Свете, у Него же несть пременение, или преложения осенение; Сам, Безсмертный Царю, приими моления наша, яже в настоящее время, на множество Твоих щедрот дерзающе, от скверных к Тебе устен творим, и остави нам прегрешения наша, яже делом, и словом, и мыслию, ведением или неведением согрешенная нами; и очисти ны от всякия скверны плоти и духа. И даруй нам бодренным сердцем и трезвенною мыслию всю настоящаго жития нощь прейти, ожидающим пришествия светлаго и явленнаго дне Единороднаго Твоего Сына, Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа, воньже со славою Судия всех приидет, комуждо отдати по делом его; да не падше и обленившеся, но бодрствующе и воздвижени в делание обрящемся готови, в радость и Божественный чертог славы Его совнидем, идеже празднующих глас непрестанный, и неизреченная сладость зрящих Твоего лица доброту неизреченную. Ты бо еси истинный Свет, просвещаяй и освящаяй всяческая, и Тя поет вся тварь во веки веков. Аминь».

Перевод: «Господи Вседержитель, Боже сил бесплотных и всякой плоти, на высотах небесных живущий и озирающий долы земные, наблюдающий сердца и помыслы и ясно ведающий тайны человеческие, Безначальный и Вечный Свет, Который не имеет изменений в силе и не оставляет затененного места на Своем пути. Ты Сам, Бессмертный Царь, приими моления наши, которые мы в настоящее время, надеясь на обилие сострадания Твоего, приносим Тебе из нечистых уст; и прости нам прегрешения наши, совершенные нами делом, словом и мыслью, сознательно или несознательно, и очисти нас от всякой нечистоты плоти и духа. И дай нам с бодрствующим сердцем и трезвенною мыслью прожить всю ночь здешней земной жизни, в ожидании наступления светлого и славного дня второго пришествия Единородного Твоего Сына, Господа Бога и Спасителя нашего Иисуса Христа, когда общий Судия придет со славою воздать каждому по делам его. Да найдет Он нас не лежащими и сонными, но бодрствующими и поднявшимися среди исполнения заповедей Его, и готовыми войти с Ним в радость и Божественный чертог славы Его, где непрестанные голоса торжествующих и невыразимая радость видящих несказанную красоту лица Твоего. Ибо Ты истинный Свет, просвещающий и освящающий весь мир, и Тебя воспевает все творение в веки вечные. Аминь».

Главная идея этой молитвы – мысль о Страшном суде, о том, как человек на нем предстанет. Василий Великий называет жизнь ночью, ведь настоящий день наступит лишь с пришествием в мир Христа Спасителя. Это – молитва эсхатологического звучания, призывающая Царство Небесное. Священное Писание заканчивается возгласом: Ей, гряди, Господи Иисусе! (Откр. 22: 20). Так же и эта молитва, подобно молитве Господней «Отче наш», взывает к общему Судье, который «придет со славою воздать каждому по делам его».

Василий Великий начинает молитву рассуждениями о свойствах Божиих. Существует апофатическое [27] и катафатическое [28] богословие. Приверженец апофатического метода Дионисий Ареопагит [29] говорил: «Божественный мрак есть тот неприступный Свет, в котором живет Бог». Это утверждение, в свою очередь, основывается на словах псалмопевца: …мрак сделал покровом Своим (Пс. 17:12). Все ветхозаветное богословие указывает на предел человеческого познания Сущего, нисходящего к человеку в непроницаемом облаке, среди огня (См.: Исх. 19: 21), утверждает, что нельзя видеть Бога и остаться в живых (См.: Суд. 6: 22; 13: 22; Ис. 6: 5). Ветхозаветный образ Моисея, приближающегося к Богу в Синайском мраке, становится распространенным образом непознаваемости Божественной природы для человеческого опыта.