Чтение онлайн

Как же быть?

Нам пока неизвестна та Абсолютная Педагогика, с помощью которой мы смогли бы полностью защитить в детях их судьбу. Такая педагогика пока лишь счастливое стечение обстоятельств, что случается не часто, и законы ее нам неизвестны. Травка пробивается через бетон, но всегда ли так и любое ли семя травки сможет прорасти сквозь бетон?

Мы знаем источники, откуда можем черпать наиболее верные педагогические подходы, но надо уметь черпать их. Такими источниками являются: чувство ответственности перед Творцом за Образование ребенка, чувствознание, интуиция, Мудрость Веков, устремленность, укрепленная верою и любовью.

Мудрость опровергает насилие в Образовании, как разрушительную силу.

Мудрость утверждает Улыбку как созидательную силу Образования.

Улыбка есть Особая Мудрость. Но Мудрость не в том, чтобы улыбка не сходила с лица педагога, а в том, чтобы сердцем почувствовать, кому, когда и как улыбнуться, чтобы энергия Улыбки ребенком была воспринята.

Улыбка, проявленная в момент истины, может сотворить чудо в воспитании.

Педагогическая Улыбка как духовное состояние учителя, как качество его духа, сопровождает его постоянно, он наращивает в себе ее мощь, он сам становится Улыбкой и распространяет вокруг себя эманацию добра и надежды. Это состояние есть его самое важное достояние, в нем обилие даров его духа. И улавливая тонкие моменты истины или творя их, учитель из своего внутреннего мира излучает улыбку нужного спектра. А ученик в этот момент переживает радость, облегчение, успех, успокоение, то, что именно сейчас ему нужно было.

Улыбка моя, где ты? Нужно спасти меня – учителя. Я – носитель Света, но люди прячутся от Света. Они привыкли к тусклому мерцанию тьмы. Потому подули они на языки пламени моей свечи, и держу я в руках свечку, маленький язычок которой с трудом колышется. Погаснет он, и наступит полная тьма. Люди принуждают меня, учителя, чтобы я учил их детей не тому, зачем свечка нужна, как ее зажечь и почему ее нельзя гасить, а тому, каков химический состав воска, его молекулярное строение, и как из него можно сделать свечку. Они не хотят, чтобы я учил их детей, почему пчела дарит человеку мед, а Богу – воск и почему язычок пламени свечки устремлен ввысь.

Улыбка моя, где ты? Я теряю зрение. Я учитель Культуры, а Культура есть почитание Света. Но, к великому сожалению, постепенно люди стали называть культурой все, что ублажает их низменные чувства. Они требуют от меня, учителя, чтобы я учил их детей не почитанию Света, а вооружил их знаниями счета и развил в них ловкость выгодно продавать все, что называется «культурой». Тускнеет вокруг все, и я вот-вот тоже уверую, что тьма и есть Свет и ее нужно почитать.

Улыбка моя, где ты? Мне душно. Я – учитель Жизни, которая пламенеет от искр Мудрости Веков и от Мысли о Будущем. Но люди приостановили свою жизнь, им не нужна Мудрость Веков, и избавились они от Мысли о Будущем. Они принуждают меня, учителя Жизни, чтобы я учил их детей не тому, как идти в жизни высшими путями, как преобразовывать Жизнь, а тому, как приспосабливаться и прижиться в разлагающемся теле.

Улыбка моя, где ты? Вот-вот оглохну. Я – учитель мысли о Высших Мирах, о Вечности, Беспредельности и Бессмертии. Но люди не желают думать о Высших Мирах и о Беспредельности. Высший Мир начинается для них в чувстве собственности, а мгновение принимают они за Бессмертие. Они принуждают меня, учителя Высших Миров, дать их детям знания о том, как можно взорвать и Высший Мир, и Мир Земной, чтобы восхититься грохотом разрушения, непомерностью жертвы и бедствий, и возгордиться своим всемогуществом на Земле и в Космосе.

Улыбка моя, где ты? Обессилен я. Кто препятствует мне восполниться тобой и в любви и красоте принимать новых стучащихся в мир? Я – учитель Блага и могу зажечь сердца юных пламенем подвига на благо людей. Но люди перестали верить во благо и подвиг. Каждый стремится преуспеть, возвыситься над другими. Они принуждают меня, учителя Блага, чтобы научил я их детей вожделению над другими и развивал в них самость.

Улыбка моя, где ты? Сохну я. Я – учитель сердца. Но какая-то низменная сила принуждает меня, чтобы я сжег в сердце своем и стер с лица своего твои истоки, твое тепло, твое обаяние, твою жизнедательную силу. Черствеет моя душа, превращаюсь я в мумию и пугало. И чтобы дети не убегали от меня, держу их силою власти. Мое лицо кривится, как молния, мой голос гудит, как гром, моя педагогика превращается в стихийное бедствие. И горе мне, что люди не требуют от меня возвращения к своим истокам Света.

Улыбка моя, где ты? Еще не поздно. Раз Небо посылает детей, значит, есть Надежда.

Надо собрать в себе всю Волю. Пусть Воля станет Богом во мне.

Я решаюсь на подвиг, решаюсь прожить свою учительскую жизнь героем. Наперекор всему я возрождаю тебя – Улыбка моя – в сердце моем. Ломаю преграды моему сознанию, сметаю условности. Я посажу на своем педагогическом поле тысячу, миллион улыбок радужных цветов и устрою на нем праздник всем детям.

Дети, скажу я им, узнаете меня? Я же ваш учитель! Вернул себе улыбку и обновился.

У меня приготовлены для вас Книга Жизни и Голубиный Язык. Присядьте на мое чудесное поле. Хочу научить вас жить Мыслью о Будущем.

Я – УЧИТЕЛЬ.

Я – Любовь и Преданность, Вера и Терпение.

Я – Радость и Со-радость, Страдание и Сострадание.

Я – Истина и Сердце, Совесть и Благородство.

Я – Ищущий и Дарящий, Нищий и Богатый.

Я – Учитель и Ученик, Воспитатель и Воспитанник.

Я – Прокладывающий Путь и Художник Жизни.

Я – Убежище Детства и Колыбель Человечества.

Я – Улыбка Будущего и Факел Сущего.

Я – Учитель от Бога и Соработник у Бога.

Я – учитель, и потому мне нужна улыбка не простая, скажем, добродушная или вежливая. Мне нужны особые улыбки: и такие же разные, как дети, и такие же разные, как смена настроений каждого. Мне надо улыбнуться ребенку улыбкою, которая нужна только ему и только сейчас.

Молюсь тебе, сердце мое, дай мудрость постигать моменты истины в жизни детей!

Зову тебя, сознание мое, расширься до Беспредельности, углубись до Бесконечности и дай мне заглянуть в те уголки души детей, где мое присутствие необходимо! Лишь так я смогу улыбнуться каждому ребенку улыбкой, сотканной только для него.

Говорят мыслители: «Что лучше омоет дух, нежели мысли о благе других?» Крепко держитесь, сердце мое и сознание мое, за благие мысли о детях. Дети нуждаются в них, а я – учитель – рожден для детей. В них нуждаюсь и я, чтобы лучше омыть и очистить дух свой.

Сказано: «Что же лучше закалит дух бронею твердости, нежели желание привести других к Свету?» Помоги, сознание мое, сердцу моему устремить желание мое вести детей к Свету и тем самым закалять дух свой бронею твердости.

Сказано еще: «Что же лучшую улыбку соткет, нежели сознание видеть самого последнего ребенка смеющимся?» Так пошли, сознание мое, гонцов мысли в беспредельный Космос и наберись Вселенской Мудрости Образования, ибо не хватает нам земной педагогики, чтобы соткать лучшую улыбку для звонкого, радостного смеха всех исключительно детей Земли.

Я мечтаю о счастье владеть самой лучшей учительской улыбкой.

Мальчик мой, тебе трудно понять этот интеграл? Но в чем твоя трудность? Может быть, он не нравится тебе тем, что не совсем красиво выглядит? Но говорят же, что наука прекрасна!

Если тебе не понравился интеграл и потому неохота его освоить, то давай ради меня, ради твоего учителя, овладей им, чтобы я был оправдан в труде своем.

Ради меня, мальчик! А я ради тебя чего только не сделаю!