Чтение онлайн

Подсознательное — это наша эволюционирующая основа; наша скрытая натура им не исчерпывается, равно как не исчерпывается им и наш исток. Но из подсознательного может что-то подниматься, обретая форму в сознающих частях, так что из этого источника берет начало множество наших мелких витальных и физических инстинктов, движений, привычек и черт характера. Существуют три сокровенных источника нашей деятельности — сверхсознательный, подпороговый (сублиминальный) и подсознательный, но ни один из них мы не контролируем и даже не сознаем. То, что мы сознаем, это поверхностное существо, которое представляет собой лишь некий упорядоченный набор средств. Источником всего служит всеобщая Природа, индивидуализирующая себя в каждом человеке; ибо эта всеобщая Природа хранит в нас некоторые типичные формы движения, личности, характера, способностей, предрасположенностей и склонностей, совокупность которых, образовавшуюся в настоящее время или до нашего рождения, мы обычно называем собой. Значительная их доля находится в заведенном движении, будучи задействована в известных нам сознательных частях поверхностного существа, еще больше сокрыто в других, неизвестных нам трех частях, пребывающих над или под поверхностью сознания. Но на поверхности мы представляем собой существо, постоянно приводимое в движение, измененяемое, развиваемое или воспроизводимое волнами всеобщей Природы, которые входят в нас либо прямо, либо опосредованно, через других, через обстоятельства, через разные промежуточные инстанции и каналы. Некоторые из этих волн проникают прямо в сознательные части и действуют там, но наш ум не ведает об их источнике, присваивает их себе и считает своими; часть волн тайно входит в подсознательное или погружается в него и ждет благоприятной возможности, чтобы подняться на поверхность сознания; немало их идет в подпороговое и может в любое время оттуда выйти — или не выйти, оставшись там в качестве неиспользованного материала. Часть волн отсеивается и отторгается, отбрасывается, выбрасывается или сливается в океан всеобщеего. Наша натура это постоянная деятельность притекающих к нам сил, из которых (или, лучше сказать, из малой части которых) мы делаем то, что хотим или можем. То, что мы делаем, кажется неизменным и окончательно сформированным, но в действительности все это представляет сбой игру сил, поток, в котором нет ничего неизменного или устойчивого; видимость устойчивости создается постоянным повторением и возвращением одних и тех же вибраций и образований. Вот почему несмотря на то, что говорят по этому поводу Гораций и Вивекананда, и несмотря на консервативное сопротивление подсознательного, натуру нашу можно изменить; но это трудная работа, так как Природа действует преимущественно в режиме упорного повторения и возвращения. Что касается вещей, которые возвращаются несмотря на то, что мы отторгаем и выбрасываем их из своей натуры, — тут имеет значение, куда их выбрасывать. Очень часто имеет место такая схема. Ум отторгает нечто ментальное, витал — витальное, физика — физическое, и все оно возвращается обычно в соответствующую сферу всеобщей Природы. Когда это происходит, отторгнутое остается сперва в окружающем нас сознании, которое мы несем с собой, и с помощью которого сообщаемся с внешней Природой, и нередко оно оттуда упорно стремится назад до тех пор, пока не будет отторгнуто абсолютно, или отброшено, так сказать, столь далеко, что больше не может к нам вернуться. Однако когда отторгаемое думающим или волеизъявляющим умом сильно поддерживается виталом, оно покидает ум, но погружается в витал и свирепствует там, пытаясь прорваться наверх, вновь оккупировать ум и добиться нашего ментального одобрения или завоевать его. Когда высший витал — сердце или более широкие витальные силы — отторгает его, оно погружается ниже и находит приют в низшем витале с его массой мелких текущих движений, которые наполняют собой нашу заурядную повседневную жизнь. Когда его отторгает и низший витал, оно погружается в физическое сознание и пытается удержаться благодаря инерции или механическому повторению. Отторгнутое даже оттуда, оно идет в подсознательное и является нам в сновидениях, в пассивности, в крайнем тамасе. Последнее пристанище Неведения — Бессознательное. Что касается волн, которые возвращаются из всеобщей Природы, это естественная тенденция низших сил — пытаться увековечить свое действие в индивиде, восстанавливая то, что они в нем воздвигли, а он снес; так что находя свое воздействие отторгнутым, они возвращаются, и нередко с новой силой, даже с огромным неистовством. Но когда окружающее сознание очищено, долго это продолжаться не может, — если только «Враждебные» не приложили к тому руку. И хотя тогда они в самом деле могут атаковать, но если садхак занял надежную позицию во внутреннем я, они в состоянии лишь атаковать и откатываться. Это верно, что большую часть себя, — точнее, большую часть своих предрасположенностей, тенденций реагирования на всеобщую Природу, мы приносим из прошлых жизней. Наследственность оказывает сильное влияние только на внешнее существо; кроме того, даже оно принимает не все наследственные влияния, а лишь созвучные тому, чем нам суждено быть или, по крайней мере, не препятствующие этому.

Подсознательное соткано из привычек и воспоминаний, и, когда есть такая возможность, все время упорно воспроизводит старые подавленные реакции и рефлексы ментальной, витальной и физической натуры. С помощью еще более упорной настойчивости высших частей существа его надо учить отказываться от своих старых реакций и усваивать новые, истинные.

Вы не представляете, сколь значительная часть обычного естественного существа живет в физическом подсознании. Именно там хранятся привычные ментальные и витальные движения, и оттуда они поднимаются в бодрствующий ум. Будучи вытеснены из высшего сознания, они находят себе приют в этой пещере Пани. [8] Когда им больше не позволено свободно появляться в бодрствующем состоянии, они являются во сне, в форме сновидений. Окончательно они прекращаются лишь тогда, когда их выметают из подсознательного, и сами их семена уничтожаются просветлением этих скрытых слоев. По мере того, как ваше сознание будет проникать внутрь все глубже и в эти закрытые низшие части будет проникать вышний свет, то, что сейчас возвращается к вам, исчезнет.

Несомненно, можно притягивать силы снизу. Это могут быть скрытые божественные силы, которые поднимаются снизу в ответ на ваше усилие, и тогда это обращенное вверх движение завершает движение и усилие божественной силы свыше, помогая привнести ее в тело. Или это могут быть откликнувшиеся на призыв темные силы, что принесет либо тамас, либо беспокойство — временами громадные глыбы инертности или огромную неразбериху и беспокойство. Низший витал — очень темный план, и может быть с пользой открыт лишь тогда, когда другие планы над ним уже широко раскрыты свету и знанию. Тот, кто сосредотачивается на низшем витале без такой предварительной подготовки вышних планов и без надлежащего знания, скорее всего падет жертвой многочисленных недоразумений. Это не значит, что связанные с этим планом переживания не могут возникнуть до того или даже в самом начале; они действительно приходят сами по себе, но им не должно позволять занимать слишком много места.

Во внутреннем теле имеется Йога-Шакти, которая спит или лежит в свернутом состоянии, бездействует. Когда занимаешься Йогой, эта сила разворачивается и поднимается вверх, чтобы встретиться с ожидающими над нами Божественным Сознанием и силой. Когда это происходит, подъем пробужденной Йога-Шакти нередко ощущается как развертывание свернувшейся змеи, которая делает стойку и начинает подниматься все выше и выше. Когда она встречает наверху Божественное Сознание, силе его становится легче нисходить в тело, так что ее работа над изменением натуры человека становится ощутимой. Ощущение того, что ваше тело и глаза обращаются вверх, служит частью того же движения. Именно внутреннее сознание и тонкий внутренний взор в теле смотрят и движутся вверх, пытаясь встретиться с пребывающими там божественным сознанием и божественным зрением.

Если вы спускаетесь в нижние части или сферы своей натуры, то все время должны следить за тем, чтобы поддерживать неусыпную связь с более высокими, уже преобразованными уровнями сознания и с их помощью привносить Свет и Чистоту в эти низлежащие, еще не преображенные области. При отсутствии такой бдительности человек поглощается не преобразованным движением низших уровней, что ведет к помрачению и прочим неприятностям. Безопаснее всего оставаться в высшей части сознания и оказывать из нее давление на нижнюю с тем, чтобы изменить ее. Это возможно, требуется только обрести соответствующую сноровку и привычку. Обретая такую способность, вы облегчаете свое продвижение, делаете его более гладким и менее болезненным.

Ваша практика психоанализа было ошибкой. Она не облегчила, а осложнила работу по очищению, во всяком случае, на какое-то время. Психоанализ Фрейда не имеет ни малейшего отношения к Йоге. Он выхватывает определенную часть, самую темную, наиболее опасную и нездоровую часть натуры — подсознательный уровень низшего витала, — выделяет некоторые из самых нездоровых ее проявлений и приписывает ей вкупе с этими проявлениями значение, несоразмерное с их действительной ролью. Современная психология младенческая наука, действующая торопливо, неумело и грубо. Как и во всех младенческих науках, здесь дает буйные всходы универсальная особенность человеческого ума — брать какую-то частную или частичную истину, неоправданно обобщать ее и пытаться затем объяснить все поле Природы на языке ее узких терминов. Более того, раздутое значение подавленных половых комплексов представляет собой опасную ложь, которая может оказывать пагубное влияние, и которая имеет тенденцию фундаментальным образом загрязнять ум и витал, а не очищать их. Верно, что подпороговое у человека составляет самую большую часть его натуры и несет в себе тайну незримых движущих сил процессов, которые протекают на поверхности сознания. Но подсознательное низшего витального уровня, кроме которого психоанализ Фрейда кажется ничего не знает, — да и здесь знает лишь некоторые плохо освещенные уголки, — это не более чем ограниченная и самая низшая часть подпорогового целого. Подпороговое я стоит за внешним человеком и поддерживает его в целом; оно содержит в себе больший и более действенный ум за поверхностным умом, больший и более мощный витал за поверхностным виталом, более тонкое и более свободное физическое сознание за поверхностным телесным существованием. И под ними оно открывается более низким подсознательным областям, а над ними более высоким сверхсознательным. Если человек хочет очистить и преобразовать свою натуру, он должен подняться именно к этим более высоким областям, открыться их силе и изменить с ее помощью как подпороговое, так и поверхностное существо. Даже это следует делать осторожно, без спешки и торопливости, следуя высшему водительству и все время сохраняя верную позицию; ибо иначе совлеченная вниз сила может оказаться слишком сильной для слабого и помраченного природного каркаса. Но начинать с открытия низшего подсознательного, рискуя поднять со дна всю грязь и муть, — значит усиленно призывать неприятности. Сперва следует сделать высший ум и витал сильными и прочными, наполнить их нисходящим свыше светом и покоем; после этого можно открыть подсознательное или даже углубиться в него с большей безопасностью и каким-то шансом на быстрое и успешное изменение. Система избавления от чего-либо с помощью анубхавы также может быть опасной; ибо на этом пути с легкостью можно еще больше запутаться вместо того, чтобы обрести свободу. Две психологические мотивировки применения этого метода хорошо известны. Первая, идея умышленного истощения, может быть признана обоснованной лишь в отдельных случаях, особенно когда некоторая природная склонность имеет слишком сильную хватку, когда связанное с ней влечение слишком сильно, чтобы от него можно было избавиться с помощью вичары или путем отторжения ложного движения и замещения его истинным; если это принимает крайние формы, садхаку иногда даже приходится возвращаться к обычному образу жизни и получать истинный опыт его на фоне нового ума и воли, а затем, когда препятствие устранено или готово к устранению, опять приступать к садхане. Но этот метод умышленного потакания опасен, хотя в некоторых случаях без него в самом деле не обойтись. Он приносит успех лишь тогда, когда существо обладает очень сильной волей к постижению; ибо тогда потакание природным влечениям порождает сильное чувство разочарования и реакцию вайрагьи, вследствие чего воля к совершенству может быть привнесена в непокорную часть натуры. Вторая мотивировка анубхавы приемлема для более широкого класса случаев; ибо чтобы отторгнуть что-либо от существа, надо сперва осознать это, ясно ощутить, как оно действует, и найти его подлинное место в хозяйстве природы. Затем можно приступать к его устранению, если это совершенно неверное движение, или преобразованию, если оно представляет собой выродившуюся форму более высокого и истинного движения. Именно это или что-то в этом роде, но грубо и неверно пытается делать психоанализ на основе элементарного и недостаточного знания. Действительно, чтобы изучить низшие движения и иметь с ними дело, неизбежно приходится извлекать их на свет, поднимать на уровень сознания; ибо без этого полное их изменение невозможно. Но по-настоящему преуспеть в этом можно лишь тогда, когда вышний свет и сила уже достаточно работоспособны для того, чтобы рано или поздно преодолеть силу тенденции, подлежащей изменения. Многие под предлогом анубхавы поднимают враждебное движение в сферу сознания, но вместо того, чтобы отторгать, оказывают ему поддержку своим согласием, находят оправдания для его продолжения или повторения, продолжая таким образом играть с ним, потворствуя его возвращению и увековечивая его; в результате оно укореняется настолько, что когда они хотят от него наконец избавиться, то обнаруживают себя беспомощными в его когтях, и только ужасная борьба или вмешательство божественной благодати могут освободить их. Некоторые поступают так из-за какого-то витального пунктика или извращения, другие исключительно по незнанию; но в Йоге, как и в жизни, незнание не освобождает от ответственности и не принимается Природой в качестве оправдательной причины. Эта опасность существует в случае неверного обращения с любыми невежественными частями натуры; но нет ничего более невежественного, опасного, неразумного и упорного по части возвращения, чем подсознательный низший витал и его движения. Преждевременно или неверно подняв его для анубхавы, можно затопить сознательные части тьмой и грязью, отравив тем самым всю витальную и даже ментальную натуру. Поэтому всегда следует начинать с позитивных, а не негативных переживаний, привнося в подлежащие изменению части сознательного существа спокойствие, свет, невозмутимость, чистоту, божественную стойкость или что-то иное божественной природы; лишь после того, как это было в должной мере сделано и возникла прочная позитивная основа, можно безопасно поднимать в сознание из подсознания скрытые враждебные элементы, чтобы разрушить и устранить их с помощью божественного спокойствия, света, силы и знания. Даже в этом случае самопроизвольно поднимающегося низшего материала будет вполне достаточно, чтобы дать вам столько анубхавы, сколько потребуется для избавления от препятствий; но тогда вы будете иметь с ними дело под вышним внутренним руководством, что гораздо менее опасно.

Мне вообще трудно принимать всерьез этих психоаналитиков, когда они дотошно пытаются исследовать духовный опыт в дрожащем свете своих факелов, хотя, пожалуй, так и следует к ним относиться, ведь полу-знание вещь мощная и может стать большим препятствием на пути к подлинной Истине. Эти новые психологи напоминают мне детей, которые разучивают основы некой не вполне адекватной азбуки и ликуют по поводу сложения вместе таких букв, как подсознательное и таинственное подземное супер-эго, воображая, что их первая книга смутных начал (к-о-т — кот, д-о-м — дом) заключает в себе самое суть истинного знания. Они смотрят снизу вверх и объясняют вышние огни особенностями низшей помраченности; но корни их вверху, а не внизу, упари будхна эшам. Сверхсознательное, а не подсознательное составляет истинную основу вещей. Значение лотоса надлежит искать не путем анализа загадок грязи, из которой он произрастает; загадку его надлежит искать в небесном архетипе лотоса, который вечно цветет в горнем Свете. Кроме того, эти психологи избрали себе бедное, темное и ограниченное поле исследований; прежде, чем вы сможете познать часть, вы должны познать целое, — и должны понять высшее прежде, чем по-настоящему сможете понять низшее. Это сулит надежду на более возвышенную психологию, которая ждет своего часа, и с появлением которой сии жалкие блуждания во тьме исчезнут и обратятся в ничто.

Поскольку основа у сна подсознательная, обычно он приводит к падению на низлежащий уровень, если только сон не сознательный; единственное верное средство против этого — делать сон все более и более сознательным: а пока это не достигнуто, следует кроме того в бодрствующем состоянии неизменно противостоять упомянутой тенденции к опусканию и не позволять накапливаться эффекту ночной монотонии. Но такие вещи всегда требуют постоянного усилия, дисциплины и времени, иногда долгого времени. Не следует отказываться от усилия из-за того, что непосредственного результата не видно.

Ночью сознание почти всегда опускается ниже уровня, достигнутого в ходе садханы в бодрствующем состоянии, если только во время сна нет особых переживаний возвышающего характера или обретенное йогическое сознание в самом физическом не стало таким сильным, что может противодействовать тяге подсознательной инерции. В обычном сне сознание тела — это физическое подсознательное, сознания в котором совсем мало, и оно не такое пробужденное и живое, как у остального существа. Остальное существо отстраняется от тела, и часть его сознания уходит в иные планы и сферы, где испытывает переживания, которые отражаются в сновидениях. По вашим словам, во сне вы идете в очень плохие места и испытываете там вещи вроде упомянутых вами; но это вовсе не обязательно говорит о том, что с вами что-то не в порядке. Это означает просто, что вы, как и все, идете в витальный мир, а витальный мир полон таких мест и таких переживаний. Вам следует не столько избегать ходить туда, ибо полностью избежать этого невозможно, а идти туда с полной защитой, пока не станете хозяином этих сфер супрафизической Природы. Это одна из причин, почему вам следует вспоминать Мать перед сном и открывать себя Силе; ибо чем привычнее это станет для вас и чем успешнее вы будете это делать, тем большей будет ваша защита.

Не все из этих снов просто сны, не все носят случайный, бессвязный или подсознательный характер. Многие из них представляют собой записи или транскрипции переживаний витального плана, на который человек проникает во сне, некоторые — сцены или события тонкого физического плана. События и действия там нередко напоминают события и действия физической жизни, происходят в той же среде и с теми же людьми, хотя обычно в деталях обстановки имеются некоторые или значительные различия. Но это может быть также контакт с другой средой и другими людьми, неизвестными в физической жизни или не принадлежащими физическому миру вообще. В бодрствующем состоянии вы сознаете лишь некоторое ограниченное поле своей натуры и ее деятельности. Во сне вы можете начать живо сознавать то, что лежит за пределами этого поля — более широкую ментальную или витальную природу, недоступную в бодрствующем состоянии, или тонкую физическую либо подсознательную природу, которая содержит многое из того, что действует в вас также в состоянии бодрствования, но не различается. Все эти темные зоны надлежит очистить, иначе изменение Пракрити будет невозможным. Вам не следует позволять себе беспокоиться из-за гнета витальных или подсознательных сновидений — ибо эти два вида сновидений составляют большую часть того, что испытывается во сне, — стремитесь избавиться от них и тех форм активности, на которые они указывают, быть сознательными и отторгать все, кроме божественной Истины; чем больше вы проникаетесь и руководствуетесь ею в состоянии бодрствования, тем больше будет очищаться этот низший материал сновидений.

Ясно, что описываемые вами сновидения — это символические сны витального плана. Они могут символизировать все, что угодно: игру сил, скрытую структуру и ткань поступков или переживаний, действительные или возможные события, существующие или предполагаемые движения или изменения во внутренней или внешней природе. Робость, на которую указывало опасение во сне, относилась вероятно не к сознательному уму или высшему виталу, а была чем-то подсознательным в вашей низшей витальной натуре. Эта часть всегда ощущает себя маленькой и незначительной, и легко впадает в страх быть поглощенной большим сознанием — страх, который у некоторых поначалу может доходить едва ли не до паники, смятения или ужаса.