Чтение онлайн

Нет, нет, нет. Это бред. Полный бред. Чушь. Неправда. Выдумки моего больного разыгравшегося сознания. Этого не могло быть на самом деле! Но откуда столько воспоминаний, да и еще с подробностями?! Может, мне это просто приснилось? Да, точно. Это был сон. Очередной кошмар, и я слишком серьезно восприняла его. Ведь как еще можно объяснить то, что я не чувствовала боли? Если бы я действительно попала в аварию, то наверняка бы себе что-нибудь отшибла. Ну, или хотя бы остались ссадины.

Чтобы убедиться в этом, я осмотрела свои руки. Затем скинула с себя одеяло и подошла к зеркалу. Я долго стояла и смотрела на свое отражение. На мне были вещи, в которых я обычно сплю ночью. И ни одной царапинки, никаких синяков. Ничего.

Второе доказательство того, что это был всего лишь кошмар, были крылья. Такого не существует. Люди с крыльями? Невозможно. Не бывает. Но в противовес этому шли воспоминания об аварии девятимесячной давности. Тогда я тоже видела человека с черными крыльями. Как у Диего.

Диего. Если все это было лишь сном, то он приснился мне в качестве защитника, потому что я думала о нем положительно, потому что я улыбалась, вспоминая о последней нашей встрече.

Если все это так, то… почему я не помнила того, как добралась до дома?

Голова заболела от невероятного количества вопросов. Так хотелось найти хотя бы один ответ.

Сделав глубокий вдох, я подошла к окну. Мой взгляд невольно притянул к себе красный «Ниссан», стоявший перед домом. В голову ворвались образы. Большая вмятина, дым, идущий из-под крышки капота, разбитые стекла… Сейчас я смотрела на целую и невредимую машину подруги.

Мне точно приснилось.

Я вышла из комнаты и заглянула в ванную, чтобы умыться. Затем спустилась вниз и поплелась на кухню.

Моему удивлению не было предела, когда у плиты я увидела Диего. Я моментально застыла под аркой, выпучив глаза. Диего смотрел на сковороду и что-то напевал себе под нос.

– Доброе утро, - сказал он будничным тоном.

Я ответила ошеломленным молчанием.

Что он делал на кухне? Что он вообще делал в моем доме?

– Завтрак скоро будет готов, - сообщил Диего, открыл дверцу верхней кухонной тумбы и достал оттуда тарелку.
– Надеюсь, ты любишь яичницу?

Я продолжала стоять с разинутым ртом, не в состоянии что-либо сказать. Я утратила дар речи.

– Что… - пролепетала я осипшим голосом.

– Ммм?
– произнес Диего, не поворачиваясь ко мне.

Я прочистила горло.

– Что ты делаешь в моем доме?
– спросила я.

– Готовлю тебе завтрак, - пожав плечами, ответил он.

– Что ты делаешь в моем доме?
– более требовательным тоном переспросила я.

Диего издал вздох, который я не смогла понять, и убрал сковороду с плиты, затем выключил ее.

– Я пытаюсь быть хорошим парнем, Эмили, - сказал он спокойно.

– Ты издеваешься?
– рявкнула я, настороженно скрестив руки на груди.
– Как ты пробрался в мой дом?

– Я не пробирался в твой дом, - Диего развернулся в мою сторону всем телом. На нем были темно-серые джинсы с низкой посадкой и черная футболка с треугольным вырезом, обтягивающая мускулистый торс.
– Я привез тебя сюда вчера ночью.

– Ты… что?

– Повторить?
– он вскинул брови.

Я почувствовала, что начинаю падать, и оперлась ладонью о стену.

– Не может быть…

Диего привез меня домой ночью. Это значит, что мне ничего не приснилось? Авария, драка Диего с людьми, у которых были крылья, и его черные крылья. Все это было по-настоящему? Если это так, то… я ничего не понимаю.

– Эмили?
– раздался беспокойный голос Диего.

Он вытащил меня из глубокого омута спутанных в огромный клубок мыслей на поверхность.

– Ты был там, - прошептала я.
– Эти люди… Авария… Все это действительно произошло…

– Ты в порядке?
– спросил Диего.

На секунду я закрыла глаза, а когда открыла их, то окинула его таким злым взглядом, на какой только у меня хватило сил.

– Ты это серьезно?
– выдавила я сквозь стиснутые зубы.
– Как я могу быть в порядке после… после того, что произошло этой ночью?!
– я помотала головой.
– Нет, этого не может быть. Просто не может. Мне это приснилось, и сейчас мне все снится…

– Эмили, - тихий вкрадчивый голос Диего заставил меня замолчать. Я подняла голову в надежде, что сейчас он скажет какие-нибудь слова типа: «Не волнуйся, все будет хорошо». Но вместо всего этого я услышала: - Садись завтракать.

Я открыла рот, но почти тут же закрыла его, так как у меня не было слов.

Диего поджал губы и отвернулся. Он переложил яичницу на тарелку и поставил сковороду в раковину.

– Ты ненормальный, - пробурчала я.

– Если ты и дальше будешь стоять, то останешься без завтрака и опоздаешь в школу, - нарочито заботливым тоном сказал он.

Я, честно, сдерживала себя, как могла, но в какой-то момент тонкая стена, разделяющая меня от гнева, сломалась.

– Почему ты ведешь себя, как будто все хорошо?
– закричала я.
– Почему ты делаешь вид, словно все в порядке? Скажи, что произошло этой ночью?! Почему на меня напали те люди? И почему ты там тоже был? Почему защищал меня? Почему я видела крылья? Белые крылья, как у ангелов! Почему меня хотели убить?
– внутри было столько эмоций, что даже если бы я визжала, как последняя истеричка, всю жизнь, гнев бы полностью не ушел.

Диего вел себя так, словно меня здесь вообще не было.

Ярость захлестнула меня, и я подошла к нему, толкнув в плечо. Диего замер на миг, а затем взял тарелку, в которой была яичница, и поставил ее на стол.

– Ешь, - сказал он.

Моему негодованию не было пределов.

– Ты вообще адекватный?
– взвизгнула я.

Диего издал вздох типа: «Как она меня достала» и рухнул на стул.

– Так ты собираешься пробовать то, что я приготовил?
– непринужденно уточнил он, скрестив руки на груди.
– Предупреждаю сразу, я не мастер по готовке, так что…

– Что произошло этой ночью?
– медленно спросила я и стукнула ладонью по столу.

Диего улыбнулся.

– Тебе смешно?
– нахмурилась я.

– Да, - кивнул он.
– Ты забавная, когда злишься.

У меня появилось дикое желание ударить его. Но эта не самая лучшая идея. Во-первых, я имела примерное представление о том, каким был Диего в гневе. Во-вторых, с какой бы страстью я его не ударила, все равно бы не добилась, чтобы он получил желаемую боль.

– Знаешь что?
– прошипела я, готовясь наговорить ему огромную гору гадостей и обозвать всеми известными мне ругательствами.