Чтение онлайн

— Очень странно, как при такой расцветке она остается ночной птицей, яркость оперения больше свойственна как раз дневным, — радостно поделилась со мной Тай Жень. У нее глаза горели не хуже, чем у курлыкающей в экстазе и-пуи.

— Возможно, вот поэтому. — Чтобы хоть как-то отвлечь девушку от обдумывания моего провала, я заставил духа материализовать иллюзию другого пуи в клетке. Наша птица испуганно вздрогнула, а затем подобралась и внезапно распушила оставшееся оперение, сверкая бледноватым неоновым светом. — На подобную уловку ее и словили.

— А говорил, что ничего о них не знаешь. Это что, брачный ритуал или, наоборот, она отпугивает соперника?

— Да пингвин их знает. — Неожиданно и я зевнул. — Так и самцы и самки делают, то ли дерутся, то ли спариваются, и чем одно от другого отличается, я не приглядывался…

— Надо будет понаблюдать, ага. — Она кивнула так, словно я предложил ей совместную ночевку возле этой клетки, чтобы полюбоваться дурацкой чаньмянеедной курицей. Нет уж. Спать надо в кровати. Желательно со мной.

— Я вам завтра принесу бестиарии. Сами почитаете. А теперь пора в дом. Приготовить вам ванну? Может, помочь с вечерним переодеванием? — провокационно спросил я, чуть прикрывая глаза, чтоб женщина не заметила в них пляшущих демонов.

— Эм-м-м, не стоит. — Вот чему она улыбается, а? — Душ приму. Во сколько тут подъем?

— Во сколько проснетесь, — удивился я, снова отдавая приказ духам — избавиться от душевой кабины. В покоях Тай Жень должна остаться только традиционная ванна-бочка. Без кранов! — У нас же не секта самосовершенствующихся. Никто не требует подниматься вместе с солнцем.

— Да ты что! — Вот опять. Чему радуется? — Кажется, это действительно работа мечты… Впрочем, тьфу на тебя, чтоб не сглазить.

На меня «тьфу»? Зачем?! Ненормальная.

Ладно-ладно. Это пока она думает, что обойдется без меня в кровати. Ночи тут холодные, а согревающие артефакты я не зарядил.

А что? Никакого подвоха. Прежний небожитель владел божественным теплом и не мерз, а я ци экономил. Забыл включить, мало ли? И без прямого запроса ничего вспоминать не обязан.

Я сам по себе тоже горячий, мне дополнительный обогрев не нужен. А если кто замерзнет — я всегда приду на помощь и поделюсь теплом своего тела.

Как я рассчитывал, так и вышло. Кажется, Тай Жень немного удивилась тому, что душа и ванны в доме нет. При том, что в кухне есть водопровод, а в туалете канализация (упустил!). Но ничего не сказала, только заглянула в огромную дубовую бочку с несколько скептическим выражением на лице. И укуталась в еще один халат — ночная прохлада ее таки догнала.

Но от моих услуг все равно отказалась, глупая женщина. Полезла под одеяло, умывшись и почистив зубы на кухне.

Так, сколько мне выждать? Часа хватит, чтобы она там окончательно промерзла и согласилась поделиться кроватью, м-м? Точно хватит, потом позовет. Я тут демонстративно под окошком вот… устроюсь.

Я выждал положенное время, то и дело проверяя информацию от духов. Но прошел час, затем еще один. А человечка все так же тряслась в коконе из тонкого одеяла и кучи халатов. Совсем идиотка? Ну ладно, меня звать не хочешь, так хоть духов попроси помочь. Да даже поискать ее любимого петуха — и то приемлемое решение!

А! Она же не умеет… И все равно нетрудно додуматься и просто голосом позвать. Хоть кого-нибудь. Упрямая цилиниха.

Уснула… Ладно, буду великодушным демоном. Не хочет спасаться добровольно — спасу по собственной инициативе. Зачем мне синий простуженный труп к утру?

Хм. Чем она так приятно пахнет?

Евгения:

Чертовщина какая-то. Я совершенно точно видела здесь душевую кабинку, когда переодевалась, прежде чем бежать проверять слоновьи филеи. А когда вернулась, обнаружила вместо нее только древнекитайскую бочку без никаких удобств.

М-да… ну хорошо хоть, инициативный архитектор сортир не догадался ликвидировать. Вот это была бы жо… и даже не слоновья.

Ладно, я потом выясню, с какой стати вредительство. Явно не от обиды, мотивы другие. Но сейчас я слишком устала, чтобы разбираться в психологии крылатых тюленей.

Да еще и замерзла. Да-да, я помню, как «хорошо» в Китае с отоплением. Здешние жители считают, что раз летом тепло и это лето длится почти девять месяцев в году, то зимой и потерпеть можно, вот еще, какое-то там утепление-отопление встраивать.

Сама виновата. В отеле, рассчитанном на иностранцев, были теплые полы, а в этом домике из китайской шелковой бумаги… м-да. Ну хоть розетка здесь есть, я проверила и выдохнула. Все остальное решаемо. Интересно, а откуда на том свете… в смысле, за завесой электричество? Кто его тут вырабатывает? Надеюсь, генератор, а не какой-нибудь очередной несчастный хуньдунь в колесе.

Эти и другие мысли позволяли не околеть окончательно под тонким одеялом и десятком шелковых халатов, которые я безжалостно выгребла из шкафа и свила в них гнездо. Не Африка, понятно, но хоть трястись перестала. Только сон все не идет… мыслей много.

Завтра сгоняю по магазинам еще раз и куплю электрокамин! Или тепловую пушку. Мне чего-то уже даже хуньдуня в колесе не жалко… экономить расхотелось.

Уснула я под утро и сама не поняла, в какой момент мне вдруг стало не просто тепло, а очень даже жарко. А еще тесно. И странно.

— М-м-м? — Под рукой был мех. Или не мех? Волосы, но очень густые и мягкие. А в волосах… рога? Маленькие такие рожки, как у козленка. Очень гладкие, чуть изогнутые и на ощупь прохладные.

— Спи, дура, еще рано, — буркнули сбоку.

Я открыла глаза, оценила меблировку «гнезда» из небожительского шелка и усмехнулась: этого кукушонка мне явно не пролетавшая мимо птичка подкинула. Сам приполз. Еще и ругается.

Немного поглазев на наглого тюленя, зарывшегося в мои халаты так, что одни рога наружу торчали, и крепко вцепившегося в мою талию обеими руками, я немного подумала и ущипнула нахала за ребра.

— Руки отгрызу, — фыркнул тот.

— А я за задницу ущипну. И вообще, где ты «госпожу» потерял, вредитель сантехнический?

— Кто?! А? Какая госпожа? — Тут тюлень подслеповато прищурился на меня из-под слоев ткани и осознал: — А, ты ж… точно. Извините, госпожа, не признал спросонья.

— А кровать ты тоже не признал? Типа, перепутал, где твоя, где моя, все такое? — хихикнула я, машинально продолжая поглаживать рожки. Они были чуть-чуть ребристые, сразу не почувствуешь, только если долго водить пальцами, начинаешь ощущать.