Чтение онлайн

— Если ты сейчас скажешь «на меня», останешься без хвоста, — буркнул я.

Но дальше тему развивать не стал, все равно нас перебили, поскольку спор между номерами хаоса пошел на второй круг и прибавил децибел.

— Ужасный!

— Учебный!

— Умный! Ща как дам!

— Мур-тр-тр-тр-тр.

— Да не, ты не настолько… яркий, — дернул ухом мой самоназначенный тигриный секретарь. — Я скорее подозреваю, что это воплощения твоих… хм… кажется, люди называют это тараканами.

— Моими насекомыми? Когда это я выращивал насекомых? — Я попытался отгородить нас с райдзю щитом звукоизоляции. Но почему-то крики духов слышались и сквозь него.

— Удивительный!

— Умный!

— Не насекомые. Твои грани характера, мой повелитель. Слегка гипертрофированные разве что.

— По-китайски говори.

— Преувеличенные.

— Да я в жизни так сам с собой не ругался!

Поскольку три духа, так и не договорившись по поводу расшифровки, уже поднялись над влажным песком и постреливали друг в друга короткими молниями, я рявкнул в голос:

— Сидеть! — И когда нарушители спокойствия плюхнулись обратно на песок, закончил свою мысль: — Это не черты характера, это психи какие-то. Из загона для детенышей.

Райдзю покосился на меня. На духов. Заценил еще пару молний, пущенных хулиганами исподтишка. И дипломатично промолчал.

Зато влез мерин чешуйчатый. Цилинь то есть.

— Ну, они и родились относительно недавно. Так что да, детские психи. Твои детские психи. Помнится, ты сам рассказывал, как в истерике разбил трон владыки Тиньмо. Который до этого считался неразрушимым.

— Просто тогда кое-кто решил надо мной поиздеваться, — с достоинством парировал я. — А эти фиолетовые младенцы сами кого хочешь обидят. Сидеть, я сказал! Сейчас смоделирую блок на хаос всем троим, и будете куковать до завтра без подпитки!

— О, а так можно? Я б на это посмотрел! — откликнулся тот Ху, который Умник. Ху-2 вроде бы.

— Не надо, папочка, — влез в разговор тот, что всю дорогу помалкивал и в спор не вмешивался. Ага, это Ху-1. Назовем его Увалень. Надо потом ему маркер запрограммировать… да и остальным не помешает. — Если они проголодаются, то орать будут раза в три громче. Я проверял на третьем и четвертом. Ты тогда нам на домик дополнительную глушилку поставил и очень ругался. Помнишь?

Так, Увалень тут точно не подходит. Будет… будет… Ушлый! А что, ему подходит. И ко мне подлизаться успел, и над братьями поэкспериментировать, и в драку не лез, и перемещением кита издали руководил.

А тот, что на коленях у меня мурлычет, будет называться Уют. Коротко и понятно. Интересно, он разговаривать умеет или Ушлый просто сжалился и, вместо того чтобы съесть, оставил его в качестве котика для всей честной компании?

— Значит, так, — выдал я вердикт. — Ты будешь Ушлый, ты — Умник, ты — Ужастик, ты — Ученик. Чтоб никому обидно не было. Спорить больше не о чем.

— А я-а-а?

Ага, разговаривать умеет. Пусть и своеобразно.

— А ты будешь Уют. Все всё поняли?

— Да, папочка! — хором отрапортовали все пять духов. И как по волшебству перестали галдеть и искрить. Выглядели они при этом очень довольными и даже светиться стали ярче.

— Дети любят строгость и определенность, — философски отметил райдзю и потянулся, разминая лапы. — Ну что, с фиолетовыми разобрались, а вон ту кучу зеленого непонятного тоже по именам называть будешь?

— А оно вообще живое? — с сомнением потыкал я в ближайшего духа, наполовину вбитого в землю.

— Вот чего-чего, а жизни в этих ленивых тюленях хоть жопой хуньдуня жуй, — отозвался Ушлый.

— Следи за языком, в зоопарке дети, — машинально махнул на него я, все еще пристально вглядываясь в застывшую зелень. Не будем вспоминать, что не так давно я выдавал и не такие рулады. Но теперь все, похоже: повелителю и создателю жизни сквернословить как-то невместно. Ужас. Как жить-то теперь?

— Что ж, поставлю вопрос ребром. Либо вы и дальше не проявляете никакой активности и вас просто разбирают на энергию и подкормку пяти Ху, либо вы доказываете, что хоть чем-то полезны и достойны существования, — обратился я к валяющимся духам.

После длинной паузы цилинь с сомнением наклонил рогатую башку и очень осторожно понюхал выросший из песка и зеленой энергии росток. Он проклюнулся у нас на глазах, стремительно выпуская листья, чем-то похожие на раскрытые ладошки.

— Я бы на твоем месте эту траву не жрал. На всякий случай, — предупредил жеребца райдзю, проворно поджав лапу, к которой по песку зазмеился один из побегов. — Но в целом, кажется, это ответ, повелитель. Только на коноплю подозрительно похож. Ты уверен, что создавал эту зелень трезвым, а не после кальяна-другого курительных смесей?

— Как будто они на меня когда-то действовали, эти курительные смеси, — фыркнул я, действительно припоминая что-то такое.

— Не тебя, может, и нет, а дети твои сплошь укуренные, — пробурчал себе под нос почти стопроцентный мерин и быстро попятился, заметив мой оценивающий прищур. — А я что, я ничего! Я ничего не сказал, вам послышалось, повелитель! И вообще, мне пора, у меня там кобылы не… недоеные!

Райдзю подавился собственными усами и кувыркнулся на песок, дрыгая лапами в попытке не хохотать на весь гуцинь, я тоже с трудом удержался, чтобы не заржать. Даже духи захихикали, причем не только фиолетовые хаосята, но и конопляные ростки тоже.

— Ага, эмоции вы понимаете! — мгновенно просек я. — Значит, и другое усвоите. Для начала…

Продолжить я не успел. За деревьями прибрежной полосы, в той стороне, где располагался жилой павильон, что-то с грохотом взорвалось, а потом к небу взметнулся…. да чтоб вам морским ежом подавиться! Это что, гигантский бамбук?!

Евгения:

— Ну и? — мрачно спросила я, глядя, как стремительно исчезает где-то внизу крыша жилого павильона. — Ян, ты уверен, что тебя зовут не Джек-бобовое-зерно?

— Какой еще Джек, женщина! — Крысобелк вцепился мне в волосы и тихо подвывал от переизбытка эмоций. — Что ты натворила?!

— Я?! — возмущаться было чем. — Я сделала только то, что ты показал: правильно дышала, концентрировала внимание и направила поток ци в твой талисман! Приклеенный, между прочим, к мандарину. Откуда взялся бамбук?! Да еще такой бешеный? Бли-и-ин! Держись!

Высоту эта чокнутая зелень набирала стремительно, а вот с толщиной как-то не задалось, а потому ветром ее шатало как здрасьте. И нас вместе с пучком листьев на макушке стремительно выросшего почти до облаков бамбука тоже хорошо так носило туда-сюда по непредсказуемой кривой.

— Ну, хоть в стратосферу не улетим, — выдохнула я, наконец поняв, что, кажется, бамбук перестал тянуться ввысь и теперь просто весело раскачивал нас в небе.

— В страто… в бездну? В бездну не улетим! Если эта палка еще вырастет, нас размажет по куполу-у-у! — снова запаниковал поссум.

— Уже не размажет, выдыхай. Что вообще произошло, ты хоть понял?

— Персиков надо меньше жрать и с демонами трахаться… тоже меньше! — Ян-Ян чуть успокоился, машинально проверил креветку в кармане и довольно зло дернул меня за ухо. — Я тебе что сказал?! Тонкий поток ци направить в ключевую точку рисунка. Зачем ты долбанула по нему со всей дури, которой у тебя в первые дни после поедания божественных фруктов немерено? Твоим ударом талисман содрало с мандарина и впечатало в землю, а там, наверное, был невыполотый росток этой гадости. Почти у нас под ногами. Вот и рвануло. У-у-ух! Как спускаться теперь будем?! Я не настолько летающая белка!