Чтение онлайн

Странная история, но теперь все начинает хоть немного проясняться. Я, врезающаяся в столб на неизвестной машине, при том, что я не умею водить. И, по идее, мне должны предъявить обвинение, как минимум в вождении без прав. Мои странные способности. Амнезия. Виктор, который убеждал меня, что мы встречались раньше. Странный голос из сна, называющий себя моим другом. Может, так и есть. Может, он друг из того, двухнедельного прошлого, которое исчезло из моей жизни. Вот только почему и как такое могло получиться? И кто этот парень, с которым я обнимаюсь у всех на виду?

— Лен, перебросишь мне фотки на почту. Хочу подробнее их рассмотреть. Может, увижу какие-то нестыковки. Вряд ли Стервоза, если это был фотошоп, прибегла к помощи профессионала.

— Не вопрос, — мгновенно откликнулась подруга, — Кстати, вы с Егором когда договорились встретиться?

— В восемь, — машинально ответила я и кинула взгляд на нижний угол монитора, — Твою мать. Время полдевятого, Лена!

Я засуетилась по комнате, выискивая сумку с мобильником.

— Ты почему не сказала?

— Я не знала. Успокойся. Никуда твой псих не денется.

— Откуда ты знаешь?

— Ну, во-первых, он не идиот, надеюсь. Упустить такую красивую, умную, добрую девушку как ты может только полный придурок, во-вторых.

— А что, еще и в-третьих есть? — хмыкнула я, лихорадочно пытаясь поймать свой мобильник в моей бездонной сумке-рюкзаке. Но мне попадалось все, что угодно, даже подтаявший шоколад, да, да. В моей сумке и такое водится, но он словно сквозь землю провалился. Блин, Егор меня прибьет. Не только за опоздание, но и за то, что и его мобильник умудрилась посеять. Три за два месяца — это настоящий рекорд.

— Не перебивай, — шикнула на меня Ленка, — Во-вторых, я видела, как он на тебя смотрит. Ты в упор его не видела, но он прекрасно видел тебя. А мы, втихаря, посмеивались над этим.

— Кто это мы?

— Да весь класс. Вы однажды столкнулись в проходе между партами, так его аж затрясло, а ты извинилась и продолжила идти. Видела бы ты тогда его лицо. Нет, оно всегда у него безучастное, а тогда… это было что-то вроде обиды и жажды.

— Да где же этот чертов мобильник?

— Ты слышала, что я сказала?

— Да слышала, слышала. Егор смотрел на меня с обидой.

— И жаждой, Эля. Так простые парни на простых девушек не смотрят.

На мгновение я отвлеклась от своего поиска и посмотрела на подругу.

— Я устала от обычных Лена. Нахлебалась с Ромкой. А Егор… он другой. И кажется… у нас все серьезно. По крайней мере, у меня все серьезно.

Ленку проняло. Меня, признаюсь, тоже. Мы так и стояли, глядя друг другу в глаза, и не совсем понимая, что только что случилось. И эту странную игру в гляделки первой Ленка прервала, сказав:

— На кухне глянь.

Я бросилась на кухню. И нашла мобильник на столе. Черт, черт, черт. Шестнадцать пропущенных. Он меня убьет. Я хотела ему позвонить, но Ленка остановила.

— О третьем узнать не хочешь?

— А надо?

— Надо. Твой Егор под окнами стоит на крутой желтенькой машинке. Слушай? Откуда она у него? Надеюсь, не украл.

— Нет, — ответила я, тоже выглянув в окно, уже набирая его номер, — Его родители очень не бедные люди. Алло, Егор, прости. Я уже спускаюсь.

— Ты чем-то расстроена?

— Нет. Просто задумалась.

— О чем?

— Так, ерунда. Ленка умеет в ступор вогнать. Ты же ее знаешь.

— Немного. И до сих пор не могу понять, почему вы дружите?

Странный вопрос, который был так созвучен с вопросом подруги. Почему он мне нравится? Разве должна быть причина? Почему? Внешность? Я не могу сказать, мой он тип мужчины или нет. Потому что был только Ромка, но я никогда не испытывала к нему и сотой доли того, что испытываю сейчас. Мне хочется касаться, целоваться, обниматься, говорить и просто быть рядом с ним. Так близко, как только возможно. Жаль, что сейчас он ведет машину, а то бы я вторглась в его личное пространство, как иногда говорит мама, когда с папой говорит на понятном только им языке. Странно, они никогда не целуются при нас, но при этом их нежность друг к другу просачивается сквозь какие-то невинные движения, фразы, поглаживания, улыбки. Они очень любят друг друга. Это видно. И мне очень хочется, чтобы и у меня когда-нибудь была вот такая семья. Кто знает, может, я тоже рискну усыновить сироту из приюта. Продолжу, так сказать, традицию.

— Чем больше ты думаешь, тем больше мрачнеешь.

— И вовсе нет. А куда мы едем вообще? — я осмотрелась, но местность, которую освещали многочисленные фонари, не узнавала. Что-что, а с освещением у нас в городе все в порядке, по крайней мере, в той ее части, где живем я и Ленка.

— Ты потеряла право на ответ, опоздав на полчаса.

— Справедливо.

Почему-то именно когда еду в машине, я расслабляюсь и начинаю размышлять обо всем. Вот только сейчас мне не хочется ни о чем думать. Просто быть.

— А давай никуда не поедем? Просто побудем здесь.

— И испортить такой сюрприз? Ну, уж нет. Я его весь день готовил.

— Это что-то страшное?

— Никаких страхов сегодня. Это я тебе обещаю. Только хорошие эмоции.

Егор пообещал, Егор сделал. Самый потрясающий сюрприз, какой я только могла и не могла представить. Он привез меня на каток. Самый настоящий. Нас встретил старичок в форме, передал Егору ключ, две пары коньков и ушел в неизвестном направлении.

— Куда он пошел?

— Понятия не имею. Самое главное то, что его нет. Никого нет.

— И никто не увидит, как я проедусь попой по льду. Ты ведь знаешь, что я никогда не каталась на коньках?

— Обещаю, сегодня ты не упадешь. Ведь я рядом.

Мы вошли внутрь. Крытый каток был очень большим, а лед скользким. Это я и без коньков знала. А еще здесь были лавочки. Егор усадил меня на одну из них, сам расстегнул мои сапоги, снял их, одел и зашнуровал коньки, и все это глаза в глаза. А мне уже было не до коньков и не до того, туго или нет, они завязаны. Я ждала поцелуя, а когда не получила, расстроилась, немного. Но мой принц не позволил хандрить ни минуты. Он быстро переобулся, поднял меня на руки и легко поставил уже за бортиком, в который я вцепилась так, что побелели костяшки пальцев. Ноги разъезжались в разные стороны, я шаталась и норовила упасть при каждом вздохе. Егор описал круг по катку, посмотрел наверх и улыбнулся.

— Я знаю, что магия для тебя что-то враждебное и страшное, полное опасности. И она бывает такой, но бывает и другой. Бывает по-настоящему волшебной. Вот настолько.

Егор взмахнул рукой и посмотрел наверх, на купол, который сейчас стал прозрачным и звездным, и очень красивым. Кажется, я даже увидела падающую звезду, вот только желание загадать не успела. Это было невероятно. Егор подъехал ко мне, взял за руку, шепнул:

— Доверься мне.

И мы покатились, точнее, он легко заскользил, а я поехала на буксире, шатаясь, и даже ковыляя, как какая-то утка. Да простят меня пернатые любимцы.