Чтение онлайн

Ушли дворами подальше от дома, там перебежали злополучную улицу и углубились в кварталы, стараясь держаться возле стен и заборов так, чтобы оставаться невидимыми для того, кто мог сидеть в здании на холме.

Улица была узкой, извилистой. Мы свернули в проход между домами, где даже машине не проехать и выбрались на ещё одну улицу, что вела в гору. Андрей двигался первым, я — за ним, контролируя тыл. То и дело позади нас раздавалась пальба — дружинники с кем-то перестреливались. Слышали мы и снайпера. Звук долетал как раз со стороны пятиэтажки, и это ещё больше убеждало меня, что мы движемся в правильном направлении.

Впереди загудел мотор. Мы остановились и прижались к стене. Машины тут ездили редко, а народ и вовсе не попадался на улицах. Людей здесь проживало мало, да и те, кто были, заслышав стрельбу, наверняка попрятались по домам.

Из-за поворота выехал пикап с вооружёнными мужчинами в кузове.

— Огонь! — скомандовал Андрей.

Вскинув автоматы, мы почти одновременно дали очередь. Стекло пикапа превратилось в решето. Машина не останавливалась, и мы продолжали высаживать в неё боекомплект. Кто-то вылез на ходу из кузова и кубарем покатился вниз. Пикап врезался в стену. В кузове были двое раненых. Смуглый мужчина в военных штанах и оранжевой майке принялся стрелять по нам. Я уложил его несколькими одиночными. Дядя в это время добил парня, который выпрыгнул ранее. Дверь пикапа приоткрылась, я выпустил в неё остаток магазина, перезарядился.

Проверил машину — все мертвы. Побежал за Андреем. Тот осматривал распластавшийся на дороге труп. Покойник имел непропорционально широкое тело и уродливую обезьянью рожу с очень низким лбом и массивными надбровными дугами.

— Тавр, — сказал Андрей. — Они часто в банды идут.

Бандиты имели такое же вооружение, как у нас — те же ГОФ-24, только более старых моделей, поэтому нам удалось разжиться запасными магазинами. Впрочем, долго задерживаться не стали. Пятиэтажка была уже близко, и я не хотел, чтобы снайпер сменил позицию или спрятался, прежде чем мы подберёмся к нему.

Территория, на которой находилось нужное здание, притаилась среди крошечных каменных лачуг. Судя по всему, тут было какое-то предприятие, но оно уже давно не работало, а его деревянный забор кое-где завалился.

Мы с Андреем оказались возле самых закрытых ворот. По нам никто не стрелял, но с территории доносились голоса. Местность была труднопроходимая, но мы всё же пробрались до ближайшей бреши и заглянули во двор. Помимо кирпичной пятиэтажки тут находились длинный заброшенный цех и что-то вроде котельной, из которой росла труба.

— Никого, — тихо проговорил Андрей, сосредоточенно вглядываясь в мутные, частично побитые окна пятиэтажного строения. — Но голоса мы слышали. Они где-то тут.

— Надо пробраться ко входу, — я указал на приоткрытую дверь, — и прочесать здание. Там точно кто-то есть.

— Возможно, снайпер не ушёл. Давно его не было слышно.

— Ага, — я пригнулся. Мне почудилось движение в одном из окон на втором этаже. — Я побегу к тому ржавому грузовику, а потом — к двери. А ты прикрывай меня, ладно?

Дядя подумал и кивнул:

— Хорошо. Но смотри у меня, под пули не лезь. Если скажу «назад», сразу возвращайся.

Я забежал на территорию и помчал к грузовику. Из здания донеслись голоса. Потом загремели выстрелы. Кто-то стрелял из пятиэтажки и со стороны котельной. Дядя стал отвечать короткими очередями. Я прислонился к ржавой кабине старой машины и замер.

Грохнул мощный одиночный выстрел. Автомат дяди смолк. Я даже подумал, что в Андрея попали.

Всё смолкло, и вдруг в тишине раздался крик Андрея:

— Он на пятом!

Свои слова дядя подкрепил двумя короткими очередями.

Я ринулся к двери.

Влетев внутрь, я оказался в пустом помещении с обшарпанными стенами. Судя по тому, сколько людей стреляло из окон, тут прятались три-четыре противника. Но главная моя цель находился на последнем этаже.

Тихо ступая по бетонному полу и вертя головой по сторонам, я осторожно двинулся к лестнице, которая, кажется, была тут одна. Остановился, прислушался. В здании всё затихло. Только на улице ещё продолжалась стрельба.

Держа под прицелом лестницу, я медленно пошёл наверх.

Второй этаж, третий… Я окидывал взглядом коридоры и, убедившись, что там никого нет, двигался дальше. Противники попрятались и затаились, не рискуя нападать на меня в замкнутом пространстве.

На улице тем временем стрельба тоже смолкла, а внизу скрипнула уличная дверь. Дядя добрался-таки до здания.

Четвёртый этаж, пятый… Я замер, прислушиваясь. Несколько секунд — мёртвая тишина, а потом внизу опять загрохотали автоматы. Похоже, работал дядя Андрей, зачищая помещения.

Я подкрался к углу, надел свой берет на ствол штурмовой винтовки и высунул его. Меня оглушил мощный хлопок. Сбитый пулей берет отлетел в сторону. Я дал очередь. Выстрел. Угол стены разнесло на кусочки. До моих всё ещё забитых ватой ушей донёсся щелчок затвора. Я выглянул. Тесный, узкий коридор был пуст. Вдруг из дверного проёма высунулся мужик с массивной винтовкой. Я выпустил очередь и убрал голову. Выстрел.

Патроны закончились. Я вытащил пустой магазин, и вдруг в коридоре послышались шаги. Через секунду мужик оказался рядом и с воплем бросился на меня. В руке его было странное серповидное оружие.

Я отшвырнул автомат. Мужик махнул серпом. Я увернулся, клинок попал по стене, раскрошив штукатурку. Мужик снова атаковал, я перехватил его руку. Бросок — враг на полу. Мой кулак опустился ему на висок, потом ещё раз и ещё, пока не хрустнула кость, а мне в лицо не брызнула кровь. Фибральное зрение показало, что снайпер тоже был клостом, но не очень сильным. Когда он испустил дух, его сеть быстро побледнела, став такого же оттенка, как и нити вокруг.

В это время на нижних этажах шёл бой. Автоматная стрельба гремела на весь дом.

На этаже больше никого не нашлось, но в одной из комнат нашлись рюкзак и снайперская винтовка. Винтовка оказалась очень тяжёлой, она имела скользящий затвор и восьмикратную оптику. Затвор, ствол и прочие детали были необычайно массивными. В рюкзаке обнаружились две запасные обоймы с пулями сорок восьмого калибра (48 точек) с пометкой «М». Серп тоже оказался непростым — его клинок имел знакомый матово-чёрный окрас.

Вскоре и дядя добрался до пятого этажа.

— На нижних чисто. У тебя как? — спросил он.