Чтение онлайн

— Духи торговой марки «Шансси»?! — потрясенно воскликнула Дианта, узнав наш фирменный знак на флаконе.

— Ты знаешь нас?

— Да, Тильда пользовалась, но у нее были «Астанье». Она их очень бережно расходовала.

— Я взяла и «Астанье».

Порывшись, протянула нужный флакон.

— О, Тильда за них душу продаст, — рассмеялась Дианта и уважительно посмотрела на меня. — Поверить не могу, что сижу рядом с их создательницей.

— А вторая супруга акифа какая? — смущенно перевела я тему.

— Она духами не пользуется. Считает их излишеством. В последние годы придерживается аскетизма во всем, даже на праздники нарядные одежды надевает лишь по приказу акифа. Тот вынужден ей каждый раз драгоценности дарить, свои она распродала, а деньги пожертвовала в храм. Все новые подарки тоже туда относит.

— Наверное, ей по сердцу благотворительность, — тактично прокомментировала я, не зная, что сказать. На мой взгляд, все это было чересчур.

— Не знаю, не знаю. Мне кажется, она больше упивается тем, какая она хорошая. Ходит вечно с постным лицом. Если кто-то смеется, смотрит так, что смех застревает в горле. Уж лучше бы была как раньше. Говорят, она и привлекла акифа тем, что, вопреки сдержанной первой жене, жила эмоциями. Страстная, жизнерадостная. Если смеялась, то на весь дворец звучал ее смех, если гневалась, то тоже все слышали. Ее скандалы и истерики до сих пор помнят. А теперь ходит тенью по дворцу, и лично у меня от нее мороз по коже. Я слышала, ее вторые роды изменили. Она так надеялась подарить акифу сына, а родилась дочь. После этого она как-то потухла, стала в храм часто ходить, а своими детьми не интересуется. Вторую дочь кормилица вырастила.

— Н-да… — у меня даже слов не нашлось.

— У акифа сейчас новая фаворитка — Хадиса. Можно ей духи подарить. Акиф точно оценит новый аромат, — сказала Дианта.

Мы выбрали духи для Хадисы, а потом я достала из потайного кармана небольшую коробочку.

— Дианта, а это для тебя.

Заинтригованная, она открыла и ахнула. На черном бархате сверкал крупный бриллиант, а внутри него хранились духи.

— Особый аромат для особых случаев.

— Это же безумно дорого! Я не могу их принять, — попыталась вернуть подарок Дианта.

— Дианта, это от меня за Арджану. Я знаю, что ты им с братом помогла. Обратно не приму! — твердо сказала я. — На коже каждой женщины они раскрываются по-особому, создавая уникальный аромат. Достаточно капли на место биения пульса. Надеюсь, у вас с мужем будет много памятных моментов, окутанных флером этих духов.

Разбудили меня аппетитные запахи. С кухни в комнату проникли ароматы сдобы и корицы. Наверное, Айдан булочки к завтраку печет. Как приятно, что меня не собираются потчевать салатом и творогом, как дома. А мама еще упрекает, что я дома почти не бываю. Как-то не хочется раз за разом слушать лекцию о правильном питании.

Я лениво потянулась в постели, не спеша вставать. Настроение было отличное. Вчера я провела прекрасный вечер с Диантой. И продуктивный. Сегодня она обещала сходить с утра в гарем и передать мои подарки, а потом и навестить свою родственницу, жену советника акифа. Та скучает по столичной жизни и будет счастлива, если и в Игенборге откроется салон торгового дома «Шансси», где она сможет покупать свои любимые духи, а также последние новинки.

Тильда — третья и любимая жена советника, уж она сумеет оказать влияние на мужа и помочь с оформлением разрешения. Мне бы только его добиться, а что делать дальше, я уже знаю. Можно купить на имя Айдан помещение в центре и оформить в цвета наших салонов. Ее лавка не подойдет, нам нужно привлекать состоятельных клиентов, поэтому только центр, только богатое оформление для взыскательных покупательниц. И духи на любой изысканный вкус.

Хочу сделать что-то вроде будуара для женщин, где можно встретиться с подругами, выпить чаю с пирожными, но главное — познакомиться с новинками парфюмерной индустрии и попробовать их на себе. Этакое женское царство, куда мужчинам будет вход запрещен. Я помогу Айдан с оформлением магазина и персоналом, а потом буду продавать духи только ей, сделав салон эксклюзивным. Так как рассчитан он будет на женщин, то и местные не должны возмущаться, что бизнес ведет женщина.

Я собиралась поделиться этой идеей с Айдан и уговорить ее продать свою лавку. Да хоть ее же племяннику! Все равно прибыли лавка не приносит, и тягаться с родственником Айдан не может. А при поддержке Дианты, которая вхожа во все знатные дома и гарем акифа, реклама салону обеспечена.

С улицы донесся деловой голос Сирила, отдающего распоряжения охранникам. Наверное, во дворец выезжает. Подниматься и провожать его я не стала, как и он будить меня с утра. Мы вчера еще договорились, что Сирил подаст официальное прошение на разрешение продаж, как торговый представитель «Шансси». Мне там появляться смысла нет. Каждое заявление рассматривает лично акиф, и нас уведомят, в какой день это будет.

Я обняла подушку, вдыхая запах свежего белья и лаванды, и провалилась в сон. Дел срочных не было, а после напряженной дороги приятно немного побездельничать и никуда не спешить.

В следующий раз меня разбудил стук в дверь. Захлебываясь от восторга, Никоэль сообщил, что они с сестрой покормили Рорка. Бабушка дала им мяса, а сокол величественно его съел. И добавку, которую они ему принесли. Если такими темпами пойдет, то у меня будет не ахана, а летающий шарик на ножках.

Еще мальчик сказал, что мы привлекли клиентов, и уже несколько человек пришли к ним поесть и посмотреть, что за постояльцы у них поселились. Если я желаю, то могу не спускаться вниз, завтрак мне Беталия принесет.

Я желала. Не хотелось надевать корфу перед чужими людьми, да и есть с тряпкой на лице неудобно.

— А можно потрогать ваши волосы? Никогда таких не видел, — восхищенно проговорил Никоэль, когда вывалил на меня все новости.

Я улыбнулась и разрешила, привыкнув к такой реакции. Даже у эльфов мой цвет волос считался редким, а у людей практически не встречался.

— Какие мягкие… Как будто лунный свет в руках держу, — зачарованно произнес мальчишка, взяв в ладонь прядь и пропуская между пальцами. — Они так на солнце блестят… Ничего в жизни прекраснее не видел!

— Род моей матери — Свет Луны. Говорят, раньше у каждой женщины рода такие волосы были. Но со временем девочки с этим цветом волос стали рождаться все реже. У моей мамы они золотистые, и у брата тоже.

— Хорошо, что вы в корфе ходите и никто их не видел. Вы такая красивая, что вас бы тут же похитили для гарема.

— У вас настолько опасно ходить по улицам? — напряглась я.

— Нет. Но у вас глаза красивые, зеленые, как листья в саду. Одни они уже внимание привлекают. Если вам будет кто-то досаждать, лучше сразу стражу зовите. А еще лучше везде с охраной ходите, во избежание, — стал строго наставлять Никоэль.

— Ладно, беги. Распорядись, чтобы мне завтрак принесли. Плотный. С булочками, — на всякий случай уточнила я.

— Я сейчас. Бабушка за утро второй раз булочки пекла. Все раскупили, — похвастался мальчишка.

Выпроводив его, я села расчесывать волосы. Слова Никоэля и польстили, и встревожили. Вот уж не знала, что в Игенборге похитить могут! С другой стороны, я не простая селянка, и случись что, брат такую волну поднимет, что любого заставит пожалеть о необдуманном поступке. Но ходить и правда лучше с охраной.