Чтение онлайн

Криогенный сон. Она ухватилась за промелькнувшую мысль, словно утопающий за соломинку. Зачем машине низкотемпературный сон? Значит, лайкорон все же биологическая ткань?

Не факт. Нет сведений, все подробности технологического процесса — тайна для изделия.

Она вдруг почувствовала, что на глаза навернулись слезы. Верить ли чувствам? Слишком силен страх, рожденный в момент спонтанных, неконтролируемых действий. Она могла бы убить двух оторопевших мужчин, но ведь остановилась, не сделала этого.

Мысль внезапно метнулась в другом направлении.

«Голод. Я ощущаю голод. Значит, мне, как любому человеку, нужна пища.

Вкусовые ощущения остались. Я дышу. У меня наверняка есть все внутренние органы. Разумеется, если, конечно, они не имитация».

Лори машинально поманила рукой официанта.

Старый, видавший виды андроид подошел к столику и учтиво спросил:

— Что желаете заказать, мэм?

Знал бы ты, кто я на самом деле…

Лори хотела заказать что-нибудь из еды, но внезапно она передумала.

— Кофе и сигареты.

Дройд не выказал никаких эмоций по поводу заказа. Он попытался уточнить, какие сигареты она предпочитает, но Лори, и без того напряженная до предела, отослала его не терпящим возражений жестом.

— Любые.

Следующее роковое событие произошло, когда андроид уже принес заказ, и она, немного расслабившись, закурила, откинулась на спинку не очень удобного кресла и сделала несколько глотков кофе, удивляясь и одновременно радуясь, что ощущает его вкус.

Кофе был паршивым. Сигареты тоже.

Я чувствую…

Мысль оборвалась, когда в дымном сумраке бара, несмотря на продолжавшую грохотать музыку, вдруг (в субъективном восприятии Лори) наступила звонкая тишина, все замерло. Но на самом деле вокруг продолжалась прежняя суета, — это она, внезапно почувствовав нечто необычное, мгновенно напряглась, и, как следствие, — ее разум перешел на иной уровень быстродействия.

Дым сигареты застыл в неподвижном воздухе витиеватым сизым узором.

Медленно, тягуче открывалась дверь, звон старомодного колокольчика звучал долго и надсадно, словно кто-то записал этот звук заранее и теперь замедлил его воспроизведение.

Лори поняла — сейчас через порог бара переступит такое же существо, как сама она.

Непостижимым для себя образом она почувствовала это, и невыносимо замедлившееся время, подстегнутое острым, пронзительным предчувствием, вновь сорвалось в прежнем беге секунд: дверь наконец распахнулась, колокольчик сдавленно звякнул, и на пороге появилась молодая симпатичная женщина.

Их взгляды встретились, несмотря на сизые пласты дыма, мечущиеся отсветы лазерного шоу, и…

Незнакомка все прочитала во взгляде Лори и прямиком направилась к ее столику. Она выглядела такой же молодой, симпатичной и… напряженно растерянной.

Они не проронили ни звука, но однозначно поняли, кто есть кто.

За сильнейшими переживаниями Лори попросту забыла о второй криогенной камере, где на момент старта «Элизабет-Альфы» шли процессы пробуждения ее напарницы.

— Привет, Лори…

Она постаралась вести себя спокойно.

— Привет.

— Почему не дождалась моего пробуждения? — Голос Эльзы прозвучал глухо, в нем ощущались интонации, но не страха и растерянности, как это было у Лори, а скорее нотки напряженного вызова, готовности ответить ударом на удар, грубостью на грубость, неадекватностью на попытку непонимания.

Лори некоторое время молчала.

— Я не знала, насколько будет успешен процесс пробуждения, — наконец произнесла она.

— Логично, — согласилась Эльза. — Все прошло нормально. А теперь давай-ка разберемся в наших отношениях и ответим одна другой на пару вопросов. Ты сейчас в боевом режиме? Ощущаешь мнемоническое давление со стороны программ?

— Нет. Я словно очнулась… перед самой стыковкой со станцией.

— А там, в пещере?

— Я действовала спонтанно. До сих пор не могу прийти в себя.

— Понимаю. — Эльза усмехнулась. — Я тоже думала, что крыша съедет, когда в первый раз пришла в себя после трансформации.

— Так ты… — Лори запнулась, пытаясь подобрать нужное слово.

— Да. Я уже провела некоторое время в новой ипостаси. Имела возможность довести себя до грани срыва, после чего вновь угодила в криогенную камеру. Поэтому, получив второй шанс, я решила пока не задаваться глобальными вопросами. Тем более что та пещера совсем не похожа на лабораторный комплекс. Можешь относиться к моим словам как угодно, но я быстро сообразила: многое изменилось с тех пор, как я впервые осознала себя в новом качестве.

— И что нам делать теперь?

— Может, попробуем плюнуть на все и просто немного поживем? — Эльза откинулась в кресле, продолжая сверлить Лори немигающим взглядом. — Я последовала за тобой вовсе не ради выполнения задания. У меня, к счастью, боевой режим не включился. — Она немного помолчала, а затем добавила: — Чего нам теперь бояться? Давай посмотрим на обстоятельства с другой стороны, поищем в них что-то положительное?

— Не уверена, что у меня получится.

— Тогда давай просто отметим нашу встречу. А заодно узнаем, сохранилось ли в нас что-то человеческое? Например, мне любопытно, смогу ли я напиться?

Черный юмор Эльзы пришелся Лори не по душе, она сейчас менее всего была склонна к опасным экспериментам, но ее подругу, видимо, не заботили последствия. Она хотела хотя бы попытаться жить. И точка.

У Лори в тот момент не нашлось сил на бесполезные препирательства.

Эльза оказалась интересной и умной собеседницей.

Некоторое время они все еще испытывали взаимную настороженность, но после нескольких бокалов игристого напитка с незнакомым названием обе девушки словно оттаяли.

Дымный сумрак помещения отступал на второй план, а вместе с гнетущей обстановкой низкопошибного заведения, казалось, отступают проблемы.

Лори не могла поверить, что химические соединения по-прежнему способны оказывать влияние на ее организм, чувство было странным, сознание словно раздваивалось, часть рассудка по-прежнему оставалась ясной, немного настороженной, внимательной к мелочам, а другая часть, напротив, тонула в сладкой дымке легкого дурмана.

Сложное ощущение. Непривычное, как и новые средства восприятия мира. Лори, например, уже не вздрагивала, когда ее взгляд внезапно менял диапазоны видения, мгновенно сканируя окружающее пространство в спектре определенных волн, — сейчас это пугающее качество казалось даже забавным.