Чтение онлайн

Анни жестом пригласила ее войти.

— Прости, Элани, — произнесла она в трубку, — но, если ты хочешь участвовать в торгах, ты должен предложить цену выше уже заявленных.

Роза на цыпочках пересекла комнату и села на стул. На том конце провода два издателя передавали друг другу трубки, повышая цену. Анни мастерски тянула паузы. Наконец один уступил. Окончательная цена была названа. И только положив трубку, Анни позволила себе издать ликующий вопль:

— Два миллиона!

Роза подошла к ней и крепко ее обняла.

— Отлично. Я и не подозревала, что ты у нас железная леди. Это впечатляет.

— Лучше не впечатляйся, а открой шампанское! — выкрикнула Анни. Она победно вскинула руки вверх, но быстро опомнилась. Иисус! Я совсем забыла про бедного автора. Себастьян поднял трубку почти сразу. Новость, похоже, его ошарашила.

— Я чувствую, придется писать вторую книгу. Следующий, кому следовало позвонить, был Джек.

— Два миллиона? — выдохнул он.

— Не волнуйся, ты получишь свою долю по справедливости. Завтра Джулия может позвонить мне, я все объясню ей по поводу моих контрактов. — Анни помолчала. В телефонной трубке было слышно, как передают утренний выпуск новостей. — Слушай, зачем ты сделал это, Джек?

— Я… полагал, что твое поведение не соответствует профессиональным нормам.

— Нет, это твое поведение не соответствует профессиональным нормам. Вспомни, как ты со мной обращался и только и знал, что «ставил на место». Это же невыносимо. Вот твой отец…

— Мой отец умер! Я не знаю, что было между вами и кто отец твоего незаконного ребенка, но теперь это все уже в прошлом. Ко мне у тебя не может быть никаких претензий, равно как и к моему агентству.

Анни опустилась на кровать, вслушиваясь в его мальчишеский тенорок. Так вот чего он так боялся, она почувствовала к нему внезапную жалость.

— Слушай, Джек. Твой отец и я были друзьями. Хорошими друзьями. Но между нами не было ничего такого, и Том — не его сын, если тебя это так заботит. Ему был, по крайней мере, год, когда я устроилась к вам на работу. Хотя ты прав, — она собралась с духом, чтобы произнести следующую фразу, — он — незаконнорожденный. Он это знает. Но, по-моему, это никого не должно касаться.

Джек смутился.

— Я вовсе не думал… Это все Джейн… — Он запнулся. Анни сжала губы. Жена Джека судила о других по себе. Знал бы он, как его жену называют за глаза. Кушетка. Поскольку своим быстрым продвижением по службе она обязана именно этому предмету обстановки… Ее порыв жалости к нему исчез. Она положила трубку, думая, что они вполне друг другу подходят. Роза протянула ей стакан.

— Смотреть за тобой — ну просто как в кино сидишь, — сказала она. — Кто там следующий?

Анни позвонила в «Паблишн Ньюз» и, растянувшись на подушках и потягивая шампанское, принялась рассказывать в телефонную трубку о планах своего литературного агентства. Ей пришлось пообещать, что она выкроет сегодня время для фотографа, чтобы ее фото появилось уже в завтрашнем выпуске. Положив наконец трубку, Анни, очень собой довольная, снова протянула свой стакан Розе.

— Это очень любезно с твоей стороны. Я ведь не успела еще ту попробовать.

— Что попробовать?

— Бутылку… Шампанское, которое ждало меня, когда я приехала сюда. Я думала, что оно — от тебя.

— Это было от мистера Кого-то Еще. — Роза сняла свой жакет и повесила его на спинку стула. Под жакетом оказалась розовая шелковая рубашка. Анни нахмурилась:

— Слушай, а почему у меня рука дрожит, а у тебя — нет?

— Потому, что несколько часов в неделю — и за кругленькую сумму — я занимаюсь со своим персональным тренером. У тебя есть дом и семья, у меня же совершенная фигура. Вечная дилемма современной жизни: или то, или это. Нет чтобы и то, и то. Но хватит увиливать. — Она наклонилась к Анни. — Я умираю от любопытства — Джордан встретился с тобой? Анни кивнула.

— Он приходил прямо ко мне в номер.

— Иди ты? — хлопнула в ладоши Роза. — Как это ему удалось?

— О… ты знаешь.

— Нет, не знаю, Анни. Ну, расскажи поподробнее.

— Пришел он поздно, около двух. Мы говорили о Томе.

— Ну и… — подбодрила Роза.

— Я сказала, что не могу точно утверждать, что Том — от него, но это весьма вероятно.

— И…

— Он немного рассказал о своей жене.

— А дальше?

— Я рассказала о своей работе.

— Дальше.

— Потом он вернулся в свой отель.

— И во сколько же он ушел?

— Часов в пять, наверное.

Роза протянула руку за шампанским и наполнила стакан Анни и свой. Затем выразительно глянула на Анни.

— Так-таки о Томе и о работе? Все три часа?

— Разговор поначалу совсем не клеился. Это довольно трудно — говорить друг с другом после долгой разлуки. Я не видела его двадцать с лишним лет. Я думала, он совершенно забыл обо мне.

— Но, конечно, не забыл.

— Нет, — сказала Анни. Она поймала лукавый взгляд подруги. — Роза, я знаю, ты считала его недалеким янки. А я думаю, что в нем есть что-то… — Она улыбнулась, вспомнив его широкие плечи и этот взгляд, взгляд. человека, жаждущего, чтобы его полюбил весь мир.

Роза ждала терпеливо, зная, как трудно ей говорить.

— Он очень привлекателен, — наконец нашла слова Анни. — Я всегда, то есть, он всегда… — Анни спрятала лицо в ладонях, ибо оно, конечно же, выдавало ее чувства.

— Анни, — тихо произнесла Роза. — Ты собираешься сказать, что трахалась с будущим президентом США?

— Конечно нет! — Анни быстро глянула на нее и коротко рассмеялась. — Хотя мы… — Она откинулась на кровать и начала безудержно хохотать. Подбадриваемая Розой и вдохновленная выпитым шампанским, она поведала о событиях, произошедших до телефонного звонка от Трелони Грея. А потом пересказала забавный случай, которым в самый неподходящий момент решил развлечь ее Грей: некий известный, но весьма волосатый издатель обожал в голом виде загорать. После одной такой солнечной ванны в местной газете написали, что в окрестностях появился сбежавший откуда-то бабуин. Роза, хохоча, тоже рухнула на кровать. Пассаж с презервативами Анни утаила.

Роза вытирала слезы от хохота.

— Боже, Анни, с тобою чувствуешь себя в эпицентре жизни. Узнаю прежнюю Анни. Наконец-то ты перестала быть только примерной хозяйкой и строгой мамашей.

Это звучало как прощение той сцены в ресторане. Анни посмотрела на свою подругу с выражением признательности.

— Прости меня за этот ленч. Эдвард говорит, что ты все сделала так, как было нужно. Ну я про Тома. Я была просто слишком поражена.

— Не стоит об этом. — Роза похлопала ее по руке. — Завтра во всех газетах появится сообщение, что я поссорилась в ресторане с некой особой, с которой, по всей вероятности, состою в любовной связи. Кстати, когда, ты сказала, улетает твой самолет?

Анни глянула на часы и вскрикнула. Роза протянула руку к телефону.

— Ты давай поскорее собирайся. Я вызову свою машину, чтобы отвезти тебя в аэропорт. А сама высажусь по дороге.

Пока они ехали по городу, Анни расспрашивала Розу о Томе.

— Каким ты его нашла? — поинтересовалась Анни.

— Чудный мальчик — вежливый, красивый, умеет поддерживать разговор. Если бы я твердо знала, что у меня будет такой же, я бы тоже родила.

— В самом деле? — И они обе подумали об аборте, сделанном Розой много лет назад. Все эти годы эта тема была у них как бы необъявленным табу. Анни иногда себя спрашивала, а не жалеет ли теперь ее подруга? Сама-то Анни когда-то на это не пошла…