Особый район Китая, 1942-1945 гг.
Шрифт:
Руководство КПК встревожено военной интервенцией англичан в Греции. Одна мысль о «скобизме» американцев и гоминьдановцев по отношению к Особому району вселяет в них ужас.
В яньаньской газете перепечатана статья «Известий» от 13 февраля сего года... [470]
* * *
С конца 1944 года гоминьдановцы тоже начали определенно сокращать размах боевых действий против японцев. Их тоже захватывает подготовка к гражданской войне, которая хоть и скрытно, но планомерно осуществляется Яньанью.
Это ответ на многолетний саботаж верхушкой КПК широких боевых действий против японцев. Одновременно войска КПК активно вытесняют гоминьдановские части из отдельных районов под видом боевых операций против японцев.
Японская военщина, поглощенная борьбой с американцами на островах Тихого океана и в Юго-Восточной Азии, ничтожными силами в сравнении с китайскими осуществляет контроль над захваченными территориями, кое-где даже и приумножая их.
15 марта
В политике и настроениях руководства КПК продолжается переориентация. Последние события еще более заострили и оформили их взгляды и оценки. Опубликование в советской прессе телеграммы Мао Цзэ-дуна и Чжу Дэ И. В. Сталину, а затем ответная телеграмма Сталина — для руководства КПК прежде всего свидетельство скорого вступления СССР в войну с Японией.
4 марта под огромным заголовком телеграмма Сталина обнародована. Текст ее многократно зачитывали по радио.
Статья в «Известиях» укрепила руководство КПК в своем мнении. В Яньани только и разговоров о том, что политика СССР дает все более ощутимый крен в сторону дальневосточных проблем.
Руководители КПК делают для себя два важных вывода:
1. СССР неизбежно начнет войну против Японии.
2. Москва заинтересована в судьбе Особого района.
Телеграмма товарища Сталина была получена 1 марта. В тот же вечер председатель ЦК КПК провел совещание с Чжоу Энь-лаем, Чжу Дэ, Лю Шао-ци и Жэнь Би-ши.
Совещание продолжалось до 4 часов утра. О чем шла речь, никому, кроме участников, неведомо. Все хранят гробовое молчание. Но что оно было связано с телеграммой — неоспоримо.
На другой день Мао Цзэ-дун заявил, что теперь съезд проводить легко — все прояснилось!.. [471]
* * *
Мао может часами сидеть в кресле, не выражая никаких чувств. Следуя традициям, он представляет собой поглощенного заботами государственного деятеля. Он «занят великими проблемами, все суетное, земное не может отвлечь...»
Я думаю, что в начале своей деятельности Мао Цзэ-дун сознательно вырабатывал в себе эти качества, они не были его собственным выражением. Однако годы работы над собой сделали их частью его характера. Того характера, который должен представлять в глазах народа подлинно государственного мужа Великой Поднебесной...
Со мной Мао Цзэ-дун все меньше и меньше разыгрывает сановника. Тем заметнее его грубоватость и неряшливость. Он мешковат и неопрятен (даже при том тщательном надзоре за его нехитрым гардеробом). Его шутки грубы. Поучения зачастую приправлены площадными словечками.
В личных покоях председателя ЦК КПК властвует Цзян Цин (и не только здесь). В свои комнаты супруги Мао никогда никого не приглашают. Впрочем, Чжоу! Нет, Чжоу исключение. Он умеет быть исключением...
В Мао Цзэ-дуне поражает убежденность, что жестокость есть следствие справедливости, что, собственно, жестокости нет! Есть справедливость — и только! Он никогда не ставит под сомнение справедливость своих решений. И тогда эта убежденность в жестокости превращается в насилие. Это характерный стиль его работы...
Я ни разу не слышал, чтобы он кому-нибудь выразил сочувствие, разве только в беседах с иностранными гостями, делегациями других баз... Тут он может потолковать о своей скорби к униженным народам, посетовать на жестокость японцев, обласкать словом «простого человека»...
Есть несколько Мао Цзэ-дунов. Один, создаваемый печатью и обликом председателя ЦК КПК на различного рода совещаниях, активах, пленумах... Здесь он быстр, порой шутлив и внимателен.
Другой — для советских, военных и партийных работников, более или менее часто соприкасающихся с ним по работе. Здесь председатель ЦК КПК — живой образ древнего правителя, слегка демократизированный обращением «товарищ» и пожатием руки...
И еще есть тот настоящий, которого я все чаще и чаще вижу наедине. [472]
Эта метаморфоза точно учитывает все национальные традиции. И в ней дань времени. Мао Цзэ-дун всегда появляется перед людьми такой, какой нужен в данной ситуации. Или простой, обходительный — настоящий «товарищ по партии». Или монументально-неподвижный, умышленно рассеянный. Этакий кабинетный мыслитель, философ, отрешенный от всего земного.
В своем кресле он или слушает, окуривая собеседника дымом, или рассуждает. Если в настроении и спокойствии — то монотонно, с легким нажимом на ударные слоги, если в возбуждении, то каркающе громко и с поразительной ораторской выносливостью. Может говорить два, три, четыре часа! И это один на один!
И он же может на встречах, не глядя на собеседника, размышлять о чем-то своем, лишь изредка вежливо покачивая головой.
17 марта
Бои между французами и японцами в Индокитае.
Бенеш и Масарик прибыли в СССР по пути в Чехословакию.
В Будапеште суд над фашистскими преступниками. Среди них — шестнадцатилетний выродок Ласло. На его совести 16 убийств и соучастие еще в трехстах. С учетом возраста он приговорен к 15 годам тюремного заключения. Характерно, что все преступники в основном подростки...
Выступил премьер-министр Финляндии Паасикиви:
— мало лишь точного исполнения условий перемирия — следует вообще изменить политику в сторону ориентации на СССР;
— другая политика принесла финнам множество жертв и горечи;
— новая политика обеспечит независимость Финляндии.
* * *
Наиболее энергичный из американских дипломатов Джон Стюарт Сервис. На вид ему лет 30, хотя, бесспорно, он старше. Спортивного склада, энергичный, поджарый. Владеет сычуаньским, бэйпинским и шанхайским диалектами. В Чунцине за ним репутация либерала и весьма смелого дипломата.
Сервис опять навестил Особый район. Его приняли с уважением. В Особом районе о нем сложилось вполне определенное мнение. Сервис — знаток Китая. Он не только родился в Чэнду, но и получил в Китае образование. Правда, [473] в специальной шанхайской школе для богатых (в основном, европейцев). Вся его служебная карьера связана с Китаем, который он исколесил вдоль и поперек.
Чжоу Энь-лай считает его человеком передовых взглядов и без предубеждений. Сервис не проявляет себя как разведчик, хотя трудно поверить, что это не так. Сервис очень осторожен, не затрагивает «скользких» тем, не навязчив. Просто деловит.