Особый район Китая, 1942-1945 гг.
Шрифт:
* * *
Руководство КПК взбудоражено предполагаемым выездом Ван Мина в Москву.
Мао Цзэ-дун боится доклада Ван Мина ИККИ о действительной обстановке в КПК. [134]
Наши контакты с китайскими товарищами дают повод Мао Цзэ-дуну полагать, что Москве известно достаточно. Это вызывает озлобление у него. Нас ограничивают в общении с людьми.
Кан Шэн чувствует себя несколько пришибленным, побаиваясь разоблачений Коминтерна.
Мао Цзэ-дун лихорадочно ищет выход, а пока запретил выезд Ван Мину...
* * *
Всю ночь в кустарниках над моей пещерой токовал фазан.
14 марта
Обстановка круто меняется. Теперь при решении различных вопросов с членами так называемой «московской оппозиции» практически не считаются. Председатель ЦК КПК и Кан Шэн достаточно их опорочили. Положение во всех высших органах Коммунистической партии напряженное. Вплоть до последнего времени председатель ЦК КПК в своей политике опирался преимущественно на Чэнь Юня, Кан Шэна и свой аппарат советников (ученых секретарей) во главе с опытным демагогом Чэнь Бо-да.
У меня сложилось такое впечатление, что с Ли Фу-чунем, Ван Цзя-сяном и Жэнь Би-ши у председателя ЦК КПК не было единства взглядов. Они расходились по вопросам ведения боевых действий на фронтах 8-й НРА и Новой 4-й НРА, единого антияпонского фронта и внутрипартийной жизни. По-моему, они расходятся в данных вопросах и до сих пор. Однако методы чжэнфына действуют на всех терроризирующе. И вот эти авторитетнейшие люди в партии предпочитают отмалчиваться. А если и высказывают свое недовольство, то уж никак не публично и не на официальных заседаниях. Они боятся Мао Цзэ-дуна и поэтому вряд ли вообще осмелятся на критику его политической линии. Таким образом, позиции председателя ЦК КПК упрочиваются.
«Москвичи» ошельмованы, другие отмалчиваются. И только Кан Шэн и другие сторонники Мао формируют политическое мнение.
Все это создает видимость, будто Мао Цзэ-дун пользуется дружной поддержкой ЦК КПК и линия, проводимая им, непогрешима, хотя и противоречит коминтерновской. Доложить ИККИ о партийных разногласиях для китайских товарищей физически невозможно — все каналы связи блокированы «осенним министром». [135]
16 марта
Наступление японцев в районе Янцзы приостановлено.
На китайско-бирманской границе бои не стихают.
В Чунцине принят новый закон о воинской повинности. Отныне число призываемых составит около двух миллионов солдат в год.
* * *
Руководство революционным движением со стороны Коммунистического Интернационала есть марксистский метод исторического анализа и политической ориентировки компартий, учитывающий богатый опыт этого движения. Карать членов партии за выполнение решений Коминтерна — не что иное, как проявлять враждебность к мировому коммунистическому движению.
Ван Мин — ответственный работник ИККИ. Члены так называемой «московской группы» отстаивали тактику Коминтерна.
* * *
В «22 документа», зазубриваемых по приказу председателя ЦК КПК, включены решения ЦК КПК за прошлый и нынешний годы, речи Мао Цзэ-дуна, несколько выступлений Лю Шао-ци и т. д.
Романы изучают в обязательном порядке.
Роман «Саньго чжи» написан во второй половине XIV века Ло Гуань-чжуном.
Ло Гуань-чжун создал свой героический эпос по документальным записям придворного историографа Чэнь Шоу, искусно соединив с народными преданиями.
В институте мы читали «Саньго чжи». Роман написан на древнем классическом языке, изобилует идиомами. Чтобы верно осмыслить содержание, нужно проникнуться философией той давно минувшей эпохи.
Роман «Хунлоумын» рассказывает о духовном распаде древнекитайской знати.
Роман «Шуйху» — о борьбе китайского народа против феодалов 600 лет назад.
Чтение романов... Разжечь националистические чувства в партии — вот цель этого с виду невинного занятия.
21 марта
Советско-германский фронт стабилизировался.
Роммель все еще сражается в Тунисе.
Японская авиация бомбардировала города Ваньсянь, Лаохогоу. [136]
Москва передала информацию о книге Чан Кай-ши «Судьба Китая», изданной в Чунцине. Это исторический очерк о развитии китайского народа, гибельных последствиях владычества маньчжурской императорской династии, неравноправных договорах, создании Сунь Ят-сеном Гоминьдана, политике сопротивления японской агрессии. Автор предлагает десятилетний план реконструкции Китая.
22 марта
Орлов посетил Ван Мина.
При обращении в аптеку с рецептом, выписанным лечащим врачом Цзином, дежурный фармацевт поразился необычному сочетанию элементов препарата. То же самое заявила обслуживающая Ван Мина медсестра.
Рецепт был выписан Цзином еще до серьезного заболевания у Ван Мина почек и печени.
Роза Владимировна немедленно обратилась к автору рецепта. Цзин подтвердил необходимость принимать больному лекарство даже в том случае, когда от хранения оно приобретает совершенно другую окраску (темно-зеленый цвет).
По настоянию Цзина больной по-прежнему пользуется препаратом.
Орлов снял копию с рецепта Цзина и категорически запретил принимать это лекарство.
Мне Андрей Яковлевич пояснил, что микстура внешне составлена верно, однако со временем она непременно разлагается и становится ядовитой...
23 марта
История с рецептом подозрительна. Передал в Москву содержание рецепта. Пусть проконсультирует опытный терапевт.
* * *
Председатель ЦК КПК, опасаясь огласки и разоблачений Коминтерна, пытается уломать Ван Мина. Для чего снарядил Жэнь Би-ши, Ван Цзя-сяна и Лю Шао-ци на переговоры...
Ван Мин отказался от переговоров, ссылаясь на слабое здоровье. Однако заявил, что Мао Цзэ-дун буквально по всем вопросам партийной жизни и в отношениях с Гоминьданом проводит свою линию, никем не утвержденную. [137]
Мао Цзэ-дун предложил провести заседание политбюро на квартире у Ван Мина. Тот снова отказался. Но так как врачи настаивают на выезде Ван Мина и длительном стационарном лечении, то Мао Цзэ-дун сдался и решил послать в Москву вместе с ним и Ван Цзя-сяна, как официального докладчика ЦК КПК и оппонента Ван Мину.