Чтение онлайн

Куртен находился всего в нескольких футах от Дианы и от дерева, за которым она пряталась, когда его прежняя жена решила, что пора действовать. Она вышла из тени и оказалась позади своего бывшего мужа. Она прицелилась, как ее учила Сьюзен, и сказала шепотом:

— Ты хочешь умереть сейчас, Джеф?

Голос ее был совсем тихим, однако скрытая в нем сила была такова, что эти слова подействовали как мощный толчок в спину и чуть не сбили с ног того, кому адресовались. Куртен споткнулся, затем, с трудом удержав равновесие, выпрямился и остановился. Оставаясь спиной к своей бывшей жене, он поднял руки вверх, затем медленно повернулся и встал лицом к ней.

— Привет, Диана, — проговорил он. — Давно меня никто не называл Джефом. Думаю, мне следовало догадаться, что ты станешь поджидать меня здесь. Но я почему-то решил, что наши дети захотели тебя оставить в каком-нибудь более безопасном месте.

— Я и сейчас в безопасности, — произнесла она, всем своим видом демонстрируя готовность воспользоваться револьвером, который держала в руках. — Я услышала выстрелы. Расскажи, что там произошло. И не лги мне, Джеф, потому что я пристрелю тебя, если ты попробуешь это сделать.

Куртен поколебался, словно прикидывая, бежать прочь или броситься на нее, однако, посмотрев на револьвер, понял, что и то и другое может для него плохо кончиться.

— Они живы, — сказал он. — Победа оказалась на их стороне.

Диана продолжала хранить молчание.

— С ними все будет в порядке, — добавил он, словно для большей убедительности. — Сьюзен убила мою вторую жену. Она чертовски хорошо стреляет. Я удивлен. Джеффри оказался тоже не промах, да и с головой у него все в порядке. Можешь ими гордиться. Мы можем ими гордиться. Правда, они оба ранены, но ничего, выкарабкаются. Скоро, как я полагаю, опять вернутся к прежней работе. Он вернется в университет, а она будет сочинять головоломки. Ах да, с моей маленькой гостьей, Кимберли, с ней тоже все будет хорошо, хотя пока трудно сказать, чем для нее обернется нынешний день. Сегодня ей здорово досталось.

Диана ничего не ответила, и он пристально поглядел на револьвер у нее в руке.

— Я сказал правду, — произнес он, пожимая плечами, и улыбнулся. — Конечно, я мог бы соврать. Но какая мне разница? Что так, что этак…

Диана подумала, что в его словах есть пусть извращенная, но логика.

Вой сирен теперь стал совсем близким.

— Так что ты собираешься делать, Диана? Отпустишь меня? Или пристрелишь на месте?

— Ни то ни другое, — спокойно сказала та. — Думаю, мы уедем вместе. — И она повела стволом револьвера в сторону гаража.

Диана сидела на заднем сиденье, приставив ствол револьвера к затылку своего бывшего мужа, пока тот вел внедорожник по узкой дороге через темный лес. Огни и сирены полицейских машин, летевших по Буэна-Виста-драйв, остались далеко позади. Двое же беглецов все дальше и дальше углублялись в темные дебри леса, еще более древнего, чем тот, который они только что покинули. Фары высвечивали стволы деревьев, и те казались столбами белого света, только причудливыми и изогнутыми. Куртен едва успевал крутить руль, объезжая камни на лесной дороге или проламываясь сквозь кусты. Они ехали по диким местам, где дорога порой лишь угадывалась в траве. Однако Диана не сомневалась, что человек, сидевший за рулем, знал этот маршрут.

Один раз он нервно попросил ее поставить револьвер на предохранитель, опасаясь, что на очередном ухабе ее палец может сорваться и нажать на спусковой крючок «магнума», но в ответ она сказала:

— Веди машину осторожнее. Наверное, жалко потерять жизнь из-за рытвины на дороге.

Куртен хотел что-то ответить, но промолчал и постарался сконцентрироваться на управлении машиной, пристально вглядываясь в неровности почвы, неясно вырисовывающиеся перед ним в свете фар.

Они продолжили путь, хотя мощный внедорожник швыряло из стороны в сторону, как утлую лодку в сильный шторм. Темнота словно будила прошлое. Диана прислушивалась к дыханию бывшего мужа, вспоминая звуки, которых не слышала столько лет с тех пор, как она лежала без сна ночами с ним рядом, томимая нерешительностью и страхом, и слушала его сонное дыхание. Она думала о том, что хорошо его знает и понимает даже теперь, когда его изменили пластическая операция и груз содеянного им зла.

— Куда поедем? — спросил он через несколько часов.

— На север, — ответила она.

— Там дикие места, — отозвался он. — Вот что там на севере. Дорога еще хуже.

— А куда собирался ехать ты?

— На юг, — ответил он, и она ему поверила:

— Там еще один гараж? И еще один припрятанный где-нибудь автомобиль?

Куртен ответил кивком и нервной усмешкой:

— Конечно. Ты у меня всегда отличалась догадливостью. Из нас могла бы выйти прекрасная пара.

— Нет, — не согласилась она. — Не могла.

— Да, ты права. В тебе всегда была слабость, которая все портила.

Диана фыркнула:

— Вот именно. Я испортила тебе все. И на это ушло двадцать пять лет.

Куртен снова кивнул.

— Нужно было тебя убить, когда была возможность, — посетовал он.

Диана лишь улыбнулась в ответ:

— Жалкая, трусливая душонка. Ну это ли не малодушие — оплакивать упущенные возможности? — И она ткнула револьвером ему в затылок. — Поехали! — велела она.

Временами она взглядывала в окно. Лес поредел, стало больше больших камней, поваленных деревьев и низкорослых кустарников. На востоке, за горной грядой, появились первые проблески наступающего дня. Они, похоже, заехали высоко в горы и ехали по крутому склону. Автомобиль наехал на сланцевую глыбу, забуксовал, и она едва не спустила курок.

— Думаю, мы отъехали достаточно далеко, — сказала Диана. — Останови машину.

Куртен выполнил приказание.

Они пошли пешком. Начинался серый рассвет. Они шагали друг за другом: впереди муж, жена с револьвером следом. Вскоре Диана увидела далеко в небе красновато-желтую полоску, и тропа, по которой они шли, осветилась первыми слабыми лучами утреннего света.

Они шли молча, карабкаясь вверх по каменистому склону небольшого каньона. Местность казалась дикой, безжизненной, далекой от современного мира. Древность его была будто разлита в воздухе, диссонируя со свежестью утра, которое все больше и больше вступало в свои права.

— Пожалуй, можно и остановиться, — сказала Диана. — Думаю, мы зашли достаточно далеко. Помнишь, что мы говорили, когда поженились? Когда-то ты напомнил мне эти слова в письме.

Человек, которого она некогда знала как Джеффри Митчелла и который теперь звался Питером Куртеном, остановился и повернулся к ней лицом. Он не стал отвечать на вопрос напрямую и произнес:

— Двадцать пять лет…

Он улыбнулся. Это была улыбка мертвеца. Он сделал шаг к ней, раскинув руки, как для объятия, но потом опустил.

— Прошло много времени. Мы прожили длинную жизнь. Нам есть что рассказать друг другу, не так ли?

— Нет, не так, — ответила она.

И выстрелила ему в грудь.

Эхо выстрела прокатилось по всему каньону, отражаясь от скал, и унеслось в загоравшееся красками нового дня небо. Человек, который когда-то был ее мужем, качнулся назад, распахнув изумленные глаза, и на черном свитере расплылось красное пятно. Рот раскрылся, словно он хотел что-то сказать, но слова застряли в горле. Он осел, как марионетка, у которой разом обрезали все веревочки, упал на скалу, заскользил. Секунду его тело летело в свободном падении, а потом исчезло из виду. Она услышала, как оно рухнуло на камни где-то далеко, на самом дне каньона.