Чтение онлайн

– А если она откажется? – испуганно пробормотал Электроник, с каждым новым шагом становясь все бледнее. Когда впереди уже показалось здание библиотеки, то Эдвард даже начал опасаться, как бы у него приступа сердечного не случилось, – Эд, а если она не захочет идти на танцы? Со мной?

– Только не убегай тогда в слезах и истерике, – потребовал Эдвард, – Если откажет, то это еще ничего не значит. В отличие от пули, после отказа еще остается шанс. И не волнуйся так, – прикрикнул на Электроника, тут же выпрямившегося по струнке, – Спокойнее, тебя не на расстрел ведут.

– Может, не надо? – почти попросил юный техник, стоя перед дверьми библиотеки, – Может, она сама на танцы придет, я там ее и приглашу… Давай лучше так… – почти простонал, пока Эдвард продолжал толкать его вперед.

– Поздно, друг мой, мы уже пришли! – ухнул его собеседник, одним уверенным толчком загнав несчастного техника внутрь здания, так что почти повалился на пол, едва сумев сохранить равновесие.

Внутри, как всегда, не было ни одного посетителя, в чем виновато было, как уже начинал подозревать Эдвард, не столько содержание библиотечных книг, одинаковых в своем бессмыслии, сколько и то напряжение, буквально генерируемое библиотекаршей вокруг себя в те моменты, когда бодрствовала. На счастье Электроника, ввалившегося внутрь с топотом, какому позавидовал бы и отряд штурмовых экзоскелетов, сейчас Женя, все так же тихо посапывавшая на своем месте, чуткостью сна все же не обладала, а потому даже не пошевелилась, когда юный техник замер, испуганно глядя на нее и не зная, что следует дальше делать.

– Будить будешь? – усмехнулся Эдвард за его спиной, осторожно заходя следом и прикрывая дверь, – Или подождешь, пока сама проснется? – в этот момент, он, конечно, был здесь лишним, свидетели не нужны ни в коем случае, но собирался довести начатое дело до конца, все-таки растормошив Электроника и заставив его действовать. Да и Жене общение с людьми тоже пойдет на пользу, а то тоже имеет все шансы остаться старой девой с таким отношением к окружающим. Поразительно, что его вообще сейчас интересовали такие вопросы, но атмосфера «Совенка» продолжала давить на его душу, вытаскивая из глубины забвения даже такие странные и, казалось бы, ненужные чувства, как сочувствие и сопереживание к малознакомым людям.

– Давай лучше подождем… Все равно к обеду она проснется… – неуверенно прохрипел Электроник пересохшим горлом, осторожно присаживаясь на стул рядом с Женей, разглядывая ее вполне милое личико, становившееся совсем миролюбивым, когда видела свои сны. Ее тайный воздыхатель все-таки успокоился, одновременно со страхом и улыбкой разглядывая библиотекаршу, но не решаясь ее потревожить, и только искреннее чувство симпатии, любовью все-таки пока еще не решался назвать Эдвард то, что между ними могло только появиться, отчетливо читалось на его лице. Даже попытался пригладить непослушный вихор на ее волосах, но не решился, и снова опустил руку.

– Не буду мешать, – шепнул Эдвард, и Электроник только кивнул, – Если что, я поблизости… – он одобряюще хлопнул своего товарища по плечу и направился к книжным полкам, решив потратить остаток времени до обеда на разглядывание названий в попытках найти хоть что-то более или менее адекватное.

И через несколько минут уже разочаровался в подобном решении, кроме полки с художественной литературой здесь смотреть вообще было не на что, однотипные рассуждения по поводу того, что революция является нормальным путем государственного развития, от чего Эдварда уже начинало передергивать от желания расстрелять авторов как зачинщиков бунта и организаторов антигосударственного движения. А вот полка с художественной литературой показалась непонятной потому, что не понимал слишком много из того, что там написано, зачастую много особенностей менталитета и культурных моментов, требующих более глубокого понимания, чем имевшееся у него после сканирования учебников.

Зато, как оказалось, дверь в редакторскую местной стенгазеты оказалась приоткрытой. Убедившись, что Электроник все так же сидит на своем посту рядом со спящей библиотекаршей, ожидая момента ее пробуждения, осторожно постучался, надеясь, что хотя бы там найдет более интересную компанию, чем печатное собрание предательских мыслей ренегатов и революционеров. Тихий голосок, разрешивший войти, принадлежал ни кому иному, как Лене, ее тихие интонации были неповторимы в этом лагере, звучащие так, словно боялась своего собеседника.

Заглянув внутрь, увидел эту девушку, сидевшую за столом с карандашом в руке, видимо, опять занятую своими рисунками. Перед ней лежали сразу несколько листков, пара ластиков и кучка цветных карандашей, на фоне трафарета будущей стенгазеты, которую, наверное, готовили к окончанию смены. Сложив ручки перед собой, Лена с почти что испуганным выражением лица смотрела на дверь, но расслабилась и даже позволила себе улыбнуться, когда Эдвард вошел внутрь.

– Прости, что побеспокоил, – извинился он в самом начале, – Надеюсь, ничем не помешал? – прислушался к звукам за дверью, но там все было так же тихо, значит, у Электроника есть еще немного времени, – Мне сейчас необходимо спрятаться, а среди книжных полок от местных названий у меня портится настроение, – и улыбнулся кончиками губ, и девушка так же улыбнулась в ответ, наблюдая за ним скорее с любопытством, – Ты ведь не будешь против, если тут сигнала на обед подожду?

– Нет, – тихо сказала девушка, сложив руки на коленях, – А от кого прячешься?

– От библиотекарши вашей, – Эдвард сделал испуганное лицо, – Ты же знаешь, как она не любит, когда кто-то нарушает покой мудрых фолиантов под этими сводами, – девушка улыбалась и первое напряжение, которое сразу возникало, как только пытался с ней заговорить, спало, – Никому только не говори, но ее Электроник хочет на дискотеку позвать… – он приложил палец к губам, и Лена согласно кивнула.

– Никогда бы не подумала, – заметила девушка, – что у Электроника смелости хватит. В прошлый раз он так и не решился кого-нибудь пригласить…

– На прошлой дискотеке? – Эдвард подошел ближе, посмотреть ее рисунки, и Лена чуть отодвинулась в сторону, – А ты была там? – на столе уже лежал лист бумаги с наполовину раскрашенным утренним наброском леса, а рядом уже законченные картинки, на одной из которых была изображена Мику с гитарой, репетирующая на сцене, а на второй… Эдвард с удивлением обнаружил себя, сидевшего перед столом с разложенными картами. В тот день, когда вожатая решила устроить карточный турнир, закончившийся его уверенной победой, и очень странно было видеть свой первый рисованный портрет, причем довольно талантливо исполненный.

– Ну, я туда тоже пришла, – пожала плечами Лена, глядя как ее собеседник разглядывает свое собственное изображение, и улыбнулась, – Потанцевала даже немного.

– Тогда и на эту дискотеку обязательно приходи, – кивнул Эдвард, – Чем больше там знакомых лиц будет, тем мне будет спокойнее, – и снова оглянулся на дверь, – Я не частый гость на таких мероприятиях.

– Алису позовешь? – поинтересовалась Лена, – Я смотрю, у вас все складывается.

– Собираюсь, – кивнул Эдвард, – Только она не особо горит желанием по этому поводу, – пододвинув к столу стоявший рядом стул, присел рядом, время от времени поглядывая на дверь. Как-то там было слишком тихо, и эта затянувшаяся пауза уже начинала волновать, поскольку реакция Жени казалась даже слишком предсказуемой, и либо что-то пошло не так, либо у Электроника получилось, в чем сильно сомневался, при всем его положительном отношении к этому мальчишке. Так что, в библиотеке происходило что-то не то…

– Ты только ее не обижай, ладно? – вдруг попросила Лена, – У нее с мальчиками плохо складывается… Вот и стала такой, но только снаружи. А я ее давно знаю, и внутри Алиса совсем другая. Просто делает вид, что ей никто не нужен, но на самом деле ей очень нужно, чтобы рядом был человек, который ее полюбит, – девушка неожиданно улыбнулась, – Ты первый, у кого получилось Двачевскую приручить. Не помню, чтобы кому-то еще из мальчиков так доверяла…

– А ты ее давно знаешь? – поинтересовался Эдвард, – Расскажи, какая она вне лагеря? – он еще раз посмотрел на дверь, за которой была вся такая же гробовая тишина, – Такая же? Или же еще хуже?