Останься моей
Шрифт:
Смотрю на мужа, который как всегда упорно делает вид, что это не он развращает невинную девушку, а затем зачем-то перевожу взгляд на его пах.
Громов словно наконец-то почувствовал, что на него смотрят, отрывается от телефона и следит за моим взглядом.
Я резко увожу глаза в сторону, застигнутая врасплох.
Пятен на лице и шее становится больше.
Бровь Громова ползет наверх.
Губы дергаются в ухмылке.
Вот ведь гад!
Боженька, он опять меня совращает.
Я нервно бросаю телефон на столешницу, так ничего и не ответив мужу.
Ставлю пиццу в духовку.
Наливаю себе в стакан воды, но не успеваю выпить.
«Гелька-динамо»
Прилетает на мой телефон через несколько секунд.
В животе колотится знакомое чувство. Его эти подстегивания на меня очень странное воздействие оказывают.
Развратница!
Я ставлю стакан на стол и хватаю телефон. Слишком нервно начинаю искать сама не знаю что. Хочу какую-нибудь похожую провокационную картинку ему скинуть.
На пару секунд зависаю в поисковой строке, смущаясь набрать текст. Но потом все же решаюсь.
Телефон долю секунды прогружает картинки и…
От неожиданности слишком громко хватаю ртом воздух и покрываюсь пятнами еще сильнее, потому что это не картинки, а самые настоящие скриншоты фильмов для взрослых.
Моя рука дергается и телефон выпадает из рук экраном вверх. Я нервно хватаю его и пытаюсь избавить свой гаджет от этой порочной вкладки. На моих щеках уже можно грешников сжигать.
Больше всего я испугалась, что ЭТО могут увидеть дети. Но… Я заметила, что это увидел мой муж …
В общем от моих щек скоро останутся угли…
Громкий красивый смех оглушает комнату.
Громов ленивой походкой направляется ко мне. Он уверен в каждом своем движении и в каждом жесте.
Взгляд его черных глаз устремлен на меня, сжатые губы слегка приподняты в ухмылке.
Останавливается возле меня, сжирая своей энергетикой.
Он мой муж. Я ни раз видела его обнаженным и сама перед ним представала в таком же виде, но иногда, он меня смущает… До безумия… Я иногда словно без кожи остаюсь перед ним …
Я поднимаюсь с пола, в глаза заглядываю и смущенно верчу телефон в руках.
Его самоуверенная ухмылка действует на меня гипнотически.
Ненадолго замираю, смущенно отвожу взгляд, а затем и вовсе отворачиваюсь.
— Карамелька. — прикусывает мне ухо и страстно вжимает в свое тело. — Если захочешь так, как на этих фотках — кивает на погасший телефон. — ты только скажи.
Я нервно дергаюсь в руках мужа, давая понять, что меня этот разврат не интересует, но он лишь крепче сжимает меня в объятиях и добавляет. — И запомни: ты в миллион раз красивее этих швабр… Мне крышу от тебя сносит.
Громов целует мне щеку, отстраняется и направляется за свой рабочий стол.
Я смущенно разглядываю, как в духовке румянится пицца.
«Что может быть красивого в… Сплошная физиология…»
— П-ф-ф-ф… — протяжно выдыхаю и выпиваю воды.
Наверное, я все же буду очень грешить в этой жизни… Мой муж настоящий змей-искуситель… Иначе как объяснить то безумное желание, которое этот мужчина зародил во мне одними словами.
— Мама, а давай потитаем… — Янка неловко забирается на высокий барный стул и плюхает на стойку новую книгу «Волшебник изумрудного города». Маринка вчера подарила.
Что ж…
Неплохая сказка… Будем вытаскивать маму из похотливых мыслей…
Окидываю сидящих в комнате робким взглядом.
Кирилл продолжает конструктор собирать, Андрей погрузился в работу. Бабушка у себя в комнате и только Янкины глаза устремлены на меня.
Это прекрасно…
Меньше зрителей- легче играть.
Открываю книгу и знакомлю дочь с новым волшебным миром.
— Среди обширной канзасской степи жила девочка Элли. Ее отец фермер Джон, целый день работал в поле, мать Анна хлопотала по хозяйству. Жили они в небольшом фургоне, снятом с колёс и поставленном на землю…
Я в детстве очень любила сказки. Помню мне бабушка их всегда перед сном читала, а я ее о каждой мелочи расспрашивала… Доченька, кажется впитывает каждую букву, каждую эмоцию…
Я ненадолго прерываю повествование.
По комнате разносится аромат выпечки и желудок дочери отзывается на него голодным урчанием.
Встаю из-за стойки и проверяю пиццу.
— Готова? — голодные глазки дочери проходятся по румяному кругу.
— Готова. — киваю и улыбаюсь.
Достаю пиццу остужаться. Сажусь и продолжаю читать…
— Гингема подхватила котёл за ушки и с усилием вытащила его из пещеры. Она опустила в котёл большое помело и стала расплескивать вокруг свое варево.
Янкины глаза светятся от любопытства и интереса. Мне приятно ей читать. Вижу ее увлечение.
Делаю ужасный голос и продолжаю.
— Разразись, ураган! Лети по свету, как бешеный зверь! Рви, ломай, круши! Опрокидывай дома, поднимай на воздух! Сусака, масака, лэма, рэма, гэма!.. Буридо, фуридо, сэма, пэма, фэма!..
Слышу сначало громкое фырканье постепенно перерастающее в громовский смех. Поднимаю на мужа возмущенный взгляд.
Андрей ласково пробегается глазами по моему лицу и давит улыбку.
— С твоими ведьминскими способностями, Карамелька, такие сказки читать нельзя. Точнее заклинания из сказок. Смотри какой ураган… Наколдуешь нам сейчас путешествие к Гудвину…
Кирилл отвлекается от конструктора и с любопытством рассматривает меня.
— Ты колдовать умеешь? — удивленно.
Я невольно замираю. Он впервые мной заинтересовался…
— Ну… Да…Возможно…Мне сказали, что я кое что умею… — размыто отвечаю и глаза в книгу отпускаю.
Кир слабо кивает и вновь погружается в сборку конструктора.
— Мам, а что дасе было? — Ерзает на стуле Янка и на пиццу горячую поглядывает.
Я откашливаюсь и продолжаю читать.
А в голове мысль засела и пульсирует. Кириллу интересна магия? Слишком удивленный был его взгляд.
Недавно разразившийся ветер погонял дождь по улицам и стих. Редкие капли не спеша орошают стекло. В такую погоду хочется только одного — спать.
Комнату заполняет громкое тиликанье домофона.