Чтение онлайн

— Ты отвечаешь вопросом на вопрос.

— Интересно, от кого у меня эта раздражающая привычка?

Смех срывается с моих губ, и я качаю головой.

— Она, должно быть, умная особа, кем бы она ни была.

— Почему ты думаешь, что это она?

— Все женщины умеют уклоняться от вопросов.

— А я и не знал, — отвечает Джейкоб. — И вот ты доказываешь свою позицию. Ты не против порыбачить ранним утром?

Я киваю.

— Конечно. Я понятия не имею, что делать, но, может я научусь.

Мы идем бок о бок к месту, где у него лежит несколько одеял, коробка со снастями, термос и книга.

— Что ты читаешь? — спрашиваю я.

— Книгу о том, как стать режиссером.

— Правда? — спрашиваю я.

— Я никогда этим не занимался, и мне очень не хочется подводить детей.

Может ли он быть более милым? Я так не думаю.

— Это действительно удивительно с твоей стороны.

— Что именно?

— То, что тебе не все равно.

Джейкоб пожимает плечами и наклоняется, чтобы взять удочку.

— Вот, закидывай леску.

— У тебя только одна удочка?

— Я не планировал принимать гостей в пять утра.

Да, в этом есть смысл. Я тоже не планировала никого видеть. Слава Богу, я почистила зубы.

— Конечно. Я просто не хотела портить тебе утро.

— Бренна, твое появление здесь — полная противоположность тому, чтобы испортить мне утро.

Дыхание срывается с моих губ, и я уверена, что мои щеки стали такими же, как и волосы. Не зная, что сказать, я беру удочку и имитирую то, что, по моему мнению, я должна делать.

— Что ты делаешь? — со смехом спрашивает Джейкоб.

— Собираюсь ловить рыбу.

— Не так, как это делаешь ты.

Он подходит ко мне сзади и накрывает мою руку своей. Тепло от его прикосновения согревает меня повсюду.

— Вот, держи удочку правой рукой вот так. Проведи указательным пальцем по линии вот здесь, — он кладет ее туда, куда нужно. — Хорошо. Не отпускай ее, иначе можешь потерять леску.

Я теряю кое-что другое.

— Теперь другой рукой переверни залог.

— Что перевернуть?

Его теплая усмешка вибрирует на моей шее, а его пальцы обхватывают мое запястье, поднося его к тому месту, которое он пытается заставить меня перевернуть.

— Это и есть «залог».

Чего бы я только не отдала, чтобы кто-нибудь внес за меня залог прямо сейчас. Я плыву по ручью без весла. Его руки обхватывают меня, прижимая к груди, и это слишком хорошо.

— Если ты так говоришь, — мне удается говорить наполовину нормально.

— Так и есть. Хорошо, мы потянем удочку назад, а когда мы снова двинемся вперед, ты ослабишь леску и отпустишь ее, хорошо?

Я киваю и молюсь, чтобы мне удалось удержать удочку, леску и самообладание. Когда он делает это движение, моя спина прижимается к его груди, и мне хочется закрыть глаза и раствориться в нем. Он такой теплый, так хорошо пахнет и выглядит так невероятно красиво, что я не уверена, что смогу удержаться от того, чтобы не вцепиться в него, если он не прекратит прикасаться ко мне в ближайшее время.

Как только мы откинулись назад, Джейкоб вытягивает руки вперед, и я вижу, как крючок летит вперед в ручей.

— Я сделала это!

Когда он говорит, его голос низкий и наполнен жаром.

— Ты сделала… — я чувствую, как его губы касаются кончика моего уха, а затем переходят к шее.

— Джейкоб, — произношу я его имя и вздрагиваю.

— Хм?

— Ты целуешь мою шею.

Глубокий гул звучит как «да», и он продолжает двигаться, его губы касаются кожи, в то время как его руки прижимают меня к нему.

Он приподнимает губы.

— Скажи мне остановиться, Бренна.

Я должна. Боже, я знаю, что должна, но я просто не хочу.

— Я не могу.

Джейкоб проводит носом по моей коже, возвращаясь к уху.

— Не можешь или не хочешь?

Я откидываюсь назад, тепло разливается по моим венам.

— Это имеет значение?

— Да. Это важно.

У меня голова идет кругом, и я освобождаю свое запястье, чтобы обхватить его за шею.

— Я не хочу, чтобы ты останавливался.

Он проводит рукой по моей спине, обнимая меня, пока я обнимаю его.

— Я не мог уснуть, — признается он. — Я не мог думать ни о чем, кроме этого поцелуя…

Дышать сейчас так трудно. Я не могу думать, когда его губы касаются чувствительной кожи за моим ухом.

— Я хочу поцеловать тебя.

— Я тоже.

Он забирает удочку из моей другой руки и бросает ее на землю. Прежде чем я успеваю понять, что он делает, я разворачиваюсь и оказываюсь в его объятиях. Джейкоб выдерживает паузу. Я вижу неопределенность в его глазах. На этот раз это не будет неожиданностью или случайностью. Этот поцелуй будет целенаправленным, и я готова к нему.

— Поцелуй меня, Джейкоб.

Его руки обхватывают мои щеки, и он медленно двигается. С каждой секундой предвкушение растет. Что-то внутри меня знает, что этот поцелуй изменит меня навсегда. Мы пересекаем черту, меняем определение наших отношений, и я отказываюсь от любых притворств, что не хочу его. Я хочу его. Мои глаза закрываются, и тут же появляется давление. Это не грубый или нетерпеливый, а медленный и сладкий поцелуй. По нему видно, что он заботится не только о своих желаниях. Он наклоняет наши головы, углубляя поцелуй, и мои руки скользят вокруг его талии, а затем вверх по его спине. Я крепко прижимаюсь к нему, не желая, чтобы между нами оставалось расстояние. Его язык скользит по моему в танце, который, как мне казалось, я не смогу выучить, но Джейкоб ведет меня за собой. Того чувства вины, которое я испытывала, здесь нет. Вместо этого вокруг меня поселились принятие и покой. То, что происходит, между нами, никогда не станет чем-то большим, чем маленький отрезок времени. Мы никогда не будем любить, и у нас никогда не будет будущего, но у нас может быть сейчас. Я могу обладать им. На то время, что нам отпущено, я могу позволить себе стать той, кем захочу, а остальное выясню позже.

Он отстраняется и снова нежно целует меня.

— И это был наш первый поцелуй.

— Как там говорится? Первый — худший, второй — лучший? — поддразниваю я.

— А как насчет третьего?

Я приподнимаюсь на носочках.

— На третьем мы целуемся, как взрослые люди, которые встречаются без посторонних глаз.

— Что это значит?

Я собираю всю свою смелость и выкладываю все как на духу.

— Это значит, что я хочу большего, Джейкоб. Я хочу всего, что у нас может быть. Никаких обещаний. Никаких вопросов.