Чтение онлайн

История того, как мой старший брат и его мама оказались вместе, – полное безумие. Но это не моя история. А закончилось все тем, что у нас появились Ретт и Клара с фамилией Бирн. И это делает нас счастливее, чем мы вообще можем выразить.

Недавно Ретту сделали операцию по установке кохлеарного импланта, и теперь его процессоры включены и правильно настроены. Так что, когда мой младший брат, Мак, снова тянет:

– Мааааленький Медвеееежоооонок...– Ретт отчетливо его слышит, как божий день, и не может сдерживать смех ни на секунду. Он вскакивает и мчится к базе, бросив меня в одиночестве. Вот это было подло.

Я тоже подскакиваю и бросаюсь за этим маленьким предателем, но в этот момент из-за входной двери раздается громкий голос Роуэна:

– Медвежонок?

Ретт мгновенно тормозит, разворачивается и со всех ног несется к своему папе.

Меня снова оставили в дураках. Старший брат снова меня уделал. Ну и ладно, я ведь все равно остаюсь любимым дядей. Ретт с разбега прыгает в объятия Роуэна, и тот ловит его прямо в воздухе. Он бы никогда не дал ему упасть. Роуэн бросает взгляд на меня и Мака:

– Через полчаса в моем кабинете? Нужно кое-что обсудить.

Мы оба молча киваем и уходим, давая ему немного времени побыть с женой и сыном после целого дня в разъездах.

Мак поднимается к себе, в свою комнату для задротов… ну или в комнату безопасности, если говорить политкорректно. Он у нас главный по технике и, без шуток, настоящий гений. А так же, он мой лучший друг. Не пойми неправильно, Райан рядом со мной с начальной школы, мы с ним вместе прошли через огонь и воду. Но Мак… он мой лучший друг с самого дня своего рождения. Мне было всего три года, когда родители сунули мне на руки этого крошечного младенца, и с того момента пути назад уже не было.

Мы все очень близки и почти все делаем вместе. Но в какой-то момент, сами того не замечая, как-то разбились на пары. Близнецы, понятно, всегда были неразлучны, но потом появились «старшие» и «средние».

Рост у нас у всех разный, но в пределах от метра восемьдесят пяти – это близнецы, до почти двух метров – это я. Еще у всех нас разные оттенки зеленых глаз и каштановые волосы.

Близнецы – Флинн и Салливан, совсем недавно отпраздновали восемнадцатилетие. У них самые светлые волосы, чуть темнее, чем пепельный блонд, и самые светлые глаза, что-то среднее между голубым и зеленым.

Мои старшие братья – Роуэн и Деклан, которых мы зовем «старшими», им двадцать восемь и двадцать шесть. У обоих светло-каштановые волосы, но глаза разные: у Роуэна насыщенный зеленый, а у Деклана ближе к изумрудному.

Потом идем мы с Маком – мы «средние». Маку двадцать один, у него лохматая стрижка, в отличие от нас остальных: у нас волосы коротко подстрижены по бокам и разной длины сверху, а у него – средней длины по всей голове. Цвет – классический средне-каштановый. Его глаза точно такого же цвета, как у Роуэна, но в отличие от Роуэна, лидера нашей организации, Мак предпочитает двигаться бесшумно.

Остальные четверо – шумные, напористые, любят быть в центре внимания, особенно когда работают. А мы с Маком предпочитаем войти, сделать дело и уйти. Без шума и пыли.

Ну, думаю, теперь очередь за мной. Из всех нас у меня самые темные волосы – насыщенный шоколадный оттенок, с вкраплениями рыжевато-каштановых прядей. Глаза у меня светлее, чем у Роуэна, Мака и Деклана, но темнее, чем у Салли и Флинна. На работе я намеренно создаю образ жесткого, бесчувственного и, по слухам, даже бессердечного человека, которого боятся. А дома я самый шумный, неугомонный брат и дядя. Правда в том, что ни то ни другое не отражает, кто я есть на самом деле. Но в семье из шестерых братьев у среднего не так уж много пространства для настоящих чувств, или вообще для чувств. Особенно когда твоя единственная задача - сохранить жизнь своей семье, чего бы это ни стоило и кто бы ни пал под перекрестным огнем.

Наш отец был капитаном или, если по-простому, главой BOCG – Ирландской мафии. Только вот слово «мафия» при приличных людях лучше не произносить, так что мы просто говорим BOCG. В общем, когда русские жестоко пытали и убили его с мамой, мы все встали на их место. Ну… кроме близнецов – они тогда еще были детьми. Роуэн стал новым лидером. Деклан – его правая рука. Мак – наш технический мозг. А я – тот, кто решает проблемы силой. Я выбиваю нужные ответы. Я получаю ответы, которые нам нужны, и любой ценой обеспечиваю безопасность всех, особенно моих братьев.

Я у них, по сути, универсальный солдат. Нужно грязное дело? Звоните Кирану. Устранить угрозу для организации? Звоните Кирану. Вопрос по безопасности? Опять Киран. Нужна максимальная охрана для встречи или мероприятия? Ну вы поняли – звоните Кирану. Он сделает все, и глазом не моргнет. Вот только никто не знает, что все, что я делаю, и те тайны, которые храню, чтобы защитить их любой ценой, разрывают меня изнутри. И физически, и душевно. Но они никогда не узнают, какой груз мне приходится нести. Потому что это моя работа – быть их щитом.

Поднимаясь на третий этаж, где находится моя спальня, я достаю телефон из кармана. Открываю сообщения и вижу, что пропустил одно от Райана.

Райан: Эй, мы в деле. Сегодня в одиннадцать, в «Яме».

Киран: Принято. Заеду за тобой в десять тридцать.

Убрав телефон обратно в карман, падаю на спину на свою огромную кровать размера «калифорнийский кинг» и закрываю глаза. Честно говоря, я ведь бросил бои после того, что произошло почти три года назад. Райан и мои братья позаботились о том, чтобы я больше туда не возвращался. Но восемь месяцев назад мой человек, который заведует «Ямой», вышел на связь и сказал, что ходят разговоры – мол, я больше не приду, потому что струсил. Моя гордость не могла этого допустить. Я тут же позвонил Райану и сказал, что мы возвращаемся. Он может либо прикрывать мне спину, либо я пойду один. Он поворчал, поорал, а потом все же согласился. Мы в этом вместе. Никакого позерства. Никакой самоуверенности. Мы всегда на чеку, когда находимся там.

Братья Хиллы словно испарились после той ночи. Честно говоря, я до сих пор не знаю – они сбежали и скрываются или их уже нет в живых. Возможно и то, и другое. Но если они мертвы, то это дело рук моих братьев, в этом нет сомнений. После того нападения все висело на волоске. Несколько дней я был на грани жизни и смерти. Когда я наконец очнулся, прошли недели. За это время мне сделали несколько операций и перелили кровь. Все было действительно плохо, и мои братья мгновенно встали стеной, как только Райан им позвонил.

Я слышал, тогда было невыносимо тяжело быть медсестрой или врачом в том отделении. А еще мне рассказали, что Мак не отходил от меня все это время. Настолько, что даже сидел прямо у дверей операционной, пока меня оперировали. Именно поэтому мои братья не должны узнать, что я снова вернулся на ринг. Особенно Мак.

Это уничтожит их. А для меня бои, просто способ разложить все по полочкам в голове. Сейчас все происходит на автомате – тело само знает, что делать, а в это время разум разбирается с моими чертовыми мыслями. Раньше хватало тренировок, чтобы заглушить шум в голове и избавиться от этих картинок. Но стоило мне снова ступить в этот убитый восьмиугольник, и этого перестало хватать. Так что... вот мы и здесь.