Чтение онлайн

Ее ошалелые мысли успокоил именно голос Киры. Теперь она думала лишь об одном: скорее, скорее увидеть его лицо и убедиться, что все в порядке.

Разбив по дороге пару склянок, и ругаясь, потому что не могла быстрее увидеть его, наконец, выбралась из этого бедлама. Лицо парня было перекошено. Первым делом девушка осмотрела наемника.

Все хорошо. Пара царапин, нисколько не опасных. И только потом ее залитый страхом мозг позволил переключиться на полумертвого.

Немного покричала на парня по ходу сценария. Раскаченные нервы дают знать о себе. Кира напуган, и это хорошо. Он поймет и не подумает обижаться. Пусть знает, что его ждут.

Попытка прогнать близкого сердцу человека. Но девушка знала, что он не уйдет. Так хотелось прижать к себе и напоить чаем с тортом, который она купила, чтобы порадовать сладкоежку и поднять ему настроение.

Нужно с ним поговорить. Скоро Кира сам придет. Он всегда заходил после каждой миссии, чтобы просто поболтать.

О том, куда посылают Киру и Нико, знали все, кроме этих двоих. Эта была проверка. И доктор ненавидела начальство за то, что послали ребят на смерть. Был наложен строгий запрет на разглашение «мелочей» операции. Якобы, пусть они думают, что это обыденное задание. Но мальчики выбрались. Мало того, что они вернулись живыми, так еще и Кира был невредим. Вот только сильно помят. Но это все по одной причине. И эта причина лежала и мирно посапывала на кровати. Девушка не находила себе места, когда они ушли. А парни прошли проверку. Они выжили.

Джанет вышла из лазарета и прошла обратно в лабораторию, огибая множество коробок, сосудов и аппаратов.

Обессилено упав в кресло, она спрятала лицо в ладонях и тихо заплакала.

– Жив, – сквозь слезы шептала она снова и снова.

В моей комнате стояла мертвая тишина. Как всегда. Так непривычно и настораживающее. После нескончаемого шума и напряжения в течение нескольких суток, тишина давит. Полная изоляция от всех. Мне всегда было здесь хорошо. Одному. Здесь я мог думать. Здесь мне никто не мешал. Я мог спокойно работать, не боясь, что кто-то нагло вломиться.

Вообще каждая комната была полностью звуконепроницаема. Поэтому стучать бесполезно. Просто звонили в комнату..

Свободно вздохнув, упал на кровать, свесив ноги. Мягкий матрас был таким большим и толстым, что я тонул в нем. Простынь, одеяло и подушки слегка подпрыгнули.

– Наконец! – тихо сказал я, боясь нарушить тишину.

Так и уснул в море белья, пахнущего сочетанием роз, цветов апельсина, ландыша и еще парочкой успокаивающих цветов. У меня были проблемы со сном, и Джанет нашла способ. Так как я не любил лекарства, она предложила альтернативу с цветами. Запах был дурманящим и прекрасно успокаивал.

В голове сразу возник образ поля, с пожелтевшей высокой травой, медленно колыхавшейся под ветром. Зелень то пропускала свет, то закрывала от его жарких лучиков.

Шум сухих листьев, оторванных от родного места.

Журчанье воды, все время спешащей куда-то.

Ветер, плывущий так медленно, что быстро прогревался палящим солнцем, и уже теплый поток воздуха ласкал лицо.

Медленно открыл глаза. Картина сразу же оборвалась, унося за собой и поле, и траву, и лучи.

Ночь. Холодный лунный свет, превращавший все под своим светом в цвет металла с нотками монохромности. Я почувствовал небольшой теплый сквозняк. Легкие тюлевые белые занавески слегка колыхались.

– Заспался… – зевнул и потер глаза. Хорошо потянулся, разминая затекшие мышцы.

– Будешь так долго спать, голова начнет болеть. Соня, – послышался саркастический полушепот.

Я дернулся. Твою мать.

Нико стоял у окна и смотрел на улицу. Его обычное лицо. Чуть бесноватая улыбка. Двумя пальцами он отодвинул занавеску и осматривал улицу. Лунный свет обволакивал его, оставляя длинную тень позади. Мальчик весь в бинтах. Стоять ему было тяжеловато, и он слегка покачивался. Одна рука была согнута в локте и перевязана. Нико был в одних брюках, на низкой талии. Косточки бедер красиво торчали. Показывался легкий пресс. Перевязанная грудь.

– Что ты здесь делаешь? – прошипел я, не догоняя, как он сюда вообще попал.

– Хотел сказать тебе… спасибо, – повернулся ко мне. Впервые я увидел на его лице мягкую благодарную улыбку. Ни злорадства, ни насмешки, ни колкого льда. Лицо приняло неестественно теплые черты. Даже представить себе не мог, что у него в запасе есть такая обезоруживающая маска.

– Ты сейчас в таком состоянии. Тебе нужно лежать, – это единственное, что я смог выдавить.

– Может и так, – хмыкнул он, пожав плечами, поглаживая забинтованную руку.

– Иди и ложись обратно. И вообще, нечего тебе делать в моей комнате поздно ночью. Давно торчишь здесь? Кто тебе вообще разрешал входить? У тебя что, отсутствует элементарный инстинкт самосохранения?

Правильно. Не фиг расслабляться. Я на его очередную удочку не попаду. Если думает, что я, как последний простак, поведусь на его уловки, то сильно ошибается. Вечно у него в голове адские планы наготове. Вдруг подскочит и натянет пакет на голову, обмотав скотчем?

– Нет. Где-то с час. Может чуть меньше. Окошко надо закрывать, чтоб не пробрались, – отвечал он на поставленные вопросы – Наблюдал за тобой, пока ты спал… Знаешь, ты очень милый во сне. А на людях весь из себя такой бэд бой.

– Пошел вон, – указал на дверь.

– Уже ухожу, – снова этот странное презрительно фырканье. Как будто он видит меня насквозь, и разочаровывается, что не говорю с ним начистоту и скрываю настоящее лицо под маской грубости и безразличности. Нико уже давно увидел мою сентиментальность. Проблема в том, что парень видел слабость, просыпающуюся к нему… Надо завязывать с быстрыми связями.

Вот только вместо двери, Нико подошел и сел сверху.

Меня от такой наглости окончательно переклинило. Нет, ну это вообще нормально? Какой человек в своем уме будет такое делать?

Закрыв глаза, наклонился ко мне и слегка коснулся губами. Как капля холодной ключевой воды. Легкий, прохладный, чистый и невинный поцелуй. Просто еле коснулся губами. Кто-то очень нарывается. Ну о-о-о-очень сильно. Затем наглец отстранился всего на пару сантиметров, и провел пальцами по моим губам, смотря расслабленным полузакрытым взглядом. Улыбнувшись, снова еле коснулся.

А потом слез, остановившись только у двери и, обернувшись, хихикнул.

– Так тебе, – показал мне язык и сморщил носик.

И вышел.

Я даже не успел ничего ответить. Полная неразбериха в голове. Все мозги вылетели. Пусто. Абсолютно пусто. И только после нескольких секунд ступора, на меня накатила ярость.

«Что это только что было? А ну назад, скотина мелкая!»

Подскочил с кровати с конкретными намерениями надавать по репе этому щенку, побежал за ним. Но не тут-то было! Сделав шаг, споткнулся на ровном месте! Что называется, запутался в собственных ногах.

Бабах! Из глаз посыпались звезды.