Остаться до рассвета
Шрифт:
— Дома её нет, она сбежала утром! И поехать могла только сюда, больше некуда.
Горло Виррис перехватил спазм, она с усилием сглотнула.
— Что значит — сбежала?? Что вы ей сделали?!
— Я?! Ваша сестра взбалмошная неблагодарная др… Не заговаривайте мне зубы, милочка! Я должен убедиться в том, что вы не лжёте. Признаться, не верю ни единому вашему слову. Я требую осмотреть дом!
За спиной обескураженной хозяйки показался дворецкий, строгий и собранный.
— Что значит — требуете? Не в доме моего мужа, лорд Форриль, и не в его отсутствие. Элге здесь нет, а вот у меня к вам вопросы. Почему с подобными требованиями сюда являетесь именно вы, а не лорд Мадвик? Что произошло, что вы говорите о побеге? Почему…
— Достаточно! — рявкнул лорд Тивис. — Мне нужна жена моего сына! Я должен вернуть её домой, её выходка недопустима!
«Утром, — вдруг дошло до Виррис. — Он сказал, Элге сбежала утром. А сейчас почти вечер!»
А Тивис, гневно сверкнув глазами, стремительно шагнул ей навстречу.
— Лорд Форриль, — предупреждающе начала Виррис.
— С дороги, госпожа Зоратт, или как тебя там.
— Я не позволю вам обыскивать мой дом, как какой-то…
Её дом.
Одним взмахом руки королевский советник убрал с пути досадную помеху: силовой волной Виррис смело в сторону и, запутавшись в подоле платья, она неловко упала. Бросившегося к хозяйке дворецкого Тивис небрежным жестом отшвырнул от лестницы к стене. Поставил ногу на нижнюю ступеньку, поднял глаза — и замер.
На площадке между первым и вторым этажом стоял похожий на большую кошку зверь, которого в доме Зоратта никак не могло быть, никогда не было! Виррис тоже замерла на полу, расширившимися глазами глядя на животное, не сводившее больших тёмных глаз с круглым зрачком с лица агрессивно настроенного визитёра. Большой, крупный, излучающий угрозу, пугающий до дрожи. Длинный толстый хвост с тёмным кончиком ходил из стороны в сторону крайне раздражительно. Девушка на полмгновения скосила глаза на Берга — тот реагировал на зверя абсолютно спокойно!
Длинное, вытянутое тело, покрытое густым мехом, серебристо-белым в тёмно-серую крапинку, толстые массивные лапы. Крупная же голова, с выраженными баками, широким носом и треугольными ушами с тёмными кисточками; маленькое тёмное пятнышко на морде, между носом и угрожающе приподнятой верхней губой. Зверь являл собой образец мощи и грации, когда, бесшумно ступая по лестнице, ступенька за ступенькой, молча двинулся вниз, на застывшего истуканом лорда Тивиса, что разом утратил и голос, и боевой запал, и на лицо сделался бледен. Ещё бы не растерять, когда на тебя идёт превосходящий по силе противник, небрежно обнажив зубы и клыки.
— Отзовите зверя, госпожа Зоратт, — не поворачивая головы, негромко потребовал он.
Что?.. Вот этого??
Госпожа Зоратт находилась в предобморочном состоянии. А дворецкий почему-то наблюдал за движением кошачьего представителя породы со слегка приподнятой бровью. Одобрительно приподнятой. Виррис же не могла ни пошевелиться, ни звука издать перехваченным ужасом горлом.
— Виррис! Уберите его, ну!
В голосе лорда Форриля звучала почти истерика. Медленно, очень медленно он убрал ногу с лестницы и сделал шажок назад. Ещё один. Виррис беззвучно всхлипнула. Большой кошак текучим движением преодолел последний пролёт и поставил лапы на узорный паркет. Он стоял в шаге от замершей в страхе хозяйки дома, но на неё не смотрел — взгляд немигающих круглых глаз обращён к Форрилю-старшему. Ещё один скользящий бесшумный шаг — и от лапы зверя поползло морозное пятно, приближающееся к обуви непрошенного гостя. Тивис, сглотнув, отступил ещё. И ещё. В гнетущей тишине пятнистый зверь теснил его к выходу. Виррис попыталась подняться, но ноги отказывались держать её. От лап зверя по полу кляксами расползался лёд. Входная дверь приглашающе распахнулась. Животное самым непочтительным образом ощутимо боднуло королевского советника в грудь. Второго приглашения тому не потребовалось: пятясь, не сводя бледного лица со зверя, тот выбрался на крыльцо. Дверь захлопнулась. В окно можно было увидеть, как Тивис Форриль несётся наперегонки с ветром к оставленному у ворот экипажу.
— Б-бер-рг, — слабым голосом позвала Виррис, стуча зубами.
Кошак лениво развернулся в её сторону.
— Всё в порядке, госпожа, он не тронет вас. Это…
Виррис нырнула в спасительный обморок, и окончание фразы прошло мимо её сознания.
— … виконт Вейсдгар…
***
Виррис пришла в себя на кушетке с волнообразной спинкой: её плавный изгиб первое, на что наткнулся взгляд. Горничная суетливо протягивала госпоже стакан воды. Девушка осмотрелась: Берга не видать, а на стульчике в ногах с самым обескураженным видом притулился Арви. И неясная мысль, то и дело ныряющая в лабиринт памяти, не давала покоя, напоминала о себе: что-то произошло, что-то из ряда вон, страшное, катастрофическое, требующее немедленного решения. Виррис медленно села, с облегчением отметила порядок в собственной одежде; лунноволосый юноша спешно подался к ней всем корпусом.
— Виррис, как вы меня напугали! Как вы себя чувствуете?
Он перехватил у горничной воду, повелительным кивком отправил её прочь и сам поднёс стакан к губам Вир.
— Где Берг? Он знает, он точно знает, откуда взялась эта зверюга в доме, и как ею управлять! Понимаете, он совсем не боялся! Зубы, когти, клыки, и это ужасное рычание, а он…
— Рычания не было, — мягко улыбнулся Арви. — Ортейры не рычат.
— Да как же не было, я сама слы…Что?! Кто??
— Ортейры, — виновато вздохнул парень. — Виррис, неужели Бьордхард не рассказал и об этом? Что вам вообще известно о нашей семье?
Девушка приложила ладони к вискам, пристально всмотрелась в чистое прекрасное лицо напротив. Еле слышно застонала: частички мозаики вставали на свои места.
— Светлое Небо! Ну конечно! Вы же намекали!.. И эти подначки ваши с Бьордом..! Вот я дура!
Арви вздрогнул, заметив, как вжалась в спинку кушетки девушка, и запах страха на ней совершенно не нравился. Сладкий аромат летних ягод гораздо приятнее. Дядиным жестом, один в один, он запустил пальцы в серебристые пряди, растрепал их.
— Я не опасен, Виррис. Спонтанные обороты у меня ещё бывают, полный контроль над звериной сущностью у нас устанавливается примерно к тридцати годам, но я не агрессивен. Вам ничего не угрожало.
У большой меховой кошки глаза такого же цвета, тёмно-серые. И тёмное круглое пятнышко возле носа, похожее на родинку. Виррис сделала ещё несколько жадных глотков, слизнула капельку воды с губы. Юноша оказавшийся оборотнем, терпеливо смотрел, аккуратно вынул пустой стакан из дрожащих пальцев.
— Вы готовы были порвать лорда Форриля…
— Но не порвал же. Даже штаны на нём целыми оставил. А хотелось пустить на лоскуты — этот человек угрожал вам.
— И Берг…И…остальные тоже знают?
Арви пожал плечами. Можно ли не знать, если он жил в этом доме ещё ребёнком?
— Вам не нужно меня бояться, Виррис. Мой зверь никогда не причинит вам вреда.
Столько вопросов роилось в её голове! И страх перед хищником лишь отступил, но не рассеялся. Накрывало осознанием, как набегающими на песок волнами: одно за одним. Его чуткий слух — действительно звериный. Обоняние, которое рассказывает виконту больше, чем глаза. Получается, он и её страх ощущает..? Подумать только, столько дней с ними…с ней бок о бок живёт зверь! А Бьорд…И он часто ночует в её комнатах!..
Виррис прижала ладонь ко рту. Арви нахмурился.
— О Небо…Бьорд, он тоже…
— Дядя-полукровка, без способности к обороту. Ортейра в нём нет, — покачал головой виконт. — Ему передались некоторые способности, вроде сверхчувствительного обоняния, острого зрения и слуха, но в зверя он обращаться не может. Виррис, чего хотел этот мерзавец?
Ах, да, Тивис!
…Элге!
Виррис торопливо поднялась, покачнулась, и Арви придержал её локоть, помогая восстановить равновесие. Она вымученно улыбнулась, неловко вытаскивая локоть из его пальцев.