Чтение онлайн

– Алекс, - говорю я.

– Ты дядя Гриши, - говорит одна из близняшек. Я перевожу взгляд с одной на другую. Прямо сейчас они одеты в одинаковую школьную форму, и их прически уложены одинаково. Я ни за что не смогу отличить их друг от друга.

– Так и есть. Хорошая память!

– Это Полина, - говорит мне Дарья.
– А это Вика. Алекс ужинает с нами сегодня вечером. Я готовлю картофельную тортилью.

– Ту, что готовит дедуля?
– спрашивает Полина.

Дарья качает головой.

– Ту, которую готовила бабуля. С тем соусом, который вам так нравится.

Обе девочки приходят в восторг. Дарья запирает машину и кладет ключи в сумочку. Она оглядывается, прежде чем отойти от машины и взять детей за руки.

Мы заходим внутрь и поднимаемся по лестнице, не встречая никого, кто мог бы быть преследователем Дарьи. Тем не менее она сильно напряжена.

– Итак, это наш дом, - говорит она мне, запирая за собой дверь.
– Здесь не так уж много места, но это наш дом.
– Близняшки снимают обувь и бросают свои рюкзаки на пол.
– Идите мыть руки, - говорит она им.

Дверь открывается в маленькую гостиную, которая перетекает прямо в крошечную кухню. Моя спальня больше, чем вся эта квартира. Большую часть стен занимают рисунки карандашом и картины, все подписанные: Полина или Вика. На стене в рамке висит фотография Дарьи с девочками, а в углу за диваном сложены игрушки.

Дарья снимает туфли, и я следую ее примеру. Она достает из сумочки телефон, вешает свою сумочку и рюкзаки девочек на крючок и идет на кухню, чтобы приготовить ужин.

– Я могу помочь?
– спрашиваю я, подходя к ней сзади. Кухня крошечная, в ней почти нет места.

– Ты умеешь готовить?
– спрашивает она, ухмыляясь.

– Не очень хорошо, но я могу четко следовать инструкциям.

– Можешь, эмм, помыть помидоры и листья салата.

– С мылом?

Она бросает на меня непонимающий взгляд, и я смеюсь.

– Я шучу. Я знаю, как мыть овощи.

Ее улыбка освещает всю комнату.

Хорошо.

Девочки выходят из ванной и идут в гостиную. Они спорят о том, что смотреть, прежде чем остановиться на “Свинке Пеппе”. Грише тоже нравится этот мультик, и я посмотрел с ним несколько серий. Мне не стыдно признаться, что мне он тоже нравится.

Дарья включает музыку на своем телефоне, убавляет громкость и ставит телефон на банку с фасолью. Она танцует под Анну Асти, готовя ужин. Я помогаю, чем могу, но в основном чувствую себя скованно на этой маленькой кухне.

– Ты когда-нибудь вызывала полицию?
– тихо спрашиваю я ее.
– Будет неплохо, если этого придурка поставят на учет. Это поможет позже получить судебный запрет, если он понадобится.

– У тебя есть опыт с судебными запретами?

– Вообще-то да, - говорю я ей.
– У меня раньше были преследователи.

– Правда?
– она упирает руку в бедро, не веря мне.

– Да. Ты меня видела?

– Конечно. И без рубашки.

– И я видел тебя...
– я обрываю ее, когда она раздувает ноздри и свирепо смотрит на меня.
– Это был мой бывший клиент. Он выследил нескольких сотрудников из офиса.

– Жутковато.

– Так оно и было, и именно поэтому я думаю, что тебе следует по крайней мере написать заявление.

Она кивает и смотрит на девочек, прежде чем поставить ужин в духовку.

– Ты прав. Сейчас позвоню.

Схватив телефон, она идет в свою спальню и закрывает дверь.

Полина - или, может быть, Вика?
– встает с дивана и вытаскивает переполненную корзину с игрушками. Она вытряхивает ее и выбирает несколько Барби и аксессуаров.

– Ты хочешь поиграть со мной?
– спрашивает она меня.

– Конечно.
– Я кладу свой телефон на стол, подхожу и присоединяюсь к ней на полу.
– Как ты играешь в Барби?

– Ты заставляешь их говорить и все такое.

– Что они говорят?
– спросил я.

– Все, что ты захочешь. Обычно мы устраиваем для них вечеринки. Мама делает для нас домики из коробок, и мы их украшаем.

– У тебя хорошая мама, ты ведь знаешь это, верно?

– Да, - говорит Полина, или, может быть, Вика, так, словно это самая очевидная вещь в мире.
– Я бы хотела, чтобы у нее было больше времени играть со мной.

– Я уверен, что она это знает и очень хочет больше играть с вами.

– Она знает, - говорит мне другая близняшка.
– Я иногда слышу, как она плачет, потому что она устала и ей грустно.

– Полина, - сердится близняшка на полу, которую, как я теперь знаю, зовут Вика.
– Ты не должна рассказывать это.

Полина просто пожимает плечами и снова смотрит в телевизор. Вика опустошает еще одну корзину с игрушками, и я помогаю ей найти подходящие туфли. Она решила, что мы собираемся открыть магазин и устроить торжественное открытие.

Примерно через десять минут Дарья выходит из своей комнаты и резко останавливается.

– Тебя все-таки заманили в игру?
– спрашивает она с улыбкой.

– Меня ни во что не заманили. Это весело.
– Я положил пару крошечных розовых туфель на каблуках рядом с парой неоново-зеленых ботинок.
– Как все прошло?

– Хорошо, я думаю. Они сказали, что я могу написать заявление, - говорит она и садится рядом с нами. Она забирает пульт у Полины, которая закатывает небольшую истерику, когда телевизор выключается. Всего через минуту или две она оказывается на полу рядом с нами, и мы устраиваем настоящий обувной магазин для Барби, прежде чем сработает таймер на духовке.

Я играю с девочками, пока Дарья готовит нам еду, расставляя четыре тарелки на маленьком кухонном столе. Может быть, из-за компании, но, черт возьми, это лучший ужин, который я когда-либо ел.

– Нужна помощь в уборке?
– я спрашиваю, когда мы закончили.

– Нет, все в порядке. Но спасибо тебе. Я уберу все после того, как девочки лягут спать. Надеюсь, что заявление в полицию не займет много времени. Она смотрит на часы.
– Может быть, мы подождем, пока приедет папа, - говорит она себе.
– Я бы предпочла девочек не брать.