Чтение онлайн

Идеалистическое, диссидентское начало не вполне еще в нем угасло и продолжало поддерживать эти порывы. Поэтому еще до того, как он стал задумываться об обращении ко Христу, он нередко ловил себя на том, что его привлекает возможность стать членом небольшой группы энтузиастов.

– Как вы считаете, можно ли мне принять участие в завтрашнем собрании вашей инициативной группы? – спросил он.

– Боюсь, что нет, – ответил Брюс. – Возможно, это для вас было бы интересно, и лично я склонен полагать, что это могло бы помочь убедить вас, но на завтрашней встрече будут присутствовать только члены руководства. По правде говоря, я собираюсь пересказать им содержание нашего сегодняшнего разговора, так что для вас это было бы просто повторением того, о чем мы говорили сегодня.

– А воскресное собрание в церкви?

– Мы будем очень рады видеть вас, но я должен сказать: там будет то же самое, что бывает каждое воскресенье. Вы все это слышали от Рея Стила, а сегодня от меня. Если вы сочтете полезным услышать это еще раз, приходите, посмотрите, сколько у нас ищущих и обретших. Если их будет столько, сколько в два последних воскресенья, мы соберемся в большом зале, где есть места для гостей.

Бак поднялся и расправил плечи. Он задержал Брюса долго за полночь и стал извиняться.

– Не стоит, – ответил Брюс. – Это то, чем я занимаюсь.

– Скажите, где бы я мог приобрести Библию?

– Я дам вам ее, – ответил Брюс.

На следующий день инициативная группа взволнованно, с энтузиазмом приветствовала своего нового члена – Хлою Стил. День прошел в анализе новостей и попытках разобраться, не является ли

Николае Карпатиу Антихристом. Никто не возражал.

Брюс рассказал о Баке Уильямсе, не называя его по имени и не касаясь его отношений с Рейфордом и Хлоей. Хлоя молча плакала, когда вся группа молилась о его безопасности и его душе.

Субботу Бак провел, запершись в пустом офисе Чикагского бюро и пытаясь начать свою статью о теориях исчезновений. В его голове по-прежнему кружились мысли о Карпатиу, о том, что нужно будет написать, насколько соответствует этот человек предсказанному в библейских пророчествах. К счастью, все это можно было отложить до великого понедельника.

Во время ланча Бак позвонил Стиву Планку в отель "Плаза" в Нью-Йорке.

– Я приду в понедельник утром, – объявил он. – Но Хетти Дерхем приглашать не стану.

– Почему нет? Не можешь оказать дружескую услугу?

– Тебе?

– Нику.

– Ах, он уже – Ник! Но я не настолько близок к нему, чтобы позволить себе быть фамильярным. К тому же, я никогда не привожу женщин просто ради компании, даже к своим друзьям.

– Даже ради меня?

– Если бы я был уверен в том, что она по-настоящему тебя интересует, тогда я бы сделал это.

– И ты не хочешь сделать этого для Карпатиу?

– Нет. Можно считать, что я не получил приглашения?

– Я ничего ему не скажу.

– А как ты объяснишь ему, почему ее не будет?

– Я сам приглашу ее, ханжа.

Бак не стал говорить, что он посоветует Хетти не идти. Он спросил Стива, сможет ли он получить еще одно эксклюзивное интервью до публикации статьи, посвященной ему?

– Я посмотрю, что можно сделать. Ты не хочешь оказать маленькой услуги, но при этом рассчитываешь получить еще один шанс.

– Ты ведь говоришь, что я ему нравлюсь. Ты знаешь, что я собираюсь дать его развернутый портрет.

Ему это нужно.

– Если ты смотрел вчера телевидение, то должен понимать, что ему уже ничего от нас не нужно. Он нужен нам.

– Да? А ты знаешь, что распространяются идеи, будто с ним связан конец света, о котором говорится в Библии? Стив Планк ничего не ответил.

– Стив?

– Я слушаю.

– Ты слышишь? Некоторые думают, что он подходит под описание одного из персонажей книги Откровения. Стив опять ничего не сказал.

– Алло, Стив!

– Я слушаю тебя.

– Дружище, ты ведь пресс-секретарь. Тебе должно быть известно все. Как же ты будешь отвечать, если тебе зададут такой вопрос?

Стив по-прежнему молчал.

– Не делай так, Стив. Я ведь не говорю тебе о том, где я нахожусь, или что кто-то что-то знает, или он склонен так думать. Я работаю над статьей о том, что стоит за исчезновениями. Ты понимаешь, что эта работа приводит меня в соприкосновение с разными религиозными направлениями. Там у тебя никто не проводит таких параллелей?

Когда Стив ничего не ответил и на этот раз, Бак посмотрел на часы и решил дождаться, когда тот заговорит. После двадцати секунд громкого молчания Стив, наконец, заговорил мягким тоном.

– Бак, я отвечу тебе двумя словами. Ты слышишь?

– Слушаю.

– Стейтен Айленд.

– Ты хочешь сказать мне, что…

– Не называй имен, Бак! Никогда не знаешь, кто тебя слушает.

– Значит, ты угрожаешь мне…

– Я не угрожаю, я предупреждаю. Могу сказать, что предостерегаю.

– Стив, я хочу тебе напомнить, что я не боюсь угроз. Помнишь, данным давно, когда мы работали вместе, ты говорил, что я самая упрямая ищейка, какую ты только видел.

– Не возьми ложный след, Бак.

– Можно задать еще один вопрос, Стив?

– Только осторожно.

– Ты хочешь, чтобы мы поговорили по другому телефону?

– Нет, Бак. Я хочу, чтобы ты был не прямолинеен, а достаточно осмотрителен в своих высказываниях. Тогда я смогу отвечать тебе.

Бак быстро начал писать в своем блокноте с желтыми страничками.

– Так пойдет, – сказал он, записывая: "Кто ответственен за Эрика Миллера Карпатиу или Стонагал?"

– Вот что я хотел бы узнать от тебя. В том, что случилось на пароме, виноват тот, кто стоял за рулем, или машинист?

– Последний, – ответил Стив без колебаний. Бак обвел кружком имя "Стонагал".

– Так ты думаешь, что рулевой не знал, что сделал машинист?

– Правильно.

– Значит, если кто-то приблизится к пилоту, пилот может находиться под защитой, но даже не знать об этом?