Чтение онлайн

– Ого! Не уж то дочка моей сестрицы Просковьи?
– мы уставились на Талину в ожидании ответа.

– Она самая, - ответила блондиночка.

– Так чего вы стоите посреди улицы. Заходите в дом у нас сегодня такой знаменательный день.

– ДА! У кого-то день рождение?
– мне стало очень любопытно.

– Да нет, - хохотнула женщина, - к нам сегодня приедут сватать Алэнку. Доченьку мою родненькую. Совсем уже взрослая стала, красавица!
– она начала хлюпать носом и вытирать глаза передником.

«М-да»!

Мы зашли в дом. Там было чисто и уютно, печь белая и узорчатая. Красотища. Пахло свежей выпечкой и другими вкусностями. Стол стоял у одного из окон и две длинные лавки по бокам. Он был накрыт белоснежной скатеркой и заставлен едой. Не хватало только яблочек посередине. Которые, как раз и собирала Афдотья. На полах постелены коврики самотканые. Буфет даже имелся, в котором стояли расписные тарелки и один пузатый кувшин. Дальше были две комнаты с кроватями, комодами и шкафами. Скорее всего, одна для родителей, другая для дочки. Ничего лишнего. И кажется, что всего хватает. Я осталась довольна осмотром. Талине должно здесь понравится. Вроде и тетка хорошая. Дочка меня немного смущала... Чем? Я еще не решила.

Как только мы объяснили цель нашего визита и выслушали все "ахи" и "охи" хозяйки, тут же засобирались в дорогу... КАК на меня смотрела Талина. Блин хоть в сумку запихивай, чтоб парни не видели, и увози. Но мы ведь не в детском саду - не няньки. На кону жизнь дорогого мне человека. Ну, почти человека. Тут, всяко, ей лучше будет. Это я себя сейчас успокаиваю. Но мы ведь обязательно встретимся еще. Как только все благополучно закончится. Я на это надеюсь. Хоть и сомневаюсь очень. Слишком много нюансов.

– А вы, куда так скоро засобирались? Неужто мы такие плохие хозяева?
– обиженно спросила нас Афдотья.

– ЭЭЭ! Нет конечно, что вы! Нам у вас очень даже понравилось так уютно, да и вы очень даже гостеприимны, но нам нужно дальше в путь, - стала я оправдываться за всех троих.

– Не уж то так прям скоро? Даже на нашем празднике не побудите? Останьтесь.

Женщина взяла меня за руку и повела опять в дом, уже не спрашивая моего согласия. Я обернулась вслед на своих спутников и пожала плечами. Сделать, и уж тем более отказать, мне просто не дали возможности. А Афдотья тем временем продолжала:

– Скоро гости нагрянут. Алэнку мою смотреть станут. А там и за стол пора будет. Идемте, идемте.

Сопротивление бесполезно. Я опять посмотрела назад на своих парней, а делать то нечего. И они пошли в дом прямо за нами. Только мы опять уселись на лавку, как во дворе раздались громкие голоса. Кто-то играл на гармошке (это я так по-началу подумала). Ан-нет. Не гармошка. Похоже, было, скорее всего, на две палки и между ними натянутая кожа. Хотя принцип, как у гармони. Это я в окошко увидела. Народу там было, человек пятнадцать. Нехило так! И каждый что-то пытался говорить, слышно нам было только отдельные фразы: «...у нас жених, а у вас невеста...», «... хорош собой...не рябой...». В общем, что-то в этом духе.

Голдежь стоял такой, что я начала искать себе уголок поукромнее. Не тут-то было их все уже заняли более быстродумающие. А точнее мои парни и Талинка. Я как и хозяйская дочь стояли посреди комнаты. Тут конечно я сообразила, что мне здесь не место и быстренько шмыгнула к буфету, где и стояла в уголочке блондинка. Мы с ней притихли, как мыши под веником. Эт я вовремя успела!

Тут дверь с размаху отворилась ( и как петли выдержали). В комнату ввалилась вся эта толпа с хихиканьем и улюлюканьем. О, где мои бируши!? Все разряжены, кто во что горазд. Пестрота так и рябила в глазах. Праздник во всем его проявлении...

– И где тут наша краса-девица? Наш жених хотит женится!
– перед смущенной и красной, как маков цвет, Алэнкой выпихнули жениха...

Ну, я вам скажу... меня лично он не впечатлял. Нет, ну может, я привыкла к более правильным чертам лица, спортивной фигуре. Да-да, я поняла, зажралась! Но все же паренек был... ну даже не знаю. Хоть бы перед выходом накормили бедолагу. Его шатало от сквозняка. Худющий и высокий как рельса. Сгорбленный. Уф! Беловолосый, даже брови и ресницы были не видны. Невзрачный - это комплемент высшей категории для этого паренька! Больше мне добавить нечего... В смысле, не буду я этого делать.

И, по-моему, нашу невесту новоиспеченную, женишок тоже не порадовал. У них по обычаю суженный из других деревень сватался к девушке. И почти всегда никто из них до свадьбы друг друга не видел, но нахваливали каждый своего и свою как могли. От такого неожиданного сюрприза, деваха, в два прыжка оказалась у Альмира (просто он ближе всего к ней был).

– Не хочу его. Я за этого замуж пойду - и она прижалась всей своей объемной грудью к МОЕМУ джину....

Охренели ВСЕ!.. Я в первую очередь.

И в этой гнетущей тишине было слышно, как мимо носа этого самого горе женишка пролетала муха. Он ее проводил взглядом, впрочем, как и все собравшиеся. Приплыли!!!

Первой опомнилась Я!

– Ты это, руки бы убрала от моего парня-то?
– от переизбытка чувств, я не могла подобрать слов для этой рыжей... Один русский мат и вертелся. Но я-то приличная девушка.
– Я тебе выйду за него замуж. Разбежалась! Не твое - не тронь. Отойди я сказала, пока руки целые. А то оторву, будешь супчик, через трубочку есть.

От такого «наезда» она резко отскочила от джина. Он был в шоке, и не только от этой любвеобильной девахи. А я что?! Ни че себе! По-любому, и вы бы так отреагировали. Вон, ей какого красавца привели. ВСЕ! Совет да любовь им, вечный.

Тут и гости очухались. Что тут началось! И обвинения и даже угрозы расправы, причем именно над Альмиром. Чтоб чужих невест не уводил. Совсем офигели что-ли! Этот сыр бор продолжался еще целый час. Пока Афдотья Агреппиновна просто не встала посреди комнаты и не гаркнула во все горло. Затихли все, даже муха не рискнула выползти.

– А теперь собрались все, и вышли из моего дома. Свадьбы не будет и точка. Нечего мне тут балаган устраивать.

Спорить не рискнул никто. И все, жужжа, как притихший улей, ушли. Мы всемером так и сидели. Отец Алэнки тоже здесь оказался. Тихий такой мужичонка. Неприметный. Немного полноватый, видать жена кормит хорошо. Ухаживает за своим мужем. Одет опрятно и под стать поводу. В белую рубаху-косуху и льняные шаровары под широкий красный пояс.

Было неловко. И сказать-то нечего. Да и на рожон лезть неохота. Молчали, пока сама хозяйка опять не взяла слово: