Чтение онлайн

— И что ты надумал? — задала вопрос, чтобы напомнить мужчине о своем присутствие.

— Да я не столько надумал, сколько вспомнил. Ведь и правда у Оли была частая перемена настроения. Разгон от милой девушки до жуткой и безбашенной стервы всего несколько секунд. Да и слезы вперемежку с истеричным смехом должны были меня натолкнуть на мысли, что с Олей что-то не то. — я видела, как Костя переживал и корил себя. Мне захотелось поддержать его, поэтому я аккуратно коснулась его руки. — Я думал все время о тебе и о том, как поскорее разоблачить тестя, а то, что происходит у меня перед носом я и не замечал.

Неужели Костя решил вернуться к Ольге? Ревность во мне била ключом, колкие слова так и норовили слететь с языка, но я сдерживала себя. В том что Ольге нужна психологическая помощь я не сомневалась, но решила дождаться, что же все-таки скажет Костя дальше.

— Как ты думаешь, она не опасна для ребенка? — после паузы спросил мужчина, посмотрев на меня полными надежды глазами. Только недавно я задавала этот вопрос, а теперь мы с Ивановым поменялись местами.

— Я не психолог и не психиатр. — Костя опустил глаза, будто я разбила последнюю его надежду. — Но, думаю, если она за год не сделала малышке ничего плохого, то и не должна. — постаралась хоть на грамм вернуть мужчине надежду.

— Верно. — согласился мужчина, но взгляд так и остался потухшим. — Не сделала. Но сейчас у Оли новый виток жизни. Отца и ее исполнителя любых прихотей посадят, отца ее ребенка тоже ждет тюрьма, да и я с ней развожусь. Не будет ли это для нее новым ударом? — Костя внимательно всматривался в мое лицо, будто ища подсказки, как ему нужно поступить. Но я эту подсказку ему давать не собиралась.

— И что ты хочешь этим сказать?

Глава 23

— И что ты хочешь этим сказать?

— Не знаю. — схватился за голову мужчина.

Мне было трудно смотреть на его мучения. Костя не знал, как поступить, не знал, что мне предложить. А я не торопила. Сидела молча и ждала. Сейчас Иванову предстояло определиться, что для него важнее: любовь или ответственность.

Но как известно, терпение у женщин не самая сильная сторона, поэтому спустя примерно минут двадцать я решилась задать Косте вопрос.

— Отца Ольги посадят, кто будет дальше держать его бизнес?

— Эмм, — промычал мужчина. — Ольга.

— Или ты? — девушка четко сказала, что наследник — это ее официальный муж, то есть Костя.

— Ириш, там все так сложно. Я до конца сам не знаю. — пытался выкрутиться мужчина.

Мне не верилось, что продумывающий ходы Костя, не знает, что ждёт его дальше. Либо он ничего окончательно не решил, с кем ему быть со мной или Олей, либо он все решил, но боится меня обидеть.

— Поехали домой? — хотелось развалится на диване. Нет, машина у Кости была комфортная, но дома на диванчике всегда удобней.

— Поехали. — по мужчине было видно, что он рад, что этот неудобный для него разговор закончился.

Придя домой, я заварила нам чай, и мы провели время просто болтая ни о чем, вспоминая смешные ситуации из прошлого.

— Какие у тебя планы? — огорошил меня вопросом Костя.

— Найти работу, развестись с Мишей.

— А в твоих планах есть я?

— Это уже тебе решать. — я не хотела больше ходить вокруг да около, раз Костя сам начал этот разговор, то пусть слушает. — Я вижу ты сейчас в тупике и не знаешь, как поступить правильно. Так?

— Это не совсем так. — уклончиво ответил Костя.

— Фирма же теперь переходит к тебе? Мне Ольга все рассказала.

— Да, но это все временно. До нашего с Олей официального развода, а там пусть сама разбирается как хочет.

— Но автосервис же тоже останется Ольге при разводе. А копаться в машинах это ведь твоя мечта ещё с детства.

— Нет. Автосервис я открыл на свои деньги, пусть и заработанные нечестным путем. Тут дело в другом. — мужчина опустил глаза, подбирая слова.

— В чем? — в моей голове кружилась мысль, что Ольга ему не безразлична, что после нашего разговора про ее психическое состояние, Костя чувствует ответственность за свою жену.

— Понимаешь, я столько времени прожил с Олей…

— Не продолжай. — остановила я Костю, слушать, какие чувства он испытывает к другой, было выше моих сил.

Я встала, будто бы собираясь пойти в кухню сделать ещё нам чай, а на самом деле хотела спрятать свое разочарование и слезы.

— Послушай, пожалуйста. — взял меня за руку мужчина, оказавшись за моей спиной. — Все не так, как ты подумала.

— Не надо, — повернулась я к мужчине и обняла его за шею, правда для этого мне пришлось встать на мысочки. — Давай проведем этот день вдвоем, не думая ни о ком другом?

— Ты правда этого хочешь? — Иванов был удивлен моим порывом.

— Хочу. — прошептала в самые губы мужчине.

Костя не стал ходить вокруг да около и впился в мои губы сладостным поцелуем. Мне было тепло и спокойно в его сильных и мужественных руках. Я снова чувствовала себя маленькой девочкой, хотелось никогда больше не расставаться с Костей, слиться с ним в единое целое. Но всю нашу идиллию нарушила трель телефонного звонка мужчины.

— Ответь. — отрываться от его губ было мучительно больно, хотелось и дальше тонуть в его ласках и поцелуях, но телефон не унимался. — Ответь, вдруг что-то случилось. — моя внутренняя ехидна хотела продолжить «с Ольгой», но я смогла остановиться и взять себя в руки.

— Слушаю, — недовольным голосом рявкнул Костя в трубку. По мере услышанного лицо мужчины менялось, а меня распирало от любопытства. — Понял, скоро будем.

— Что случилось. — взволновалась я не на шутку.

— У меня две новости.

— Хорошая и плохая?

— Нет. Обе плохие. — Костя не мог скрыть волнение в глазах.

— Что-то с Олей и малышкой?

— Можно и так сказать. Оля уехала от следователя с Саньком, а когда тот довез ее до дома, то Оля хлопнула дверью у него перед носом и сказала, что не будет есть и с кем-либо общаться, пока я не приеду к ней.

— И ты поедешь? — спросила, хотя и так знала ответ, и сама бы поступила так же.

— Мы поедем. Ты же не бросишь меня? — пока я думала, что же мне ответить, Костя продолжил. — Ириш, я люблю тебя сильнее всех на свете, больше жизни, но пойми меня, пожалуйста, какой бы Оля ни была, но она мне не чужой человек, считай, как сестра. Не дуйся, малышка, — Костя взял меня за подбородок и легонько коснулся моих губ поцелуем. — С Олей ведь Варюшка. Я боюсь за девочку. И пусть это не моя родная дочь, но я люблю ее. Ты же сама указала мне на неадекватность Олиного поведения.