Чтение онлайн

– Отдыхаете значит. Ну, правильно. Не бойтесь, мы вас не будем делать бабушкой с дедушкой в ближайшие лет семь.

Странная семейка, все молча едят с каменными лицами. Морду разбили мне, ногу отдавили мне, и улыбаться тоже мне. Забыл, мне еще и беседу светскую вести. Класс! Краем глаза взглянул на Машу и сразу сам уткнулся в тарелку, о чем она думает несложно догадаться, поди только что четвертовала меня во всех красках и недочлен отрезала. Странная ситуация, я как будто в прошлое попал и вся дурь, некогда гулявшая в моем молодом и бешеном организме, снова выперла при виде старых знакомых. Не знаю, что мною движет, я просто кладу руку на Машкино колено и веду вверх. Чувствую, как она немного напрягается. Моя ногодавилка сегодня в платье и чулках, готовилась зараза такая. Как только я касаюсь края ее чулка, она поворачивается ко мне и выпучивает глаза, но молчит, видать понимает, что привлекать внимание здесь ни к чему. А потом смотрит на меня так, что готова в миг испепелить, я же просто подмигиваю ей, чем еще больше ввожу в ступор. Поглаживаю ее бедро и чуть спускаю резинку чулка. Хочется касаться ее кожи, а не капрона. Маша тут же накрывает мою руку своей, а мне почему-то по фиг, нравится выводить ее из себя. Только меня самого все это заводит не по-детски. Чуть сжимаю ее бедро и понимаю, что все. Хочу ее, вот прям сейчас, со всеми вытекающими проблемами в будущем. Просто хочу. Но тут же одергиваю себя, Краснов, мать твою, ты в гостях у цербера. Быть тебе ручным монахом еще почти две недели. Спасибо тебе, здравая моя половина, вовремя осадившая мой член. Тут же убираю руку и запиваю скопившуюся слюну соком.

– Ксюша, ты так прекрасно готовишь, теперь я знаю в кого Маша.

– Спасибо, я и сама знаю, что великолепна. Ну что, может быть десерт?
– встает из-за стола и выжидающе смотрит.

– Не откажусь, я уже полтора месяца без десерта. Очень хочется сладенького вкусить, - смотрю на раскрасневшуюся Машу.

– Зачем тебе диета? Ты же не толстый, - недоумевает Ксюша.

– К сожалению, Маше не нравится моя фигура, приходится держать себя в руках. Хотя ей не только фигура не нравится.

– Да ну его к черту, эти диеты. Гадость.

– Поддерживаю. Наедимся сегодня сладенького, да, Маш?
– поворачиваюсь к разъяренной Маше.

– Главное не есть макароны, особенно переваренные. – О как поддерживает разговор моя ногодавилка.

– Точно! Надо есть альденте, - подключается Ксюша, собственно она-то мне макаронину и придумала, но видать не понимает, о чем мы ведем речь. – Все, я за десертом.

– Я тебе помогу. Чай, кофе? Снова в нос?
– О, вот и цербер подключился.

– И понос. Шучу. Нам с Машей кофе, ни в коем случае нерастворимый, хотя что я объясняю, у вас же образцово-показательный дом по употреблению этого напитка.

– Ты слишком много говоришь.

– Замолкаю.

Как только отец семейства уходит из столовой, Маша снова со всей силы наступает мне на ногу.

– Б*ядь, я тебе ноги реально вырву!

– Только попробуй, землю будешь своим побитым носом рыть. Что это сейчас было? Сначала нога, потом этот десерт?

– Что ж непонятного, у меня силы на исходе, вот и хочется десерта.

– Обойдешься. Мы еще с тобой поговорим после того, как выпьем кофе.

– Обязательно, а теперь расслабься, Маш, я здесь пострадавшая сторона, а ты нос воротишь. Не выводи меня из себя, тебе может не понравиться.

– А вот и наш десерт. Приятного всем аппетита, Сашуня.

– А твой папа точно не будет против, что мы уединились в твоей комнате?

– Нет, он просто отведет меня к гинекологу и узнает, что ты здесь делал. А теперь садись и рассказывай.

Сажусь на кровать рядом с Машей и начинаю задирать ее платье.

– Ты совсем что ли? Я вопрос тебе задала, - в очередной раз бесится Маша, ударяя меня по руке.

– Прости. Хотел увидеть край чулок, обожаю девушек в чулках. Маш, я сказал расслабься и не выдумай того, чего нет. Я не знал кто твои родители, ясно? Сдались они мне как собаке пятая нога. Что ты еще хочешь знать?

– Что у вас было с Ксюшей?

– Да ничего у нас не было! Ничего!

– Но она сказала, что папа тебя ненавидел. За что?

– За то, что я подкатывал к его жене, что ж непонятного?

– Так ты действительно к ней приставал?

– Да. Она мне очень нравилась, скажу больше, я тогда даже думал, что в неё влюблен.

– Зачем ты мне это говоришь?

– Ты хотела правду, я тебе ее сказал. Маш, - сжимаю ее ладони. – Ну ты чего? Сто лет прошло, я о твоей Ксюше и не вспоминал. Это же прошлое. Я тогда был, ну скажем так, несколько другим и не задумывался о методах, которыми пользовался в достижении своих целей. А Ксюша твоя, так сказать, засела у меня в одном месте, потому что внимания на меня не обращала, несмотря на мои методы.

– А сейчас?

– Что?

– Сейчас ты что-нибудь к ней испытываешь?

– Да.

– Что?
– встревоженно спрашивает Маша.

– Желание надавать ей по рукам за то, что надоумила нарисовать меня голым с макарониной вместо члена.

– И все? Больше ничего? Точно?

– Точно. Не накручивай себя.

– А знаешь что, в этом есть какая-то вселенская справедливость.

– Ты о чем?

– Ты разбил нос мне, а папа тебе.

– Вообще-то ты обязана меня пожалеть, ну или сделать что-нибудь приятное.

– Например?

– Замолчать и слушать меня.

Опрокидываю Машу на спину и нависаю над ней.

– Чулочки-то зачем надела? Говорил тебе меня не провоцировать?

– Что хочу то и делаю.

– Даже так? Ну ладно.

Наклоняюсь к Маше и целую ее приоткрытые губки, которые почему-то пахнут малиной. Ну да, точно, кто-то же съел десерт в отличие от меня. Углубляю поцелуй, одновременно задирая Машино платье. Поглаживаю внутреннюю сторону бедра и как только касаюсь нижнего белья, Маша тут же меня отталкивает.

– Вообще-то родители дома, ты не забыл?!

– Ты удивишься, но твои родители ЭТО тоже делают, когда все дома, и твоя шантажистка сестра тому явное подтверждение.

– Давай больше не будем о моей семье.

– Ладно, злюка, иди провожай меня. И давай не дури.

– Постараюсь.

Как только проводила Сашу, сразу пошла в свою спальню, настроение почему-то паршивое.

– Стоять, - ну начинается.

– Пап, давай завтра поговорим.

– Разбежался, завтра уже будет поздно. Присядь.

– Я не расстанусь с ним только потому что когда-то он подкатывал к Ксюше, и я сама разберусь, когда мне с ним спать, ясно?

– Вообще-то я хотел сказать, что в понедельник мы улетаем с Ксюшей отдыхать.

– А Аня с Димой? Они же скоро приезжают.

– Вот об этом я и хотел поговорить. Мы на неделю всего. Побудешь с ними три дня? Это как раз выходные, ну и пятницу придется захватить.

– Побуду, конечно. Пап, а ты что реально не против Саши?

– Какая разница? Есть то, что есть. Не буду я вмешиваться в ваши отношения, только ты всегда была не глупой, будь добра оставайся ей и по сей день.