Чтение онлайн

– Ты у меня гораздо сильнее, чем я думал, - не зная, что и сказать, Савелий пытался поддержать ее.

Они вошли в дом.

– Савушка, очень прошу тебя, не вини себя в том, что какая-то сволочь похитила нашего сына, нет-нет, не прерывай, дай мне выговориться... С тех пор как мы с тобой расстались...
– Роза виновато вздохнула, - ну, тогда, когда я взбрыкнула...

– Имела право...

– Погоди, Савушка...
– Розочка приложила к его губам палец.
– Я не имела никакого права так себя вести. Я поступила, как взбалмошная и избалованная девчонка, словно неустойчивая лодчонка, возомнившая себя океанским лайнером, которая при первом же легком бризе пришла в себя и поняла, что совсем не океанский лайнер, а самая настоящая утлая лодочка, которой, дай Бог, самой себя-то удержать на плаву, а не то, чтобы брать на борт еще кого-то...

Савелий слушал Розочку и удивлялся: не на это ли намекал ему Майкл? Перед ним была его любимая женщина, вроде бы та же самая, но одновременно совсем другая: повзрослевшая, уверенная в себе и очень рассудительная. Какой красивый образ - сравнение придумала ее головка: океанский лайнер и утлая лодчонка.

– ...Столько лет любить человека, - продолжала Розочка, - мечтать о нем, переживать за него и вдруг, когда этот любимый человек, переступив через внутреннее сопротивление и поверив этой девчонке, до конца открывается перед ней, она вместо благодарности и понимания отталкивает его и уходит с гордо поднятой головой...

В ее голосе было столько самоуничижения, что Савелий захотел вмешаться, но Розочка вновь остановила его, снова прикоснувшись пальцем к его губам.

...- Я оттолкнула ЛЮБИМОГО человека! Человека, который столько сделал для меня, столько раз рисковал жизнью, человека, благодаря которому я сейчас такая, какая есть! В одном из самых престижнейших вузов мира учусь, не голодаю, не свожу еле-еле концы с концами, как многие мне подобные в России, живу, как говорится, в свое удовольствие. Да я просто уверена: спроси хоть тысячу человек на российских улицах о том, как я поступила с тобой, все как один скажут: "С жиру девочка бесится!"

– Милая, все уже прошло...
– вновь попытался прервать ее Савелий, и вновь она непреклонно возразила:

– Погоди, милый! С тех пор я очень многое переосмыслила. Не скрою, мне здорово помог Майкл, который не только раскрыл мне глаза на то, какая же я была дура, но и помог разобраться в самой себе, помочь отыскать путь к самой себе, а это, в свою очередь, помогло еще лучше узнать и понять тебя, Савушка. А поэтому, милый, сейчас, когда на нас свалилась эта страшная беда, прошу тебя, прости меня за то, что тебе пришлось испытать и вытерпеть от меня.
– Она опустилась перед ним на колени и прижалась губами к его руке.

– Поднимись, милая!
– Савелий был настолько растроган этим неожиданным проявлением чувств Розочки, что его голос дрогнул.
– Тебе не следует считать себя в чем-то виноватой передо мной. Взаимопонимание двух людей приходит не сразу, а с опытом общения... Поверь, любимая, ошибки были, есть и будут. Главное не в том, чтобы не допускать ошибок, что практически невозможно, а уметь признавать их и уметь исправить...

– Не только!
– возразила Розочка.
– Нужно уметь и прощать их, ведь так? Она вопросительно взглянула ему в глаза.

– Хорошо, родная, раз ты настаиваешь, то я прощаю тебя за все, что ты совершила в прошлом и настоящем, и все, что ты совершишь в будущем!

– Да ну тебя, я же серьезно!
– насупилась она.

– Так и я серьезно.
– Савелий погасил улыбку, и его ответ прозвучал вполне убедительно.

– А я тебе, Савушка, клянусь, что постараюсь больше никогда не огорчать тебя, всегда понимать тебя, и, что бы с тобой ни случилось, быть тебе опорой и любить тебя до тех пор, пока не закроются мои глаза!

– Очень надеюсь, что ты меня переживешь!

– Все равно, - она упрямо встряхнула своими рыжими волосами, - никто не сможет мне тебя заменить! И если случится, что ты меня покинешь раньше, я все равно буду тебя любить и больше никогда не выйду замуж!

– И неправильно...

– Никогда!
– твердо повторила Розочка.

– Никогда не говори "никогда"!

– Никогда!
– Она угрожающе насупилась.

– Хорошо-хорошо, сдаюсь!
– Он поднял руки кверху.

– Так-то оно лучше будет...
– вздохнула Розочка.
– А теперь пора поговорить о Савушке: у тебя есть какие-нибудь предположения, кто из твоих врагов мог это сделать? Я же знаю: врагов у тебя, как блох на бродячей собаке!

– Ну и сравненьице, - ухмыльнулся Савелий, - хотя и довольно образно отражающее суть...

– Я задала вопрос...

– Предлагаю действовать поэтапно: дождемся звонка похитителей, тем более, - Савелий взглянул на часы, - что ждать осталось совсем немного, а потом, если это не принесет результата, и будем предпринимать активные меры.

– Обещай, что ты ничего не станешь скрывать от меня!

– При одном условии...

– Каком?

– Ты не будешь делать никаких необдуманных поступков, не посоветовавшись со мной.

– Как скажешь: ты в доме главный, - сказала она, а сама, как в известном фильме, незаметно скрестила пальцы.

– Вот и хорошо. А теперь, милая, мне нужно ненадолго уединиться.

– Хочешь с Учителем пообщаться?
– спросила Розочка, и он, с удивлением взглянув на нее, ответил:

– Возможно...

Когда Розочка вышла из комнаты, Савелий через раздвижную дверь прошел к бассейну, сбросил с себя одежду и сел на лежак, скрестив ноги и положив руки на колени ладонями вверх. Прикрыв глаза, он "напитался" энергией Великого Космоса и, не желая пока обращаться за помощью к Учителю, попытался настроиться на волну Христо Гранича, чтобы с его помощью попытаться выяснить, угрожает ли сыну опасность. Однако Христо Гранич не отозвался. То ли был занят чем-то уж совсем серьезным, то ли находился в экранированном пространстве. Оставалось попытаться войти в ауру сына.

Савелий отлично понимал, что ребенок вряд ли мог точно определить место своего заточения, а поэтому и не стремился это выяснить. Сейчас для него было важно узнать: находится ли сын в опасности, грозит ли ему беда. Понимал Савелий и трудность задуманного: он мог рассчитывать только на свою энергию, хотя и подпитанную Великим Космосом. Пот струился по лицу и спине, когда Савелий ощутил наконец, что прикоснулся к ауре своего сына.

Он облегченно вздохнул, благодарно поднял ладони вверх, потом соединил их, встряхнул, снимая напряжение, и открыл глаза. Теперь он понял, почему не ощутил тревоги Великого Космоса, почему не вышел на связь Христо Гранич: они просто не ощущали опасности. Зачем тратить энергию, когда ни Савелию, ни его близким ничто не угрожает? Успокоившись, Савелий взглянул на часы: через пятнадцать минут должен позвонить похититель.

Даже не попробовав температуру воды в бассейне, он нырнул в воду. Бассейном давно никто не пользовался: было не до этого, а потому вода была довольно холодной. Но Савелий не ощутил холода, и тело лишь приятно покалывало сотнями иголок. Проплыв весь бассейн под водой, Савелий вылез, тщательно растерся, оделся и вошел в комнату, где уже были сотрудники Майкла, нетерпеливо ожидавшие звонка.

За пять минут до срока приехал и сам Майкл Джеймс в сопровождении двух офицеров, вооруженных автоматами. В руках генерала была огромная спортивная сумка. Перехватив недоуменный взгляд Савелия, он пояснил: