Чтение онлайн

Бедная толстушка завизжала так пронзительно, что заглушила смех подруг. А Саша, схватившись за живот, повалился на пол, дрыгал ногами и, охая, вскрикивал:

–  Ой, страшно-то как! Ой, страшно!..

–  И нисколько не смешно, - сурово сказала Аня, хмуря тонкие тёмные брови.

Саша вдруг замолк, сел и, уставившись на Аню, спросил тихо и совершенно серьёзно:

–  А хочешь, я тебя напугаю?

Аня презрительно повела плечом:

–  И ничуть не напугаешь!

–  Ничуть?!

–  Нисколечко!
– Аня поджала губы.

Саша повернулся к Юре:

–  Удивительно! Да?

–  Ой, Аня, лучше не надо, - сказала Соня.

Маша высунула свой носик вперёд:

–  Почему не надо? Очень интересно. Давай, Саша, напугай.

–  Хорошо, - угрожающе сказал Саша, - я сейчас, - и медленно встал.

Но в этот момент все услышали приглушённый шумом дождя крик:

–  Кли-имо-ов!..
– А потом: - Позде-ев!..

Это, забравшись на перила веранды соседней дачи, хором кричали Петя и Ваня - неразлучные друзья-приятели из первого отряда.

–  Ого-го-го!
– откликнулся Саша и подскочил к ступеням.

Один из приятелей - Петя - сложил над головой руки крестом и помахал ими. Саша ответил тем же. Тогда Петя принялся быстро размахивать руками. Сначала он вытянул левую руку в сторону и вверх, а правую опустил вниз, потом - правую в сторону и левую туда же, только вниз; затем левая рука пошла влево вниз, а правая опустилась, и, наконец, левая была поднята вверх, а правая вытянулась вправо на уровне плеча.

–  Так ведь до-о-ждь!
– закричал Юра.

Тогда второй из приятелей - Ваня - в точности повторил те же знаки, давая понять, что они обязательны, независимо ни от чего - дождь ли, жара или ещё что.

–  Ну и как?
– спросил Саша, посмотрев на Юру.
– Опять в рогожу полезем?

–  Придётся.
– И Юра направился к мешкам.

Саша, прежде чем напялить на себя рогожу, сказал девочкам:

–  Вот вы семафорную азбуку ещё не изучили, а мы изучили. Это нам, знаете, что передали?
– Он подмигнул Юре.
– «Тайное совещание по срочному вопросу». Ясненько? Так что - до свидания!

–  Ну и врёшь, - сказала Аня.
– Это вам передали слово «сбор».

Саша удивлённо взглянул на неё, сказал: «Ух ты», хотел ещё добавить что-то, но махнул рукой, накинул на спину мешок и, подпрыгнув, помчался вслед за товарищем.

–  Только почему сбор, когда скоро обед?
– задумчиво сказала Аня.

Она сказала это тихо, про себя, но Маша услышала и моментально подхватила мысль:

–  Может, и верно, у них что-нибудь секретное, а? Давай, Аня, я сбегаю в разведку. Я тихо-онечко.

–  Тоже выкупаться захотела? Сиди уж.

–  Ну и только.-Маша обиженно шмыгнула носом.
– Я же для всего отряда хотела. Может, какая-нибудь тайна… И не надо, не пойду!

–  Конечно, не пойдёшь.

–  Почему это «конечно»?

Этот разговор мог затянуться надолго, но тут на ступеньках веранды мелькнуло что-то красное, все оглянулись и увидели Асю Васильевну.

Ася Васильевна - старшая пионервожатая лагеря. Её полное имя - Анастасия Васильевна. Но так её никто не зовёт. Все зовут: Ася Васильевна. Три года назад, окончив Новоуральское педагогическое училище, она пришла в школу. Малыши-первоклассники, затрудняясь в произношении длинного слова «Анастасия», переделали его в короткое простое «Ася». С тех пор все и всюду - в учительской, в классах, на родительских собраниях, в райкоме комсомола - молодую учительницу зовут так. И имя это очень ей подходит.

Ася Васильевна вбежала на веранду, скинула с себя красную дождевую накидку, легко подхватила её и сильно тряхнула, сбивая с накидки воду.

–  Почему у вас такой беспорядок - дождь?

Вожатая спросила это строго, нахмурившись, но все кругом заулыбались и наперебой стали звать:

–  Ася Васильевна, идите к нам на скамейку!

–  К нам, Ася Васильевна!

–  К нам!

Её окружили, и она, невысокая, стройная, тонкая, почти как девочка, кивала всем, потом вскинула кудрявую каштановую голову и сказала лукаво:

–  А всё же вы не очень гостеприимны!

–  Почему, Ася Васильевна? Что вы!

–  А вон как быстро побежали от вас гости из первого отряда. Наверное, вы их плохо приняли.

–  Ой, Ася Васильевна, нет! Совсем наоборот…

–  У них, Ася Васильевна, сбор. Вот они и побежали.

–  Сбор?
– Вожатая склонила голову и задумалась, подобно Ане. Потом решительно тряхнула кудряшками.
– Вот это я понимаю! Значит, они не хотят, чтобы время пропадало зря. А вы хотите? Ведь хотите? Нет? Если нет, тогда бы вы занялись чем-нибудь полезным. Например, подготовкой к выставке рукоделия. Самая подходящая погода… Договорились? И я с вами займусь.

И тут все вспомнили, что у них же масса дел, и, конечно, нет никакого смысла пережидать этот скучнющий дождь. Кто знает, сколько ещё времени небо будет его сыпать? Все подумали так и занялись своими делами.

Дела у девочек всегда могут найтись. Это ведь не то что мальчишки. У мальчика, скажем, носок порвался - ему хоть бы что! Пусть рвётся дальше. А девочка не даст дырке разрастись - моментально заштопает. Или причёска. Мальчишка, если не острижен, - пятернёй или гребешком р-раз, и причёска готова. Попробовал бы косы вырастить - узнал бы, что такое туалет! А платочки, а салфеточки, а букеты на тумбочках! Да, кроме того, ещё все те же самые дела, что и у мальчиков, - и стенгазету выпустить, и книгу почитать, и к занятиям в кружке подготовиться… Ох, много, очень много у девочек дел!

Все занялись делами, и никто не заметил, как исчезла Маша Сизова.

Её хватились, когда прошёл дождь и дежурный горнист протрубил сигнал на обед. Весь отряд построился, а Маши нет.

Она примчалась уже в столовую - мокрая, запыхавшаяся, возбуждённая и, не успев ещё сесть за стол, затараторила:

–  А я что говорила! А ещё Аня не пускала. Вот! А у них, в самом деле, тайна. Только я не всё успела подслушать. Они в Антарктиду собираются. Своим звеном. И Данко - капитаном. Сначала они переберутся на мыс Медвежий, там поживут, а потом - в Антарктиду. А Аня говорила: не ходи!

Весь обед второй отряд шушукался. Он шушукался и в «мёртвый час», но всё же выяснить истину не удалось. Маша подслушала не всё, о чём шла речь на сборе звена, и поняла лишь то, что ребята собираются организовать экспедицию… в Антарктиду.

Конечно, Данко смелый пионер и большой выдумщик. Но Антарктида… Ведь до неё - десятки тысяч километров! Совершенно ясно, что Маша всё перепутала.

Так решил второй отряд, и, хотя Маша обиженно фыркала и всячески клялась, что нисколечко и ничего она не перепутала, это решение оставалось непреклонным. Но - лишь до вечера.