Чтение онлайн

– Я еще до дома-то не дошел, – хмыкнул он. – И вообще – запутался я со всеми этими вашими жреческими кознями.

– Для тебя так важно знать, хотел ли Кимр остановить катаклизм для всех наших миров, или только для Агваллара? – в ее голосе послышалась насмешка. – Или ты тоже будешь выбирать, когда соберешь все камни защитники – кого спасать, а кто спасения не заслужил?

– Я пока не знаю, – честно признался он. – Не готов ответить.

– Хорошо. Я попробую разговорить Риварда, главу клана Следящих. Он, в отличие от многих наших, не параноик, – сказала она, и Тэйн ощутил идущую от нее волну сочувствия.

– А можешь ты разговорить его на тему шиаллаха? – поинтересовался он. – Как уничтожить шайолу?

– Попробую. Кстати, мне придется сказать, что ты плывешь в Риаллар подземным путем. Я скажу, что ты идешь за четвертым камнем, который сейчас находится в Эргалоне. Пообещай мне, что никому из обычных илларов ты не расскажешь ни обо мне, ни о своих приключениях в Ард Элларе и Лахлайде. Обычным людям – можно, только пусть тоже при илларах не болтают.

– Обещаю, – сказал Тэйн.

– И еще – клинок отчуждения в Эргалоне взял кто-то еще.

– Откуда ты знаешь?

–Его Следящий умер, – пояснила она печально. – Это был мой дядя. Мой единомышленник и единственный друг. Он очень уважал своих ведомых, а этого – в особенности. И не торопился докладывать наверх о его поступках.

– Прости, – теперь Тэйн поделился с ней сочувствием, – но мы не знаем ничего о клинках отчуждения. И о Следящих тоже.

Она кивнула, а Ройг остро ощутил ее горе.

– Все, давай спать. Тебе надо отдохнуть, а мне – подумать, – приказала она, и Ройг почувствовал, как одна за другой рвутся нити паутинки.

– Подожди, – закричал он во всю ментальную мощь. Ее нежное лицо исказилось от боли. – Скажи хоть, как тебя зовут!

– Данира. Данира Зар Айне Син Чир, если уж полностью. Зар – значит благородный, Айне – имя рода, Син – ветви, Чир – семьи. Положено еще добавлять – из Клана Следящих Зар Алы. Ну что, запомнил?

– Кошмар, – рассмеялся Тэйн. – У нас даже у королей имена короче.

(Сезон Пробуждения. Риаллар, Эргалон)

Ее разбудило не солнце, расплавленным золотом врывавшееся в ее крохотную каморку каждое утро, а жуткий гул и грохот ударов камня о камень. Опрометью Лейт кинулась к окошку и увидела летящие на крепостные стены громадные камни. В свете первых неярких лучей дневного солнца зрелище казалось фантастическим и жутким: камни падали на стены и разбивались о невидимые преграды заклятий. Темные знаки магического языка, разросшиеся в размерах, объемные и зловещие, вспыхивали ярким светом, испепеляя их, а в некоторых местах отбрасывая обратно, словно детские мячики.

Лейт открыла окно и высунулась наружу. Из ее маленькой каморки на втором этаже скальной части Риан Ал Джара был хорошо виден дворец, хозяйственный двор, часть сада, Восточная башня и кусок стены. Во дворе суетились перепуганные слуги, к порталам Восточной башни бежали хильды.

Кое-как одевшись, она бросилась на кухню, где уже собрались почти все, кто остался в замке на ночь.

– Аш-чи пришел, – торжественно объявил чейн. – Все, у кого есть родственники в городе, уходите через лаз в погребах. Остальным держаться подальше от дворца и от стен. Старайтесь не выходить из скальной части замка.

Лейт поискала глазами Тиора. Того не было. Отлично…

Вчера, в праздник Рождения Илбара, они с Тиором вывели девочку из замка. Старой няньке Лейт подсыпала снотворного в вечернее питье, а молодая охранница отправилась гулять с симпатичным и отнюдь не бедным эргалонцем, предупредив чьянши, что вернется только утром. Когда стемнело, а нянька заснула, Лейт переодела девочку в одежду Тиора и вывела через погреба, где с той стороны лаза ее ждал мальчишка. Ей тоже можно было уходить, свое дело она сделала, но обещание, данное Кианейт, держало ее крепче страха.

Не дожидаясь указаний чьянши, она отправилась в замок через крытую галерею. Гул от ударов о защитные заклятия становился все сильнее, Лейт чувствовала, как сотрясаются стены от невиданной доселе магии. В какой-то момент ей подумалось, что замок не выдержит осады именно из-за мощи этих заклятий, что именно они, а не камни и стрелы, разрушат его такие прочные на вид стены.

Кианейт нашлась на самой высокой башне дворца, на смотровой площадке под самым куполом. Оттуда открывался отличный вид на окрестности Риан Ал Джара и на лежащий у его подножия Эргалон. Дорога к замку была перегорожена вооруженным отрядом. Вдоль крепостных стен, но на значительном удалении от них тоже расположилось войско, хорошо укрытое щитами и осадными укреплениями, за которыми размещались катапульты и требуши. По ближайшим к замку улочкам Эргалона к ним подтягивались все новые и новые боевые отряды. Катапутьты стреляли одна за другой, но камни, летевшие прицельно в стены замка, по-прежнему разбивались о магическую защиту.

– Это ненадолго, – сказала Кианейт, завидев девушку. Она выглядела холодной и спокойной, словно происходящее ее не касалось. – Холгойн не дурак, сейчас прекратит, только проверит, как именно срабатывает защита.

Действительно, вскоре град камней уменьшился, а вскоре и вовсе иссяк.

– Пойдем, – предложила островитянка, – туда, поближе. Меня пустят, вот увидишь. С башен хороший обзор, если стоять на верхней площадке. Не бойся, замок очень хорошо защищен. Холгойну просто так его не взять, только длительной осадой. Отец договорился с хильдским князем – пока войско осаждает замок, сюда придут дружины северян. Главное, чтобы там, в Арберте, не погасли нужные Двери, – закончила она шепотом и потащила Лейт за собой, в сторону внутренних башенных ворот.

Дальнейшие события слились для Лейт в сплошной поток хаоса, из которого она потом помнила лишь отдельные моменты. Кианейт сумела проскользнуть на верхнюю площадку Солнечной башни, где расположились хильдские лучники и один агвалларский жрец. На нее неодобрительно покосились, но прогнать не осмелились, и Лейт получила возможность видеть, что происходит внизу.

Позже из рассказов самого Джерхейна она узнала, каким образом ему удалось так неожиданно появиться в городе. Островитяне, привыкшие перемещаться по миру только через стационарные хэльды – Столбы, Двери и Ворота – совершенно упустили из виду пешие переходы. Вокруг Дарнейта имелось несколько Дверей местного значения, и Джерхейн воспользовался одним из таких путей – он перебросил часть дружины в Ромберк, городок на северо-западе Риаллара, по ту сторону Поднебесных гор, и часть – в Берт, еще один северный риалларский городок. В трех днях пешего пути от них лежала очень старая и неудобно расположенная галерея хэльдов, где, кроме прочих, находилась Дверь в Шанней – еще один небольшой городок, находящийся в полудне пути к югу от Эргалона. Шаннейская Дверь располагалась в галерее крохотного святилища, много лет ею никто не пользовался, поскольку и святилище, и галерея лежали в стороне от современных торговых путей. Там дружина и собралась, и в дальнейшем передвигалась только по земле.

Катапульты и требуши построили здесь, в Эргалоне, под тайным руководством Даллана, объединившим для этой цели мастеровых разных карн. Отряды просачивались в Эргалон постепенно, кто-то – под видом смены из срединного илломайнского кольца, кто-то – переодевшись торговцем, спешащим на праздничную ярмарку, кто-то – пользуясь многочисленными лазами под стенами города, кто-то – с толпой веселящихся и гуляющих эргалонцев. Именно так в город попал и сам Джерхейн – долго потом эргалонцы вспоминали огромного розового поросенка, украшенного цветочками, в сопровождении подвыпившей компании переодетых в прочую домашнюю скотину спутников, веселивших народ на площади.