Чтение онлайн

– Добрый вечер, Потапыч, Орлов беспокоит. Ты всегда все знаешь, – припомни, пожалуйста, кто из ваших имеет «BMW»? Ну, про Вардина я сам знаю, а еще кто? Поречинцев? Он Евгений Федорович? А живет на Советской, в милицейском доме? Второй подъезд, третий этаж направо? Сегодня не дежурит? Спасибо, должен буду!

Положив трубку, Илья обратился ко мне:

– Вот так, Танюша, имеешь шанс: мужчина вот уже год как вдовец. Дерзай! Через час прийти на выручку?

Я заверила Илью, что в этот раз справлюсь сама, утащила у Логинова один шампур чуть-чуть недожаренного шашлыка (блины, которыми меня кормили утром в деревне, давно уже переварились, а в милиции почему-то покормить меня никто не догадался), попрощалась с хозяйкой и Хрусталевой, помахала всем остальным, сообщила имениннику, что подарок за мной, и поехала на Советскую.

Эту улицу в Воленске я знала, и нужный мне дом нашла быстро. Он оказался двухэтажным, с тремя подъездами. Возле нужного мне второго тусовалась молодежь. На мой вопрос ребята охотно ответили, что Евгений Федорович Поречинцев действительно живет здесь, но сейчас его нет – он недавно уехал на своем зеленом «BMW», а раз уехал на ночь глядя, значит, может дома не ночевать.

Поблагодарив молодых людей за информацию, я села в машину и решила спросить у судьбы, в каком направлении мне двигаться дальше.

Выпали цифры 26+11+14, что значит «Вам придется иметь дело с неприятными людьми». Ну что ж, это вполне предсказуемо. Я все ближе и ближе подбираюсь к похитителям Алика (а в том, что его похитили, я уже не сомневаюсь!), люди, занимающиеся подобным, приятными не бывают. Итак, будем искать неприятных людей, а для этого пообщаемся с приятными.

Приехав к Логоновым, я потребовала вспомнить поименно всех, кто знал о беременности Натки. Юля поклялась, что ни с кем не обсуждала эту новость. Земскова тоже не успела никому рассказать о своем интересном положении.

«Откуда же похитители могли узнать об ожидаемом прибавлении семейства?» – сформулировала я вопрос и еще раз обратилась к магическим двенадцатигранникам, которые ответили: 4+20+25 – «В принципе нет ничего невозможного для человека с интеллектом».

Кто бы спорил! Вот только мне от констатации подобной истины ни тепло и ни холодно. Мне бы конкретную подсказку. Но, по-видимому, кости считают, что у меня достаточно собственного интеллекта, чтобы определить, откуда исходила информация.

Придется оставить в покое мистику.

– Первый раз тебе стало плохо в офисе Алика? Или приступы тошноты были и раньше? – спросила я Натку.

– Нет, раньше я чувствовала себя неплохо, подташнивало лишь слегка. А вот так, на людях, это было действительно впервые.

– Но насколько я вспоминаю ту сцену, однозначно понять, почему ты выскочила из кабинета, было нельзя. Я сама догадалась только после того, как ты попросила не курить, сказав, что тебя тошнит. Перов вряд ли мог понять, в чем дело.

– А я не верю Перову, он мог хотеть стать первым на фирме и приложить руку к похищению Алика! – Натка по-прежнему подозревала всех.

– Не спеши. Я бы не стала так оценивать заместителя твоего мужа. Лучше давай вспомним теперь, что случилось в Воленске. До моего приезда вы где-нибудь были?

– Нет, Натка приехала за несколько часов до тебя, – ответила Юля, – я положила ее отдохнуть, а после твоего звонка мы сразу поехали к дому Соловьевой, только за Ириной Фадеевой заехали.

– Потом зашли к Хрусталевым, – продолжила я, – там-то Натке опять стало плохо.

– А зачем тебе вообще нужно это выяснять? Как состояние моего здоровья связано с пропажей Алика? – поинтересовалась Натка.

– Да есть некоторые мысли... Юленька, а как насчет кофе? – увильнула я от ответа, не рассказывать же об угрозах!

Дамы ушли на кухню, а я решила все-таки позвонить Кирьянову.

– Слушаю тебя, неугомонная моя! – по-видимому, подполковник не рассердился на то, что я беспокою его в выходной.

– Киря, а что собой представляет Хрусталев?

– Если он интересует тебя как мужчина, брось, это дохлое дело – он давно и безнадежно женат! – видно, мой старый друг в хорошем расположении духа.

– Тебе бы все шутить, а тут в Воленске люди пропадают!

– И ты считаешь, что этому помогает начальник милиции?

– Киря, ну давай поговорим серьезно, мне не до шуток! – возмутилась я.

– Да нормальный он мужик, надежный, я бы с ним в разведку пошел, если ты, конечно, откажешься.

– А кроме Вардина, ты еще кому-нибудь обо мне звонил? – Я решила не обращать внимания на игривое состояние собеседника.

– Ну да, Хрусталеву и звонил, но он сказал, что с тобой уже познакомился и ты произвела на него неплохое впечатление.

– Очень рада. Ну, пока, до связи!

– Если ты так говоришь, значит, что-то назревает?

– Люди пропадают, Кирьянов, и вокруг этих пропавших крутятся двое в милицейской форме. Понимаешь теперь, почему я спрашиваю тебя о надежности Хрусталева?

– Хрусталева прислали именно для того, чтобы почистить РОВД.

– И многих он уволил?

– Я же не отдел кадров!

– Ладно, пока. Попробую спросить его самого.

Следующий мой звонок был Орлову, но Илья не ответил. Тогда я пошла на кухню и попросила Юлю позвонить мужу. Логонов трубку взял и на мой вопрос сказал, что Хрусталев на шашлыки приехал и дегустация в самом разгаре.

Девчата уже накрыли стол, но я от кофе отказалась и решила вернуться к Орловым.

По дороге я заехала в универсам и купила имениннику большой конструктор.

Мое возвращение было воспринято радушно. Мелкие сразу вцепились в конструктор, а взрослые попытались вовлечь меня в грех чревоугодничества. Штрафную я пить не стала, а вот в шашлык вгрызлась с удовольствием, хотя по-настоящему грызть его не пришлось – мясо, что называется, таяло во рту.

Хрусталев сидел напротив меня, и мой внимательный взгляд уловил сразу. Когда я показала ему пачку сигарет, кивнул и поднялся из-за стола.

Накинув куртки, мы вышли на веранду. О погоде я говорить не стала и сразу приступила к делу:

– Вячеслав Витальевич, вы с кем-нибудь сегодня говорили о пропаже Мыльникова?

– Да, я спрашивал Вардина, что нами сделано по розыску, и попросил дать мне статистику по пропажам людей в районе.

– А почему Вардина?

– Это его работа.

– Он организовывает пропажу людей? – конечно, язык мой – враг мой, но Хрусталев рассмеялся, адекватно отреагировав на шутку, а потом серьезно сказал: