Чтение онлайн

В кабинете Перова ее прорвало:

– Выкладывай, что там! Если это то, что я думаю, я его убью!

– Наталья Владимировна, не спешите с выводами. – Перов был серьезен. – Если бы Александр Геннадьевич захотел «отдохнуть», он бы меня предупредил и снял машину с постоянной охраны.

– Это что, это у вас часто практикуется? – Натка даже задохнулась от возмущения.

– Нет, но это же естественно.

Владимир Сергеевич разложил на большом столе, вокруг которого мы собрались, только что распечатанные карты и графики.

– Давайте посмотрим. Так. В шестнадцать сорок четыре машина остановилась на улице Пионерской.

– Это у Логоновых, – вставила Натка.

– Да, – подтвердил Перов. – В семнадцать ноль пять он позвонил на номер 927.....0707. Звонок продолжался... Ого, двадцать пять минут! Да это же ваш номер, – Владимир Сергеевич посмотрел на Натку.

– Ну да, Алик мне позвонил, что доехал нормально, и передал трубку Юльке. Естественно, мы поболтали немножко.

– Так, машина стояла на месте до восемнадцати сорока шести, – продолжал разбираться зам. – Но за это время у него было еще несколько входящих и один исходящий. Исходящий – это мне. Он отзвонился, сказал, что доехал нормально, что через пару часов поедут на пруд, там связь плохая, и, если что, звонить Юле. Она найдет способ связаться.

В 17.37 на его сотовый поступил звонок с номера 986...00011. Разговаривали две минуты, потом через полчаса звонок с этого номера повторился. Разговор продолжался сорок секунд.

А через десять минут машина отъехала от Логоновых.

– Кто ему звонил? – Натка продолжала краснеть.

Перов снял трубку:

– Денис, пробей номер 986...00011. Мы ждем.

– Может быть, пока кофе попьем? – предложил Перов, вызывая секретаршу.

– Мне минералку, – покачала головой Натка.

– А я выпью, только если не растворимый, – предупредила я.

Секретарша обиженно поджала губы и буквально через три минуты принесла две чашки приятно пахнущего натурального кофе и стакан, в который тут же налила минеральной воды из стеклянной бутылки.

Перов продолжал шуршать принесенными графиками.

– Так, что у нас дальше? – задал он сам себе вопрос. – В девятнадцать восемнадцать машина остановилась в центре города у магазина «Воленск». Через шестнадцать минут Александр Геннадьевич поехал на северо-запад и через двадцать две минуты был на улице Молодежной. Через двадцать семь минут сигнал переведен в экономный режим и до сих пор подается с той же точки.

В кабинет заглянул Денис и протянул Перову лист бумаги.

Тот прочитал. Задумался. Молодец – мимикой хорошо владеет! Ни нос не почесал, ни лоб не потер. Но чувствовалось, что решить, что же делать, он не может.

Натка резким движением вырвала лист бумаги из рук Перова.

– 986...00011 – Соловьева Марина Аркадьевна, – прочитала она вслух. Рука ее безжизненно опустилась, Натка побледнела, потом закрыла рот рукой, как будто ее затошнило, медленно встала и вышла.

Владимир Сергеевич все-таки не удержался и высказался:

– Вот дурной, не мог предупредить!

– Любовь нечаянно нагрянет, – не удержалась я, чтобы не съехидничать. Тоже встала и пошла вслед за Наткой.

– Где она? – спросила я секретаршу.

Та показала на среднюю дверь, ведущую, как выяснилось, в коридор. Там тоже было несколько дверей. Осмотревшись, я потянула самую последнюю, оказавшуюся, как я и предположила, туалетной. Натка стояла, склонившись над раковиной. Я заперла на задвижку входную дверь.

Ну, надо же так расстраиваться! Вот тебе и железная бизнес-леди...

– Фу, как тут накурено, меня от дыма тошнит, – пожаловалась Натка.

– И давно? – спросила я.

– С неделю.

– Алик знает?

– Это было не так сильно, я не придавала значения. – Голос одноклассницы задрожал. Сейчас расплачется...

– То есть ты сама не знаешь, почему тебя тошнит?

– Вчера вечером я проверилась. Тест положительный.

– Поздравляю.

Мы помолчали.

– Ну, что? Берем себя в руки! – Я погладила Натку по плечу. – Теперь тебе есть ради кого жить.

Натка оглянулась вокруг в поисках сумочки.

– Оставила в кабинете Перова? – спросила я. – Подожди, сейчас принесу.

Забирая Наткин баул (мне совсем не по нутру современная мода на громадные сумки: даже разукрашенные многочисленными «молниями» и кармашками, они все равно напоминают хозяйственные сумки наших бабушек), я, между прочим, спросила у Владимира Сергеевича:

– А что значит «режим 30—60—120»?

– При отключении от постоянного питания датчик сигнализации переходит на автономное и ради экономии передает сигнал не постоянно, а выходит в эфир первые три часа – через тридцать минут, потом через шестьдесят, а затем через сто двадцать.

«Значит, все-таки позаботился о секретности», – решила я.

– Спасибо за содействие, – с этими словами я вышла из кабинета мыльниковского зама, которому теперь придется решать проблему, как выкрутиться из ситуации, когда он сдал своего шефа жене.

Натка уже не плакала, но выглядела очень подавленной. Она достала из сумочки пудреницу и больше для проформы провела по лицу пуховкой.

– Ты проводишь меня домой?

– Конечно, тебе за руль сейчас садиться не надо.

Собравшись с силами, Натка попробовала вернуть себе свою решительную походку. Я отправилась следом, прихватив с раковины скомканный полунамокший кусочек бумаги. Пока мы шли по коридору, я его расправила и рассмотрела. Это был, как я и предполагала, телефонный номер предполагаемой пассии Мыльникова.

Кивнув на прощание секретарше и даже не заглянув к Перову, мы прошествовали к выходу.

В пробках постояли немного и минут через сорок уже входили в квартиру Натки.

Виктор доложил, что звонила из Воленска Юля, спрашивала, нет ли новостей у нас – у них самих ничего не прояснилось.

– Ты пообедал? – поинтересовалась у брата Натка.

– Я чай пил с бутербродами, – ответил тот.

– Пойди поешь щей и можешь быть свободен, – сказала Земскова.

– Как, – удивился Виктор, – а Алик?

– Козел твой Алик! – опять начала заводиться одноклассница.

Виктор, видно, смекнув, что произошло, стушевался и быстро ретировался в кухню.

Натка уселась на диван и дала волю слезам.

От нечего делать я подошла к окну и поняла, почему одноклассница не стала покупать квартиру в тесном, забитом транспортом центре города. Новый микрорайон располагался на одном из окружавших центральную часть города холмов, и из окна открывался замечательный вид на речные просторы и панораму городских улиц. А как, наверное, красиво смотреть отсюда на ночной Тарасов, залитый огнями реклам и окон многоэтажек, с гирляндой фонарей, освещающих мост через Волгу! Да и сейчас, солнечным осенним днем, весь расцвеченный первым золотом кленов в обрамлении задержавшихся в лете березок, город смотрелся очень живописно. Даже расположившийся вокруг Наткиного дома новый микрорайон избежал привычной строительной неразберихи и уже радовал глаз асфальтированными дорогами, выложенными плиткой тротуарами с аккуратными бордюрами и пока еще слегка намеченными, но уже просматривающимися зелеными зонами, детскими и спортивными площадками и автомобильными стоянками. Неужели мы все-таки научимся не просто лепить однотипные многоэтажки, навечно погрязшие в строительном мусоре, а начнем наконец-то создавать комфортную для человека городскую среду?