Чтение онлайн

Если уж совсем честно, то расспросить я бы его предпочел наедине. Ну, может быть, с Нано, если тому, конечно, ее стало бы плохо от моих методик беседы. Но такой возможности мне, увы, никто не даст.

– По дороге, - сказал я. – Уж очень мне интересно, что он такого может рассказать.

Пока что местным можно доверять, в спину не ударили, хотя шансов было достаточно. Ладно, поостеречься все равно стоит, разное может случиться. Но хоть немного, но спокойнее я себя почувствовал.

Обратно мы двинулись уже минут через пять. Я загрузил пленного в салон “Буханки”, посадил в одно из сидений и закрепил ремнями. Потом мы вместе с Нано перетаскали внутрь наши трофеи, отдельной кучкой от тех, что принадлежали местным. Сева действительно вырезал из парашюта несколько лоскутов ткани, после чего мы все вместе погрузились в тачку и поехали прочь.

Обратно машина ехала ещё медленнее из-за груза, так что трясло не так сильно. Поэтому я решил, что у меня вполне себе есть возможность побеседовать с пленным.

Я присел на одно колено рядом с его креслом, и резким ударом открытой ладонью по щеке привел его в чувство.

Он открыл глаза, посмотрел на меня. Мой удар не прошел для его лица впустую, его левая половина представляла собой сплошной синяк, даже глаз заплыл. Правая же выглядела абсолютно нормально, и в правом же глазу я увидел дикий страх.

– Узнал меня, вижу?
– спросил я.

Он ничего не ответил. Тогда я просунул один из пальцев в пулевое отверстие на его ноге и чуть поковырял там, от чего пленный дико заорал. Даже водитель повернулся посмотреть, чего я там такого делаю.

– Узнал?
– спросил я.

Некоторое время он молчал, вжав голову в плечи. По-видимому, ожидал новой боли. Но нет, мучить его снова я пока что не собирался.

– Узнал, Хантер-Киллер, - наконец, кивнул он.
– Виделись.

Виделись? Это когда это мы успели? Хотя зовёт от меня Хантера-Киллером, а не просто Хантером, значит не представлены друг другу. Впрочем, ещё бы, почему я должен этой мрази представляться?

– Лаборатория, - сказал он.
– Мы ее крышевали, а ты ее сжег. Восемьдесят второй. Там ещё какие-то мутные темы были, разное рассказывали, про стимуляторы боевые.

– Я тебя понял, - кивнул я.
– Повезло, значит, выжить?

Действительно повезло, потому что, как мне казалось, убил я тогда всех. А потом ещё и поджёг помещение. Дело происходило в мегабашне в Квартале, а они построены из синт-бетона. А в чем его плюс - это то, что он совершенно не горюч. Выдерживает очень высокие температуры, и даже если облить бензином целую комнату и поджечь, то он просто будет гореть, пока не сожжёт весь кислород, и погаснет. А все, что от пожара останется - это выгоревшее пятно.

Сколько таких мест я сжёг за свою карьеру, и сосчитать нельзя. Очень много. И ни раз это не перерастало в большие пожары. Всё-таки синт-бетон - великое изобретение человечества. Раньше-то целые дома и районы приходилось переселять, а теперь главное - людей спасти. А сажу всегда очистить можно.

Впрочем насчёт людей, думаю, некоторые поспорили бы.

– Видимо, не судьбы не уйдешь, - бандит криво усмехнулся.
– Если уж суждено, чтобы меня грёбаный Хантера-Киллер убил, значит, так оно и будет.

– Что ж, ты не врал, - послышался у меня за спиной голос Всеволода, я обернулся и увидел, что он подсел ближе.
– Они тебя действительно знают. И боятся.

– Боимся, - пленный криво усмехнулся.
– До усрачки боимся. Потому что есть за что. Вы же местные, да? На вашем месте я бы тоже боялся, потому что он псих конченый. И если его переклинит, то никто из вас живым не уйдет…

Я снова дёрнул пальцем, и его слова оказались заглушены диким криком. Разговорчивым слишком оказался. Причем, не думаю, что это рассчет тонкий, чтобы настроить местных против меня, скорее просто реально не контролирует, что несёт, со страха-то.

– Как зовут? Вижу, из “Сапсанов”, когда виделись, плюс-минус помню, - спросил я, снова ослабив нажим.

Обычно на этот вопрос отвечают правдиво. А если человек не профессионал, не агент спецслужб какой-нибудь, которого учат сознательно мешать ложь с правдой, после того, как на один вопрос отвечаешь правдиво, врать дальше становится гораздо сложнее.

– Кан, - ответил он.
– Так и зовут. Из “Сапсанов”, да.

– Ты чем орать зазря, лучше расскажи мне, где подружек своих набрать успел, - ответил я.
– И какого хрена вы тут отираетесь?

– А зачем мне это тебе рассказывать?
– вопросом на вопрос ответил он.
– Ты ж меня по-любому кончишь. А даже если и нет, то я не жилец с простреленными копытами.

А ведь действительно. Ноги у него свои, кровь из них лилась, и все такое. Как и у Нано по идее. Какие улучшения в них встроены?

– Я тебе врать не стану, - пожал я плечами.
– Говорить, что пальчиком погрожу и отпущу тоже. Ты ведь сам понимаешь, что за то, что в Новой Москве творил, смерти заслуживаешь, как и все вы. Но умереть, по-разному можно. Я могу тебя живьём на куски порезать, благо, ноги и руки у тебя, как вижу, свои, так что тебя и надолго хватит. Могу отрезать руки, ноги, и бросить в поле под солнцем подыхать. Могу скормить зомби или просто дать укусить тебя, а потом оставить превращаться. Много чего могу сделать.

Я посмотрел ему прямо в глаза, и увидел в них страх. Он прекрасно понимал, что любой из озвученных мной сценариев реален. Более того, подозреваю, что он действительно считал меня безумцем и думал, что способ его убийства зависит исключительно от того, что мне придет в голову.

– А можно и легко уйти, отмучиться, - закончил я.
– Пулю в голову. Или в сердце. Выбор за тобой. Рассказываешь - прикончу тебя быстро. Играешь в героя - умираешь плохо. И долго, очень долго.

Вот такая вот безрадостная альтернатива. Другое дело, что убивать его сразу я не стану в любом случае. По одной простой причине: нужно сперва узнать, правду ли он нам наговорил. Убедиться. Так что какое-то время ещё проживет.

– Два дня назад я тут троих уродов кончил, - сказал я.
– Кстати, тоже плохо и больно. Ты о них что-то знаешь?

Он посмотрел на меня долгим взглядом и, наконец, проговорил:

– Да, знаю. Нас их искать и отправили, а капсулу мы случайно увидели, вот и пошли за грузом.

– Отправили, - зацепился я за его слово.
– Значит, у вас банда, так?

– Да, - кивнул он.

– И где сидите?

– Тут на востоке городок был, - сказал он.
– Ну, то есть есть, только живём там теперь мы.