Чтение онлайн

Уходишь с этим наверх, коридором, затем лестницей на свой этаж, вдоль этажа — террасой с перилами идёшь к своей камере. Если вздумается спрыгнуть с этажа вниз, для таких случаев предусмотрительно натянули металлическую сетку. Вспомнился итальянец Тони.

Входя в свой номер, я обратил внимание на появившуюся бумажную карточку, вставленную в рамку у дверного глазка. Кто-то от руки заполнил:

Всё верно.

— Биван, в предыдущей тюрьме кормили точно такой же курятиной. Как думаешь, откуда поставляются продукты для тюрем? — поинтересовался я.

— Я полагаю, в тюрьмах скармливают всякую некондицию, непригодную для продажи на общем рынке, а также продукты, с окончательно истекшим сроком хранения.

— Короче, The Rotten Chicken From Her Majesty, [96] — подвёл я итог.

— Точно сказано! Я постараюсь это запомнить, — одобрил Биван.

Отобедав, мы залегли на своих местах, и продолжили знакомство.

— Биван, какими наркотиками ты торговал? — поинтересовался я.

— Последнее время, в основном — героин, — легко ответил сосед на мой нетактичный вопрос. — Пробовал такое? — спросил он.

— Нет, никогда.

— А я — постоянно покуриваю, — признался Биван.

— Где ты это покупал?

— Это не проблема, если имеешь деньги. Сначала, я сам просто потреблял. Затем, мне предложили покупать небольшим оптом по хорошей цене. Сбывать это в розницу я мог легко, так как имел широкий круг приятелей-потребителей.

— Жил где-то здесь на юге? — уточнил я.

— Нет, я всегда проживал в средней Англии, графство Shropshire. Ближайший крупный город — Бирмингем. (Birmingham).

— Как же ты оказался здесь?

— Потому что задержали меня здесь — в Восточном Сассексе. Товар мне поставляли из Голландии. Обычно, мой партнёр, паромом из Франции доставлял это в Англию. Он звонил мне, и я подъезжал сюда на встречу. Последнее время, я продавал закупленное уже на пути домой. Мой телефон постоянно звонил. Как только я отвечал, что имею это, мне назначали встречи. Приходилось делать остановки-встречи. Домой я возвращался почти без товара. Так, во время одной из встреч с клиентом, меня и прихватили. Количество героина при мне оставалось небольшое. Мы пытались с адвокатом представить это, как личное потребление. Однако, найденные при мне наличные деньги, упаковочные пакеты, весы и рапорты наблюдений полиции доказывают факт розничной торговли. Поэтому, обвиняют в торговле.

— Всё потерял? Конфисковали всё нажитое?

— Нет! Я, как чувствовал, что меня пасут. Перед последней поездкой за товаром, я сделал инвентаризацию. Шестьдесят тысяч фунтов наличными я вынес из квартиры, которую арендовал, и спрятал деньги на стороне в надёжном месте.

Арестовав меня, полиция обыскивала мою квартиру, но по делу они нашли там лишь весы, упаковочные пакеты и прочие мелочи, которые можно предъявить как доказательства. Мои трудовые сбережения остались в сохранности!

— Уже легче!

— Да уж. Года через три, надеюсь воспользоваться ими, — закончил Биван тему, и стал отыскивать какие-то номера географического журнала.

Он задавал мне множество вопросов, возникающих у него в процессе чтения о путешествии по Сибири.

Он дотошно расспрашивал меня о стихийной торговле продуктами и алкоголем на вокзалах и полустанках. Просил внести ясность о реальной стоимости рубля; чего и сколько можно купить там, обменяв фунт на рубли?

По мере изучения транссибирской железной дороги, он стал мечтательно переходить к планам на будущее.

— Сергей, а хотел бы ты проехать этим поездом от Москвы до Пекина?

— Это, конечно, интересно. Но в данный момент я пребываю слишком далеко от этого поезда. И в пространстве, и во времени.

— Это положение — временное, — оптимистично заметил Биван. — Сейчас я оставлю тебе свои координаты для связи. А когда будем на свободе, мы сможем реализовать мой сибирский проект.

— Я весь — внимание. Ты обратился куда следует. Я тоже — мечтатель!

— Сергей, я серьёзно. Вот адрес моей матери. Сохрани это. Если ты напишешь мне на этот адрес, я получу твоё сообщение, даже пребывая в тюрьме. А план мой таков; ты помогаешь мне получить въездную визу в Советский Союз…

Я не стал перебивать его, замечанием о том, что Сибирь с поездом остались, а СССР — в старых номерах «Нэшионал Джиографик».

Мы встречаемся на твоей русской территории, и ты будешь моим гидом и консультантом. Все расходы я беру на себя, — изложил он свой план.

Я задумался над ответом. Биван заметил мои сомнения и продолжил.

— Возможно, ты хотел бы путешествовать в другом направлении, но у тебя отобрали твой голландский паспорт. Так это легко исправить. Думаю, я смогу сделать тебе новый, действительный английский паспорт, с которым ты сможешь свободно путешествовать по миру.

— Мне нравится твой оптимизм!

— Погоди. Сначала, выслушай меня. У нас обращаются за паспортами и получают их — почтой. Я знаю многих местных парней — мои клиенты, среди них найдётся кто-то приблизительно твоего возраста и подобной внешности. У тебя типичная местная физиономия…

— Продолжай.

— Так вот, английские парни, о которых я говорю, не нуждаются в паспортах. Всё что им надо — это регулярная качественная доза. Я могу легко договориться с кем-нибудь из своих клиентов. Человек заполняет анкету на предоставление ему паспорта, и прилагает свою, а возможно, даже — твою фотографию. И отправляем заявку в офис. Спустя неделю, паспорт почтой пришлют на указанный нами адрес. Это будет твой паспорт.

— А этого человека не волнует, что я буду делать с его паспортом?

— Что ты имеешь в виду?

— К примеру, я могу набрать банковских кредитов, используя этот паспорт, — предложил я новую тему.

— Этих людей едва ли это волнует. С них нечего спросить и взять. Он просто ответит, что потерял паспорт. Да и легко установить, что кредиты брал не он. Но в твоих интересах — не портить историю документа. Это позволит тебе спокойно применять его.

— Работать и платить налоги на имя того парня, — добавил я.

— Работать и платить налоги — не обязательно и даже — глупо. Лучше путешествовать. Так что ты об этом думаешь?

— Звучит хорошо. Надеюсь, встретимся на свободе и реализуем твой сибирский план, — осторожно утешил я соседа, скрыв своё скептическое отношение к услышанному.

Я хорошо знал, как будучи друзьями по армейской службе или заключению, люди разъезжаются, каждый своей дорогой, и больше никогда не пересекаются в этой жизни.

Однажды, вернувшись в камеру после прогулки, Биван сразу свернул себе сигарету и закурил. Скурив половину, его лицо покраснело, глаза стали стеклянными. Было очевидно, что сознание его покинуло, душа, вероятно, отправилась в путешествие транссибирской магистралью. Докурив сигарету, он остался сидеть с открытыми стеклянными глазами, ничего не видя и не слыша. Просидев с часок, подобно овощу, его тело медленно перебралось на кровать. Пару часов спустя, он пришёл в себя. Вокруг глаз появились тёмные круги, лицо посерело, речь и движения выдавали усталость. Было очевидно, что эта сигарета немного убила его.