Чтение онлайн

За прямоугольными иллюминаторами догорало закатное небо. Половина девятого. Время радиомолчания: на аварийных частотах ведется прием сигналов о помощи. Возможность для всех, кто попал в беду, дозваться береговой станции, спасательных служб или другого судна.

Действуя согласно ежечасному ритуалу, Руслан повторил сигнал бедствия еще два раза, опустил зажатый в руке микрофон и стал напряженно вслушиваться в помехи радиоэфира. Даже спустя пять месяцев команда не переставала надеяться на ответ. Руслан сидел за штурманским столом, в углу между диваном кают-компании и гальюном. Здесь же находилась приборная панель: стационарная радиостанция, система отопления, индикаторы топлива и чистой воды, электрические переключатели с амперметром и вольтметром, гнездо прикуривателя и прочие устройства, большая часть которых перестала работать после аварии.

Над штурманским столом светила маленькая лампа на гибком штативе. Руслан задумчиво вертел карандаш в пальцах, скользя внимательным взглядом по исписанным страницам тетради, в которой он высчитывал координаты при помощи секстана. Цифры и символы тригонометрических формул прыгали перед глазами и сбивались в кучу. Ему не удавалось проверить свои расчеты в уме. Смысл написанного ускользал от него, строчки отъезжали в сторону, а многочисленные помарки расползались на пол-листа.

Возможно, стоит рассчитать координаты заново?..

Руслан в сердцах бросил карандаш на стол, снял кепку и устало протер глаза, пытаясь избавиться от жжения и сухости. Бело-желтый свет подвесной лампы мигнул в экране электронных часов и солнечным зайчиком скользнул по переборкам. Руслан был одет в застиранные темно-зеленые брюки с накладными карманами и черную футболку и носил на голове небрежный хвост. За полгода плавания волосы отросли ниже плеч, и ходить с распущенными, как он привык в обычной жизни, стало неудобно. На шее висело короткое тотемное украшение из серебра и дерева с двумя разъяренными львиными головами, не поделившими одно кольцо посередине. Руслан был похож не то на рок-музыканта, не то на просоленного серфера, поджидающего исключительно плохую погоду и гоняющегося только за смертоубийственными волнами.

От резкого сухого стука Руслан вздрогнул. Он убрал руки от лица и окинул нижнюю палубу сонным взглядом, но не заметил ничего странного. Наверно, просто задремал на пару минут… Или это Максим копошится наверху.

В глаза бил яркий свет подвесной лампы. Руслан прищурился, пытаясь защититься от его болезненных пульсаций, которые отдавались прямо в лоб, привычным движением зачесал за уши длинную темно-каштановую челку и надел кепку. Козырек он надвинул на самые глаза, чтобы не так было заметно, что они воспаленные из-за недосыпа.

С тихим шелестом отодвинулась дверь носовой каюты, в проеме показалась невысокая худенькая девушка в джинсовых шортах и сине-белой футболке с капюшоном. Руслан поднял голову, посмотрел на сестру, и жесткий взгляд его карих глаз сразу смягчился. Собранные на затылке волосы открывали узкое девичье лицо с высоким лбом, полной нижней губой и аккуратно закругленным подбородком. Глаза зеленые, с желтым ободком вокруг зрачков, далеко посаженные, в зависимости от ракурса миндалевидные. Веки от природы полуопущены, что придавало взгляду обманчивую томность или усталость. Брови светлее русых волос и почти не выделяются на фоне загорелой кожи. Лола казалась подростком, не старше ученицы выпускного класса, но на самом деле в начале мая девушке исполнилось двадцать три. Примерно тогда же они планировали вернуться на материк. Ее день рождения должны были отмечать уже дома.

Руслан внимательнее вгляделся в Лолу. В искусственно подсвеченном сумраке тени под скулами и на впалых щеках вытянулись и вместе с полуопущенными веками придали девушке нездоровый усталый вид. Но стоило Руслану заглянуть в ее глаза, сверкающие чистым блеском золотых колец, и тревога сразу отпустила его. Он с облегчением выдохнул: показалось…

Девушка улыбнулась сводному брату, и Руслан, при всей своей мрачной задумчивости, не смог не улыбнуться в ответ. Рядом с ней он всегда чувствовал себя как дома. Так умела улыбаться только она одна.

– Слышно что-нибудь в эфире? – спросила Лола. Она все еще находилась под впечатлением после поездки на лодке вокруг острова и говорила взволнованным голосом.

– Только помехи, – отозвался Руслан.

Девушка проскользнула вперед, нагнулась, поднимая что-то с пола, и положила на штурманский стол простой карандаш. Руслан удивился, как тот мог оказаться на полу, если все время был у него в руках, и машинально отодвинул его подальше от края.

– Максим еще не спускался?

Руслан глянул время на часах.

– Пока рано. Еще нет девяти.

Взяв несколько книг с полки над диваном кают-компании, Лола сбросила мокасины, забралась с ногами на диван и стала не спеша перелистывать страницы.

Без семи девять с кокпита спустился Максим с портативной морской рацией на поясе. Руслан отвлекся от тригонометрических формул, поднял голову и взглянул на друга.

– Есть движение?

– Нет, все тихо, – ответил Максим, наливая себе полный стакан воды. – Только рыба плещется. Жаль, поздно заметил… Мог бы порыбачить, пока вы на динги катались. Но следующую смену я точно проведу с удочкой. Совмещу приятное с полезным.

– Что по ракетам и шашкам?

– Сигнальных ракет – шесть. Дымовых шашек – три.

– Мало… – пробормотал Руслан, задумчиво почесывая заросший подбородок. – Но хоть что-то. Пусть лежат под рукой, но больше не тратим их впустую. Будем жечь костры. Пиротехнику использовать только в крайних случаях: например, если кто-то из нас заметит на горизонте судно, дым или солнечный блик. Все понятно?

– Понятно, камрад. – Максим допил воду, сполоснул стакан и поставил его на мойку.

– Лола, ты слышала?

– Угу, – бодро откликнулась девушка, шурша страницами.

Максим прошел в кают-компанию и, одернув линялые джинсы с протертыми коленками, плюхнулся на свободный диван по другую сторону от штурманского стола. Темно-бордовая футболка, потерявшая свой насыщенный цвет из-за многочисленных стирок в соленой воде, сидела на нем чуть мешковато, подчеркивая и без того выраженную худобу. На запястье поблескивал серебряный браслет панцирного плетения. Из-под выгоревшей на солнце черной банданы пробивались льняные волосы. В обычной жизни Максим носил аккуратную короткую стрижку под машинку, и сейчас ему было немного непривычно видеть себя в зеркале таким заросшим. Зеленые глаза полыхали готовностью к любой авантюре, жизнь в них так и била ключом. Общую привлекательность портила отчетливая горбинка перебитого носа, которая обращала мужественность Максима в разбойничью агрессивность, отпугивая от него людей, и не только на темных улицах.

Руслан был почти на голову выше ростом. За пять месяцев оба исхудали, Максим потерял бицепсы и широкие плечи, Руслан стал чаще сутулиться и страдать от боли в спине. Соленый ветер сточил все лишнее с их лиц, выделил скулы, обкусал и закалил кожу. Черты стали резче, грубее, и это было особенно заметно у Руслана. Друзья выглядели как настоящие корсары и казались старше своего возраста, но ясный блеск глаз выдавал молодую душу, полную огня и неискоренимого упрямства. Руслан и Максим были ровесниками. Как и Лола, свой день рождения они отпраздновали в открытом океане, и вряд ли кто-то поверил бы, что им еще нет и тридцати. Впрочем, доказывать это было все равно некому: все пять месяцев они провели втроем.