Чтение онлайн

Кстати, о покидании и прибытии на остров. Гость Сэдерна прибыл на остров по воде или как-то иначе? Вдруг, если он маг, то и перемещается как-то иначе? Эх, было бы здорово поговорить о магии с ним.

Хотя много надежд на одного человека, который так-то мог одурачить дядю.

Сад поливали. А ведь точно, сады в городе выглядят отлично, хотя дождей давно не было. Итель смотрел, как заботливо садовники раздвигают ветви кустарников, чтобы полить их корни.

Может, можно эту магию просто вытащить из него? Чтобы избавиться от этого чувства, будто он не участник обычной жизни вокруг.

Да нет же, может выйти и сам прогуляться. Итель набрался решимости. Обычное же действие, так и поступит. Но когда разворачивался к входу, взглядом скользнул по плащу. А в нём-то была тетрадка. Надо вопросы для гостя дяди составить, вдруг встреча будет вечером и всего единожды?

И привести себя в порядок. Гости, может, и не заменят изменившегося расписания дня, зато заметят, например, слой пыли на обуви. Когда у тебя нет репутации неряхи, это бросится в глаза. В обычной ситуации даже не заострил бы на этом своё внимание, это просто этап подготовки к банкету. А сейчас кажется, что может забыть всё на свете, если не сосредоточится.

Какие уж тут прогулки!

Итель так и просидел в небольшой гостевой комнате до вечера. Несколько раз открывал свою тетрадку, думая, все ли вопросы он записал, а потом смотрел на записи и надеялся, что сейчас они расскажут о чём-то новом.

Был соблазн пропустить банкет. Вот был и всё тут. Чего Итель там не видел? Дядя Сэд поприветствует всех, объявит о турнире, они поедят, потом обычный приём, где все пообщаются по группам и разойдутся. Казалось бы, зачем идти.

Но нельзя пропускать. Если пропущенный обед можно свалить на дневной сон, то важный банкет нет. Ещё больше беспокойства от родных не нужно.

Поэтому, когда настал вечер, Итель сменил повседневную одежду на в принципе такую же, но более нарядную, взятую из дома. Тёмно-синие штаны, голубой жилет с темно-синими пуговицами поверх белой рубашки — всё же волны на гербе семьи несколько сужали выбор цветов одежды на таких мероприятиях.

В детстве, когда он впервые побывал на побережье и потрогал воду, синий стал ассоциироваться с холодом. Что ж теперь, несмотря на холодный цвет, с собой есть кое-что горячее.

Итель фыркнул. Юмор никогда не был его сильной стороной, так что неудачное иронизирование над собой скорее настораживает.

Перед выходом заглянул в зеркало, висящее рядом с дверью напротив ширмы, и понял, что никакая одежда его не спасёт. По нему видно, что пошли уже вторые сутки без сна. Какое-то время Итель стоял перед зеркалом, запоминая, какие мышцы нужно напрячь, чтобы придать лицу спокойное выражение. А лучше даже приветливое, чтобы на нём не заостряли внимание совсем. Но глаза всё выдавали. Взгляд метался, а когда останавливался, спокойным не выглядел никак. Пришлось ещё постоять перед зеркалом.

Ладно. Посидит, послушает официальную часть, а как станет можно, вернётся сюда и постарается заснуть. Других вариантов тут нет.

Комната, отведённая Ителю располагалась на втором этаже особняка. Напротив располагалась гостиная, чуть правее спуск на первый этаж, а совсем вправо другие комнаты и проход к ним по краю второго этажа. Этот проход потом поворачивал и шёл вдоль сплошной стены с картинами, затем уходил в переход на другую часть здания. Там были комнаты, которые можно сказать были закреплены за сёстрами и четой Фелконов, все четверо любили вид из окон с той части особняка.

Итель прошёл вдоль стены, ещё три комнаты, две точно заняты братьями. Одной из картин на этом этаже был портрет семьи дяди. Новый, Итель такой ещё не видел.

Трое стоят, трое перед ними сидят. Слева стоит дядя Сэд в плаще поверх рубашки с таким узором, что медальон управляющего теряется. Он светловолосый, как отец Ителя, поэтому даже вопроса об их родстве не было раньше. Впрочем, с годами они стали отличаться сильнее, чем в молодости: морщины у Рауля появлялись быстрее, хоть он и был с Толфрином ровесником.

В центре стоит Томос, второй ребёнок в семье. На отца похож только широким подбородком и светлыми волосами, в остальном пошёл в мать. Томос на год старше Ителя. Рядом с братом на картине стоит Маред, самая старшая из детей дяди (но она младше Тудера на два года). Она похожа на отца внешне, ещё сильней похожа в реальности: жестами, мимикой.

Сидит слева на картине Мэли Йорат, жена Сэдерна. У женщины каре, которое не скрывает её длинной шеи. Хоть она и сидит, но даже так заметно, что она ещё и высокая. Тёмно-коричневые волосы с проседью, заметные морщины у носа. Мэли не улыбается, но выглядит на картине вполне приветливо. В жизни очень приятная женщина.

Рядом сидит Миф, как всегда, в одежде из какой-то ткани, складывающейся кучей складок при любом движении. Итель усмехнулся, представив, как наверняка Миф просили надеть что-то более соответствующее статусу, а она парировала тем, что планирует всю жизнь в больнице проработать, так что приучает себя к вещам, которые не жалко. Как у матери у Миф тёмно-коричневые волосы и длинная шея, носом и губами похожа на отца.

Самой младшей дочери Мэйр сейчас четырнадцать. Она похожа на мать внешне. Итель отметил, что, судя по одежде, Мэйр сдала экзамен по верховой езде. Может. Это и была одной из причин обновления портрета.

Итель прикрыл глаза, вспоминая другой портрет, висящий в поместье в Витгрисе. Всех помнит, что тут, что там. Магия пока милосердна к памяти.

Сквозь открытую двухстворчатую дверь на первом этаже слышалась музыка: звучали флейты и редкие ударные. Итель пошёл на звук. Это выход на южную часть особняка, с этой стороны находилась большая часть Большого сада, а также место для проведения приёмов под открытым небом. От выхода из особняка открывался хороший обзор на приготовления. Музыканты, кажется, специально играли более ритмичную мелодию, чтобы создать хорошим темп приготовлений. Впрочем, гости уже собирались. Для них стоял стол с лёгкими закусками.

А ел Итель тоже давно, так что к столику он и направился, чувствуя, что съест половину из предложенного, и его ещё хватит на банкет. Может, он от голода не смог заснуть?

Приготовления вовсю кипели, а гостей в саду остановилось больше. Кого-то Итель узнавал, а кого-то видел не впервые, но знаком не был. Одеты все хоть и нарядно, но не броско. Как и подобает статусу приёма — сюда приехали не блистать.

Сквозило серьёзностью во всём. Или Итель просто начал подмечать такие вещи сейчас, когда выискивал опасность вокруг.

— Привет, Итель, — поздоровалась кто-то из-за спины.

— Маред, — признал Итель девушку. — Здравствуй.

Старшая дочь дяди, которая подобно Тудеру в ближайшие годы станет управляющей региона. Она отдавала предпочтение облегающей одежде, но сейчас все скрашивал нарядный кардиган в цветах Ноарты. Короткие коричневые волосы безукоризненно убраны назад и, кажется, будут так лежать, пока Маред не позволит обратное. В её образе не хватает только медальона управляющих, который пока что у её отца.