Чтение онлайн

Если и возможно, то явно открыто. А за открытую магию, его убили бы так же, как и Томоса.

Итель вспомнил последние минуты жизни Томоса. Он бился с тремя дознавателями, до этого явно с большим их числом, у него в руках был шар из молний, должно быть так выглядит магия, которую знают, как использовать, но при этом от молний страдал город. Итель мысленно поставил себя на место Томоса.

Магов отлавливают и казнят. На территории Раулей гораздо сильнее, чем у Фелконов. В таких условиях Томос осознаёт, что маг. По всей видимости сразу или довольно быстро обращается за помощью к отцу. Тот использует свои связи и связи жены (то есть мать Томоса тоже в курсе) и провозит на остров Моэрта. Таким образом у Томоса появляется наставник. Это замечательно. Он изучает магию. А потом за ним приходят дознаватели, с которым он успешно борется магией. После своей победы он мог бы собрать семью и покинуть остров по тому же маршруту, что сюда привезли Моэрта. Ещё один хороший план. Есть только одно «но»: Томос молниями поджог родной город.

Итель не знает, как должна выглядеть магия в руках, которые умеют с ней обращаться, но есть подозрения, что должна она быть только в руке. Молнии по городу свидетельствовали о том, что Томосу ещё далеко до контроля. Это было бы логично.

Брэйт что-то сказал Томосу, поднял руки, чтобы Томос обернулся. Тот обернулся и увидел, что сделал с Ноартой. И решил сдаться.

Увиденным можно подтвердить только того, что маги достойны того, чтобы их отлавливали и казнили. И этот факт однозначно ещё сыграет свою роль.

Итель сначала думал, что Томосу повезло, что в голове не было сомнений по поводу рассказа родителям, что они оказались на его стороне, что у него появился наставник. Но в итоге кто-то сообщил о магии дознавателям. Итель сильно сомневается, что кто-то увидел магию у Томоса или Моэрта, и решил поведать кому надо. Скорее похоже на изначально ложное обвинение, на них и дядя намекал, когда был в Витгрисе в последний раз, и торговец на ярмарке говорил.

Итель поморщился, припомнив того торговца. «Придумают, как принять», — проницательно сказал тот о проекте закона, о котором также говорил дядя. Грубая провокация, приведшая к трагедии. Стоило ли?

До вечера Итель размышлял о магии, о том, как было бы хорошо не быть магом. Но в конце концов пришёл к выводу, что не будь магия преступлением, он был бы скорее рад быть магом. В добавок к своим навыкам ещё быть на «ты» с огнём. Даже уснуть Итель постарался с мыслью, что магия обычное явление, и он просто может поджигать свечки и разжигать костры без спичек, просто приятный бытовой навык.

Может, от этих мыслей, но следующим утром Итель проснулся с прекрасным настроением. В таком разве что что-то новое начинать. И поэтому решил отнести свою тетрадь к книгам на столе.

Стопы почти не болели, но стоило их напрячь, как вспомнилось, почему он лежал всё это время. Но вполне терпимо.

Встал и тут же рукой опёрся на стену. Вот так точно дойдёт. Нога с неглубокими порезами терпимо реагировала на шаги, а вот вторая нет, пришлось экспериментировать, чтобы понять, её стоит ставить на внешнюю часть стопы.

Кое-как доковылял до стола и рухнул на стул. Досаждала не физическая боль, а то, что её приносило такое простое повседневное действие, как дойти от кровати до стола.

Витгрис, та его часть, что видна за окном, не изменился. Небо совсем безоблачно. Вроде уже и свыкся с тем, что маг, но понимание того, как всё вокруг хрупко для его магии всё ещё нервировало. Нужно решать проблему с контролем. Как там Моэрт написал: воля и чувства. И ещё учебник магии в Равнинном. Как сможет, нужно будет съездить туда.

А пока что можно что-то придумать по известной информации, и, кроме того, нужно узнать, чем всё закончилось в Ноарте.

Итель обдумывал слова Моэрта о том, что магия везде и в том числе в магах, пытался это вообразить, когда в дверь постучали. По стуку определялся Тудер, у него получалось стучать глухо и с самыми большими интервалами между ударами.

— Доброе утро, Тудер, — отозвался Итель, повернувшись на кресле. Когда Тудер открыл дверь, Итель уже перекинул руку через спинку.

— Доброе. Уже лучше себя чувствуешь? — участливо поинтересовался Тудер, проходя к софе.

— Можно и так сказать, — кивнул Итель. — Но передвигаться мне пока будет сложно, — Итель даже усмехнулся. Такая малая цена, если подумать.

Тудер молчал и смотрел на стопку книг на столе. На левой щеке подживал порез от стекла, полученный возле особняка Раулей. Похоже, останется шрамик.

— Отец просил собраться в гостиной через полчаса, он хочет обсудить с нами случившееся в Ноарте, — озвучил Тудер. — Но я хотел с тобой поговорить прежде.

И снова тишина.

— О чём? — продолжил разговор Итель, хотя догадывался.

Тудер вздохнул, собираясь с мыслями.

— Когда мы оббежали особняк Сэда, ты предложить постоять на углах и высматривать Луни из выходов, — Итель кивнул, говорил иначе, но это подразумевал. — Я тогда даже не подумал, насколько это адекватно, — Тудер поморщился. — А когда с отцом увидели тебя с Луни на руках… Я подумал, что ты специально меня отослал подальше, потому что я бы тебе лезть в огонь не позволил, — слишком заметно, как тяжело ему даются слова. — Я прав?

Итель не дышал. Если бы Тудер всё знал, то не беспокоился бы так сильно. Как жаль, что Итель не готов ему ничего рассказать.

— Я узнал, где Луни после того, как мы разбежались, — Итель обдумывал каждое слово, не хотел лгать, но для этого нельзя отвечать на вопрос. — А когда узнал уже особо не думал ни о чем, кроме того, что, если буду медлить, могу не успеть, — покачал головой Итель.

— Но как ты узнал? — и вновь сложный вопрос.

Тут не получится ответить с недосказанностью. Придётся лгать.

Ителю не понравилось, что этот выход появился в голове слишком легко.

— Увидел силуэт в окне, который тянется к щеколде сверху, — Итель посмотрел наверх. — Мне показалось, что силуэт роста как у Луни. И она не дотягивается до верха. Вот и всё. Я не особо думал потом.

Тудеру вряд ли понравился ответ, но, Итель надеялся, что содержанием, а не тем, что брат уже раскусил ложь.

— А как ты оказался с отцом? — решил и сам спрашивать Итель.

— С моей стороны здание так горело, что… — Тудер покачал головой. — Я тогда пошёл через сад к родителям, обходя северный подъезд, там что-то неадекватное происходило, — Тудер поджал губы, явно имея и другие комментарии. — Отец раздобыл лошадей и отправил маму, Глэни и Дьюи, он их как-то нашёл там, из города, — Тудер посмотрел в окно, но сразу вернул взгляд на стол. — Они отъезжали, когда я подошёл. Отец спросил, где ты, я ответил. И тогда всё погасло. Потом попривыкли к освещению, — Тудер скривился, понимая, что говорит о пожаре и тлеющих его остатках, — и увидели, что по дорожке кто-то идёт. Мы подходили, думали, спросить о тебе, а потом поняли, что это ты и есть. Папа успел подхватить тебя, я уже забрал Луни.

— Хорошо, что вы там оказались, — улыбнулся Итель.

— Угу, — угукнул в ответ Тудер. — Как я перепугался за вас.

— А что папа? Как всегда, был хладнокровен? — просто поинтересовался Итель, не ожидая чего-то кроме «да». Отец умел быть островком спокойствия в сложных ситуациях.

Тудер покачал головой.

— Не знаю. Наверное. Он же из-за турнира был на нервах. И тут ещё вот это, — вздохнул Тудер. —Не думаю, что он был спокоен. Он лишь не плакал и не кричал.

Повисло молчание. Им очень повезло в Ноарте.