Чтение онлайн

— Что? — переспросила Арвидд, но, увидев обеспокоенное лицо сына, смягчилась. — С ним всё хорошо?

— Да, просто сегодня не думаю, что ему стоит куда-то ехать, — впрочем, откуда оптимизм, что только сегодня?

Мама смотрела пристально. К счастью, вряд ли она поймёт причину беспокойства по лицу. Она посмотрела налево вверх, всегда так делает задумываясь, а потом медленно кивнула.

— Хорошо. Но если что-то изменится, пиши сразу.

Тудер кивнул. Изменится. Только о таком не напишешь.

Матушка вышла за территорию дома, поторопила Дьюи. Брат с вопросом глянул на Тудера, но тот лишь махнул на прощание рукой.

Когда возвращался в дом, вспомнил об уборщице. Надо сказать, чтобы в ту комнату не заходила.

Женщина лишних вопросов не задавала, уточнила лишь, что следующий раз придёт лишь через два дня. Тудера это не сильно интересовало. Если потребуется, ещё раз попросит не заходить. В конце концов, за неубранную по просьбе члена семьи комнату оплата работы не уменьшается.

Возле двери Тудер замер. А ему могло привидится? Выдохнул. И вдохнул. Пару раз. Наконец тихо зашёл в комнату, так же тихо закрыл дверь. Занял кресло в углу, от куда мог видеть немного пола между кроватью и окном. Занавешенным окном, так что это не блики Тудер принял за огонь.

И что ему делать?

Итель маг. Тудер теперь это знает. Как примерному подданному, нужно обратиться к дознавателям с этой проблемой. Они арестуют мага и…

Тудер наклонился вперёд, поставил локти на колени и упёр подбородок в переплетённые пальцы рук.

Как примерный подданый Тудер поступать не будет. Во-первых, Итель его брат и, даже если он так опасен, как рисуется вокруг, то виселица всё равно неприемлемый вариант. Во-вторых, ну не похож Итель на злого мага.

Вряд ли попытки убедить себя в правильности решения с помощью рациональных причин увенчаются успехом. Поэтому больше об этом Тудер думать не станет.

Что ж «куда следует» информация не попадёт. Какие ещё варианты? Хранить тайну — вариант, который выбирается только как «лучший из худших». Рассказать семье — это правильно, и Итель сам должен был это знать. Семья всегда будет на твоей стороне. А что затем, решат все вместе.

Но Итель по какой-то причине промолчал. Завтра надо выяснить, а до завтра никто ещё не должен узнать тайну младшего брата Тудера.

Завтра? А к завтрашнему дню всё будет хорошо? Тудер вообще как-то может помочь?! Не сделает ли Тудер хуже, если подойдёт и попытается успокоить? Может ли Итель сейчас здраво рассуждать?

Тудер попытался представить себя на месте брата, но быстро бросил эту затею: он не может. Итель промолчал — значит, есть причина. Неизвестно сколько он один на один со своей тайной был — Тудер не знает, как может помочь сейчас. Но тайна раскрыта, и надо будет дать Ителю возможность всё рассказать самому.

В комнате тихо, на улице тоже. Тудер слышал, что Итель не успокоился. Хотелось как-нибудь помочь, но точно ли он знает как? Итель поймёт, почему Тудер ничего не сделал.

И ещё не хотелось встречаться взглядами. Столько отчаянья. Почему Итель молчал? Почему не доверился раньше?

Это вопросы к брату. Он на них ответит. А Тудер вряд ли угадает хоть одно объяснение. Так что тема магии подождёт до завтра. Тудер очень надеялся, что до завтра.

В обычной обстановке он бы прогулялся, но не сейчас. Мало ли кто решит зайти. И сомнительно, что «кто-то» будет лоялен к Ителю, если увидит магию. Нет, до завтра будет в этой комнате. Так надёжней всего.

А с мыслями, обычно приходящими в порядок после прогулки, придётся разбираться долгим путём. Времени, чтобы все обдумать, вероятно, будет достаточно.

Тема нашлась почти сразу. Тудер убедит Ителя не скрывать наличие магии от семьи. Если, конечно, проблема только в том, чтобы рассказать. Новая информация всегда вносит коррективы, а такая и подавно.

Тудер сжал зубы от пришедшей в голову мысли. Такая мерзкая, низменная. И такая… пунктуальная что ли.

Насколько кому важна семья — каждый решает сам. Каждый решает сам, кто важнее в семье — супруг или ребёнок. Как-то раз Тудер спросил у отца, почему тот не называет себя «хорошим управляющим», ведь мог бы. Звучит-то более значимо, и, что важнее, подходяще. «Если однажды мне придётся действовать или как «хороший управляющий», или как «хороший отец», я даже не подумаю над первым вариантом», — так ответил Толфрин. Примерно в тоже время Тудер узнал и единственные страх отца — пережить хоть кого-то из своих детей.

Если отец узнает в какой опасности его ребёнок, он не будет действовать, как хороший управляющий. Вот тот самый способ отвлечь его от региона. Мерзко манипулятивный способ с одной стороны.

Однако это сдвинет расклады сил на острове.

Тудер расправил плечи и чуть размял руки. Сменил позу на полулёжа в кресле и продолжил думать о последствиях.

Узнав об Ителе, отец точно поддержит Мэт. Тратить время на попытки как-то без Мэта поднять вопрос декриминализации магии — нет смысла, да и пример Сэдерна перед глазами.

Вообще, магия вопрос сомнительный. Сэдерн много говорил, что она — не преступление. Его не останавливали, не считали речи чем-то сродни «убийство не преступление». Причина этому одна — все, кто разбирался в вопросе, мог получить полную информацию обо всех инцидентах, подмечали странности. Те осуждённые маги, кто доживал до допросов, ничего опасного не делали до самой казни. Те маги, кто что-то делал, до дознаний не доживали. Первых было значительно больше, чем тех, кого можно было осудить за другие преступления.

Эта ситуация очень напоминала периодически возникающую в обществе идею, что стоит уменьшить количество людей с оружием на улице. Мол, оружие толкает на преступление, и оно же делает их более тяжкими. Первым аргументом против всегда была статистика, где подавляющее большинство жителей острова от ношения оружия не превращается в преступников. С магией всё могло быть так же. Поэтому все управляющие понимали — вопрос надо изучать. Может, Туккот и прав, а, может, это просто удобное обвинение, чтобы избавляться от противников.

Отец будет настаивать на изучении. Есть, конечно, момент с тем, что всё может быть чуть менее просто со стороны Ителя и магии, но тут строить предположения бессмысленно. Поэтому Тудер прикинул, а что по другим управляющим и их мыслям о магии.

Мэт подразумевает снятие королевских полномочий, поэтому у короля Элизуда будут все шансы остаться членом Собрания. Всё же его семья избрана как управляющие в регионе. Насколько Тудер знал, в регионе нет каких-то претендентов, которые смогли бы победить на голосовании, если местный Жит такое объявит (в чём есть сомнения). Один голос точно против идеи изучения магии.