Чтение онлайн

Вообще-то это не очень хорошо. Я не раз уже замечал, что люди иногда относятся друг к другу агрессивно. Самое печальное – это то, что часто ссоры возникают на пустом месте из-за каких-то совсем незначительных разногласий. Поругаются, подерутся, наоскорбляют друг друга, а потом не могут даже вспомнить, из-за чего все началось.

Мой академик вечерами беседовал с Тамарой Исаевной и очень возмущался тем, что некоторые (хотя их в последнее время становится все больше и больше) люди оскорбительно отзываются о каких-то отдельных национальностях. Да, так и говорил:

– Ну при чем тут национальность, цвет кожи, разрез глаз? Нельзя обвинять сообщество, народ, нацию. Есть отдельный человек – он может быть порядочным гражданином, а может быть негодяем и преступником. Вот и все. А национальность здесь не имеет совершенно никакого значения. Везде есть свои прохвосты и свои гении.

Прав Василий Михайлович: у собак так же. Не порода, не рост, не окрас, а только воспитание и образование делают собаку сдержанной, уравновешенной, ласковой. Ведь можно и крошечную болонку воспитать так, что она будет бросаться на людей.

Все мы обижаемся, когда к нам кто-то относится грубо, невежливо, неласково. Но часто ли мы сами задумываемся над тем, как ведем себя с нашими близкими, друзьями? Я на прогулках частенько наблюдал за тем, как ребятишки играют на детской площадке. Вот один отбирает у малыша игрушку и не обращает внимания, что тот сидит в песке и льет слезы. К обидчику подходит мальчик постарше, толкает его, тот падает. Вскакивает и с плачем бежит к маме или папе жаловаться, напрочь забыв о том, что минутой ранее сам обидел пацана помладше. Часто, очень часто мы почему-то не придаем значения тому, как сами поступаем, но слишком обостренно реагируем, когда несправедливо или обидно поступают с нами. А ведь если мы сами будем нести в этот мир добро и радость, нежность и ласку, понимание и терпимость, мир непременно станет добрее и светлее. Вы как считаете?

Кстати, однажды за нашим выступлением наблюдали туристы из России. Как-то они совсем уж быстро вычислили, что мы их земляки. Рыбак рыбака видит издалека?

– Елы-палы, – вдруг завопил один из туристов, – да это же наш мужик.

– Как? Кто? Почему? – стали раздаваться голоса из толпы.

– Мужик, ну подтверди! – весело кричал самый догадливый, обращаясь к Григорию. – Ты же русский? Ты из России? Или из бывшего СССР, верно?

– Подтверждаю, – улыбнулся Гриша и снял очки.

Народ вокруг так обрадовался, имею в виду из российской группы, все стали подходить и обнимать Гришу, трепать меня за уши (ну, это как «здравствуй» – какой же русский не любит потягать собаку за уши), угощать всем, что у них было в руках. Перепала мне и пара гамбургеров, и мороженое, а Григорию кто-то даже пытался вручить бутылку водки. Но мой напарник категорически отказался, так и сказал:

– Ребята, дорогие, благодарю вас от всего сердца, но не пью.

Товарищ, который пытался вручить Григорию горячительный напиток, долго не сдавался и, громко икая, настаивал, чтобы Григорий согласился принять его драгоценный подарок:

– Ты чего, брат? Не понял! Ты это… серьезно, что ли? Ты не хочешь получить от меня приз? Может, ты вовсе и не из России?

– Да из России я, из России, – убеждал Григорий, – ну вот так получилось, не пью я вовсе…

– Ну и ладно! Все равно возьми. Я тоже не пью… почти… Понимаешь? Или ты меня не уважаешь?

– Уважаю-уважаю. Очень уважаю! – рассмеялся Григорий.

– Нет, вы посмотрите на него, – турист обратился к своим коллегам, – он смеется.

– Извини, – оправдывался Григорий.

– Послушай, – турист присел рядом с нами, – а может, ты мне не веришь? Скажи, ты мне не веришь?

– Да почему же не верю? – Григорий на всякий случай сделал серьезное лицо, но я-то видел, как ему сейчас сложно сдерживать смех, потому что турист оказался очень смешным и, как говорится, доставучим.

– А-а-а! Понял. А то смотри, мужик, если не веришь, я могу дать тебе честное слово! Ты понял? Честное слово! А мое честное слово – закон! Если я дал его, – турист со всей силы ударил кулаком по асфальту и затем на место удара поставил бутылку, – все! Ты поезжай в Ногинский район Московской области и спроси там у любого. Тебе каждая собака скажет, что я – это сталь, камень, гранит… ты п-понял? Так ты берешь мой сувенир или нет?

– Тебя как зовут, земляк? – спросил Григорий.

– Федя! – мужчина протянул руку для знакомства и добавил: – Федор Зубоскалов.

– Григорий, – отвечает мой компаньон. – Ты понимаешь, Федя, почему я не могу принять твой подарок?

– Почему? – замер Федор и открыл рот.

– Ну, подумай сам, – Гриша наклонился к собеседнику, – если я не пью, моя собака не пьет, друзей у меня пьющих тоже нет, и я возьму у тебя это, – Григорий кивнул в сторону бутылки, – ведь пропадет добро! Понимаешь?

– Елы-палы! – мужчина от такого неожиданного поворота даже прикрыл ладонью рот. – Точно ведь, пропадет. Ну, ты даешь! А чего ж раньше не сказал?

– Не догадался, – улыбнулся Григорий.

– Тогда ладно, – наконец-то смирился турист и, отправив бутылку обратно в свою сумку, поднялся и стал прощаться с нами.

– Ты, брат, поторопись, – сказал Григорий, – а то вон твои приятели уже далеко.

Компания и действительно маячила уже в конце улицы.

«Действительно, поторопись, а то придется нам тут еще трио организовывать. Купим тебе барабан и будешь греметь им на всю околицу».

Это хорошо, что мой Григорий не употребляет спиртных напитков. Не люблю я пьяных людей. Они становятся какими-то другими, непонятливыми, нудными, навязчивыми. А мы с Григорием вместо всех этих жизненных суррогатов отправились на рыбалку. Вот это дело. Рыбалку я обожаю. Особенно если есть возможность поплавать.

– Пошли, Царевич, рыбки половим. Знаю тут одно местечко – небольшой заливчик, рыбы там море, хоть консервный завод на берегу открывай.

На рыбалку так на рыбалку. Мое дело следовать за хозяином. Вы заметили, как быстро я смирился со словом «хозяин»? Но здесь и в самом деле по-другому не назовешь. Ну какой Гриша мне подопечный? Скорее тут подопечный я сам.

Удивило меня то, что Григорий не взял с собой удочку. Да и лески что-то не видать. Зато мой напарник прихватил какую-то палку. Позже я узнал, что это деревянный гарпун со специальным крючком на конце. Рыбу Гриша ловил с помощью этого гарпуна. Ловец, конечно, из него, как из меня баскетболист. Махал он своей палкой, наверное, с полчаса, и никакого толку. Два раза упал в воду, гарпун чуть не уплыл в море. Я уж было подумал, что он всю рыбу распугал и в мини-заливчике никого не осталось, но тут случилось чудо. Григорий поднял палку вверх, на ней трепыхалась огромная рыбина, ну, килограммов, наверное, не менее пяти-шести. Гриша с высоко поднятой головой вышел на берег и гордо заявил мне: