Чтение онлайн

– Вижу, это имя вам знакомо, – заметил он.

– Более чем знакомо, – прошептал Диармайд. – Синрик с острова Илейв! Этот остров называют «Островом Жертвоприношений».

– Впервые слышу, – сказал Конан спокойно. – А почему?

– Несколько раз я поставлял Синрику партии рабынь, – не отвечая на вопрос, продолжал Диармайд. – Он был одним из лучших моих заказчиков. Раньше, давно. Пока несчастья не разорили меня. Он всегда выбирал самых красивых. Платил неплохо, хотя, конечно, не так щедро, как я заслуживал. Обычно я не интересуюсь судьбой девушек, которых продаю. Я всегда считал, что красота и навыки в любви служат им наилучшей защитой, даже в том полном превратностей мире, в котором они существуют. Но однажды… только однажды! – я нарушил собственное правило.

– Интересно было бы послушать, – вставил Конан.

Диармайд усмехнулся не без горечи.

– Услышите! Вот прямо сейчас и услышите. Я споткнулся об нее, когда она сидела на пороге моего дома. Вот этого самого дома. Я не узнал ее. Это была обезображенная шрамами отвратительная мегера. От ее былой прелести не осталось и следа. Если бы ее подвергли пыткам – она не была бы… такой. Но кто-то как будто нарочно стремился изувечить ее, изуродовать ее внешность, изменить ее до неузнаваемости. А когда-то это была красивая стройная девушка, с гладкой черной кожей, большими влажными глазами и копной пушистых волос. Она и самому мне нравилась!

– Почему она пришла к вам?

– Хороший вопрос, и я, пожалуй, на него отвечу – только не сочтите за хвастовство, потому что это чистая правда. Я был ее единственным другом во всем белом свете. Понимаете? До какого отчаяния нужно было дойти, чтобы считать своим другом человека, который продал тебя в рабство! Но у нее действительно не имелось поблизости ни одного знакомого. Она назвала свое имя, напомнила мне о себе… В конце концов, я кое-что припомнил. Имя, некоторые обстоятельства. Да, это была та самая девушка. Ну и кроме того, скажу вам честно, – он ухмыльнулся, выставив испорченные зубы, – ни одна женщина, даже самая старая и уродливая, не приходила в этот дом по собственной воле. Всегда это были или шлюхи, или вот такие рабыни. А эта – явилась самостоятельно.

– Видать, здорово ей досталось, – вставил опять Конан.

Диармайд хмыкнул.

– Это точно. Она многое мне порассказала. Про то место, куда попала по моей милости. Илейв – это небольшой скалистый островок севернее острова Фоморов. В ясную погоду крепость Синрика хороню видна с его северной оконечности. Синрик привозит туда девушек и некоторое время проводит с ними, развлекаясь обычным способом, то есть в постели.

Иногда с одной, иногда с двумя или тремя. А потом начинаются пытки. В ход идут клещи и ножи, раскаленные прутья и бичи со свинцовыми шариками на конце. Потом настает черед более изощренных пыточных снарядов…

– Не нужно, – остановил Конан. – Я имею представление о подобных вещах. Дальше.

– Дальше? – Диармайд испустил странный квохтающий звук, похожий на хихиканье. – А дальше он брался за острый нож и начинал их увечить. При этом он взывал к некоему демону, которого умилостивлял подобным способом.

Конан насторожился.

– К демону?

– Ну да, – сказал Диармайд, поежившись. – Я не слишком много расспрашивал ее об этом демоне, потому что, честно говоря, боюсь подобных разговоров. Меня пугает темнота. В темноте прячутся страшные лица.

– В том числе и твое, – пробормотал Гжегош.

Диармайд покосился на него, но на сей раз промолчал, коль скоро они с Конаном договорились, что никакого Гжегоша «не существует».

– Словом, этот… это существо, – продолжал Диармайд, – издревле обитало в море неподалеку от острова Илейв. Когда-то этот остров принадлежал ему, но затем там поселился человек. Предок Синрика. Он возвел там замок… Демон явился к нему, разозленный подобной наглостью. Никто не знает, что произошло между демоном и первым из людей, кто завладел Илейвом, но в конце концов они пришли к соглашению.

Много столетий в море вокруг острова жил морской народ. Таинственные люди, больше похожие на дельфинов, нежели на обычных людей. Этот жестокий демон, избравший своим обиталищем иену волн, что разбиваются о скалы остров Илейв, был их заклятым врагом. Морские люди сражались с этим демоном, не позволяли ему губить корабли, спасали потерпевших кораблекрушение… Не всегда им удавалось одолеть своего исконного врага. Но очень часто все-таки выходило так, что морские люди брали верх, и тогда демон начинал голодать. Он впадал в ярость и летал над волнами, скрежеща зубами и рыча. Эти звуки слышали мореходы и страшились их. Недаром они пугались! При любой удобной возможности демон набрасывался на беззащитные корабли и губил их.

Предок Синрика сумел, однако, усмирить чудовище. Он заключил с ним договор – от своего имени и от имени всех своих потомков. Демон позволит его роду владеть островом Илейв. Более того, демон будет защищать эти земли от посягательств любых чужаков, какие только посмеют туда явиться. А за это все потомки первого лорда Илейва будут приносить демону человеческие жертвы. Ему больше не придется охотиться, не зная, принесет ли охота какие-либо плоды. Ему не нужно будет больше отбиваться от морских людей, которые неизменно возникали на его пути, куда бы он ни полетел, в какие бы пучины он ни углубился. Все владельцы острова Илейв возьмут на себя заботы о том, чтобы морские люди не тревожили больше демона.

– Откуда же бедная женщина узнала столько подробностей? – удивился Конан. – Вряд ли Синрик рассказывал ей историю своего рода, когда отрезал ей уши или кромсал ее лицо.

– Разумеется, – Диармайд брезгливо поморщился. – Он не снисходил до разговоров с жертвой. Зачем? Все это она услышала немного позднее.

– Как ей удалось вырваться?

– Если вы будете перебивать меня, то не узнаете и половины из того, что я собирался поведать! – проворчал Диармайд. – Моя собеседница была последней из череды девушек, предназначенных демону. Когда Синрик привел ее, истекающую кровью, на край обрыва, там уже никого из жертв не было. Демон забрал всех.

Синрик поставил ее на колени так, что перед ее глазами открывались острые скалы и бьющееся о них море, и начал читать заклинание, взывая к демону. Он долго призывал злого духа, однако тот не появлялся. Должно быть, ему хватило и предыдущих жертв, и сейчас он занимался ими. Сами, небось, знаете, как не хочется прерывать трапезу, даже ради того, чтобы взглянуть на десерт.

– Людоедское сравнение, – шепнул Гжегош.

Диармайд услышал, разумеется, но на сей раз не удостоил «несуществующего собеседника» даже взглядом.

– Как бы гам ни было, а Синрик попросту столкнул девушку в море и ушел, не дожидаясь реакции демона. Синрику было все равно. Он свое дело сделал. Если он перекормил своего адского покровителя, то вряд ли в этом будет усмотрена какая-то вина. Все владетели острова Илейв всегда отличались склонностью к жестокости и насилию, но Синрик, кажется, первый, кому это доставляет едва ли не такое же наслаждение, как и самому демону. Поэтому он всегда слишком усердствовал в жертвоприношениях.

Последняя жертва полетела в воду, заранее готовясь к тому, что сейчас ее земной путь навсегда оборвется. Она видела острые камни далеко внизу… Эти камни были похожи на распахнутую пасть, полную острых зубов, готовых перемолоть бедные косточки.