Освобождение Крыма (ноябрь 1943 г. - май 1944 г.). Документы свидетельствуют
Шрифт:
Партизаны Крыма (начальник Крымского штаба партизанского движения первый секретарь Крымского обкома партии В. С. Булатов) оперативно подчинялись Отдельнорй Приморской армии.
8 апреля 1944 г. командование Отдельной Приморской армии направило боевое распоряжение Крымскому штабу партизанского движения. В нем ставились задачи: перекрыть дороги и не допускать никакого движения по ним, нарушать проводную связь противника, организовывать налеты на штабы и командные пункты, непрерывным огневым воздействием вывести из строя Ялтинский порт и помешать сосредоточению живой силы и техники врага в районе Ялты. Решали партизаны и другие задачи: спасение от разрушения фашистами городов, сел, санаториев, а жителей — от угона и уничтожения.
504 самолета авиации дальнего действия (командующий маршал авиации А. Е. Голованов) ночными массированными бомбовыми ударами должна были парализовать работу портов и железнодорожных узлов противника (Констанца, Галац, Севастополь), наносить удары по наиболее важным объектам, топить корабли и транспорты противника. "В условиях современной войны воздействие на коммуникации дает наибольший эффект, если атаковать транспорты не только в море — на переходе, но и в базах — в процессе погрузки и выгрузки, если разрушать пирсы и причалы с их оборудованием, складами, подъездными путями, то есть одновременно снижать пропускную способность портов. Вот почему АДД 12 и 18 апреля бомбардировали гавань и причалы Констанцы, 17 апреля — Галац и многократно — бухты Севастополя", — писал первый заместитель наркома ВМФ адмирал И. С. Исаков.
Маршал А. М. Василевский, оценивая замысел операции, вспоминал: "Почему же мы приняли решение нанести главный удар с плацдармов за Сивашом, а не с Перекопа? Ведь здесь наши войска ожидали большие трудности и неудобства. Исходили мы из того, что именно здесь главный удар со стороны Сиваша, в случае его удачи, выводил наши войска в тыл укреплениям врага на Перекопе, а, следовательно, позволял нам гораздо быстрее вырваться на просторы Крыма. Мы решили ввести здесь в бой 19-й танковый корпус, чтобы как можно быстрее развивать успех по прорыву оборонительной полосы врага в направлении Джанкоя и Симферополя". [91]
91
[11]Морской сборник. — 1944. — М 5–6.
– с. 10.
Василевский А. М. Указ. соч. — с. 417.
Генерал Я. Г. Крейзер наносил главный удар 1-м гвардейским и 10-м стрелковым корпусами на Тархано-Ишуньском направлении, вспомогательный — 63-м стрелковым корпусом в направлении Каранки — Томашевка.
На 1 апреля 1944 г. группировка 51-й армии имела в своем боевом составе 96 125 человек, орудий полевых — 1 415, орудий зенитных — 186, минометов — 862, танков — 89. При ширине участка прорыва 10 км плотность артиллерии и минометов на километр фронта на участке прорыва составляла 185 стволов и до 9 танков.
Действия армии поддерживала 8-я воздушная армия, имевшая в своем составе 727 самолетов, из них 215 штурмовиков и 147 бомбардировщиков. [92]
19-й танковый корпус с частями усиления имел в своем составе: танков — 187, САУ — 46, бронетранспортеров — 14, бронемашин — 31, орудий различных — 154, минометов — 57, мотоциклов — 169, реактивных установок БМ-13 — 15. [93] Такими силами корпус мог выполнять задачи большого оперативного масштаба.
92
Военно-исторический журнал. — 1974.
– N 5.
– с. 37–38.
93
ЦАМО РФ. — Ф.19 ТК, д. 1 оп. 382, л. 31.
2-я гвардейская армия в боевом составе насчитывала 71 912 человек, орудий полевых — 1 043, орудий зенитных — 81, минометов — 750, танков — 33, САУ — 7. При ширине участка прорыва 8 км армия имела 150 стволов артиллерии и минометов на километр. [94] Боевые действия армии при прорыве обороны на Перекопе поддерживали ВВС Черноморского флота и частично 8-я воздушная армия. Командующий 2-й гвардейской армией для ускорения прорыва обороны на Перекопе решил высадить в тыл противника десант в составе усиленного батальона.
94
Военно-исторический журнал. — 1974.
– N 5.
– с. 37–38.
Командующий Отдельной Приморской армией избрал участки прорыва: двумя стрелковыми дивизиями — южнее Булганака на фронте 4,5 км, одной дивизией и одним стрелковым полком — севернее Булганака на фронте 3 км, то есть в обход Керчи. В боевом составе армии было 92 367 человек, орудий полевых — 961, орудий зенитных — 257, минометов — 824, различных реактивных установок — 399, танков — 212, САУ — 7. Средняя плотность сил и средств (без учета вторых эшелонов) на километр фронта — 6 батальонов, 150 орудий и минометов, 25–30 танков. [95] Боевые действия поддерживала 4-я воздушная армия, имевшая 523 самолета, из них 128 штурмовиков и 143 бомбардировщика.
95
Еременко А. И. Годы возмездия, 1943–1945. — М., 1969.
– с.127.
Для преследования противника в армиях, корпусах и дивизиях создавались хорошо зарекомендовавшие себя в последующих боях подвижные группы из танковых, стрелковых, артиллерийских и инженерных частей, продвигавшиеся по 60–70 км в сутки и сыгравшие важную роль в разгроме врага. [96]
Противник уже не мог перебросить в Крым значительные силы, так как повсеместно на юге был вынужден отражать наступление 1-го, 2-го и 3-го Украинского фронтов. 26 марта 1944 г. войска 2-го Украинского фронта вышли в районе города Бельцы на границу СССР с Румынией, в последующие дни форсировали Прут и перенесли боевые действия на территорию Румынии. 8 апреля, в день начала наступления Красной Армии в Крыму, в предгорьях Карпат на нашу государственную границу с Румынией на фронте свыше 200 км вышли и части 1-го Украинского фронта. 10 апреля был освобожден город-герой Одесса.
96
Боевые действия Советской Армии в Великой Отечественной войне.1958. — Т.2 — с. 56.
Пришел черед вновь обрести свободу Севастополю… [77]
Глава четвертая. Удар трех фронтов
8 апреля, в 10 часов 30 минут, после длящейся 2,5 часа артиллерийской и авиационной подготовки, войска 2-й гвардейской и 51-й армий 4-го Украинского фронта атаковали противника. Командующий 17-й немецкой армией, определив место главного удара советских войск, быстро подтянул свои резервы на усиление уржинско-тарханского участка обороны. Бои сразу же приняли ожесточенный характер. 1-й гвардейский и 10-й стрелковый корпуса (командиры — генералы И. И. Миссан и К. П. Неверов) на тарханском направлении овладели только первой и местами второй траншеями и в тыл перекопских позиций противника выйти не смогли.
А вот на вспомогательных — каранкинском и той-тюбинском — направлениях, где оборонялась 10-я пехотная дивизия румын, 267-й и 263-й стрелковым дивизиям 63-го стрелкового корпуса генерала П. К. Кошевого удалось добиться успеха. Для его развития командование фронта 9 апреля ввело в бой 417-ю стрелковую дивизию этого же корпуса, усилив ее 32-й гвардейской танковой бригадой и 22-м гвардейским танковым полком, при поддержке самолетами 8-й воздушной армии и артиллерией. Вспомогательный удар перерастал в главный. В ходе тяжелых и упорных боев 9 апреля войска 63-го стрелкового корпуса, отразив контратаки 111-й пехотной дивизии, 279-й бригады штурмовых орудий и 10-й румынской пехотной дивизии, продвинулись на 4–7 километров, в результате чего был ликвидирован один из важнейших узлов обороны противника — Каранки, Асс-Найман. Чтобы прорвать оборону противника на этом участке полностью, командующий фронтом приказал усилить 63-й стрелковый корпус бригадой реактивной артиллерии М-31, а 77-ю стрелковую дивизию, находившуюся в армейском резерве, передать в 63-й стрелковый корпус.
В эти же дни напряженные бои на Перекопе вела 2-я гвардейская армия. 8 апреля части 3-й гвардейской и 126-й стрелковых дивизий, углубившись в оборону противника до 3-х километров, овладели Армянском. К исходу дня 9 апреля перекопские позиции противника были преодолены.
Отходя на ишуньские позиции, противник неоднократно контратаковал. Только 9 апреля части 13-го гвардейского и 54-го стрелковых корпусов отбили до восьми контратак противника.
В ночь на 10 апреля для содействия наступлению 13-го гвардейского стрелкового корпуса в тыл противника был десантирован 2-й батальон 1271-го стрелкового полка 387-й стрелковой дивизии, под командованием капитана Ф. Д. Диброва, усиленный 5-й отдельной стрелковой ротой капитана М. Я. Рябова. [79]